ЧВК "Пересвет" (СИ)

— Здесь нет ни действующих, ни спящих вулканов.
Вскоре мы въехали в пылевую зону. Небо и окружающие живописные пейзажи утратили несколько тонов, став жалким подобием прежних себя. И чем дальше мы ехали, тем сильнее был этот эффект.
Мимо пронеслось несколько карет скрой помощь, затем пожарные машины, полиция. Затем несколько скорых в обратном направлении. Весь спецтранспорт передвигался со спецсигналами и воем сирен.
— Говорят, метеорит врезался в горы, — сказал охранник. — Хрен его знает, но рвануло так, что земля задрожала. Мы как раз к городишке подъезжали…
— Заткнись! — рявкнул шеф. — Много болтаешь, мало живёшь, понял?!
— Так точно, шеф!
Мы с Софией обменялись красноречивыми взглядами. Значит об испытаниях орбитального бомбардировщика никто не знал. Тогда, не знают и о сбое…
И наши похитители не в курсе о произошедшем. Вот так дела!
— Простите… Шеф, — подал я голос. — Скажите хоть, что с резиденцией нашего дома? Там же мои люди…
— В новостях говорили, что особняк уцелел. Умели в старину строить! Пострадал какой-то пункт управления всей этой космической хренью. Скорые как раз оттуда.
— Благодарю, — я откинулся на спинку кресла.
Судя по всему, задумка графа удалась, и наведения дрона они всё же сбили, но пострадал верхний этаж подземного комплекса.
Когда я вспомнил, сколько там работало людей, мне подурнело — ни в чём неповинные жертвы смертельно опасной игры, смысла которой я не понимаю. И не смогу понять, пока не стану полноценным игроком, а не пешкой с мишенью на спине!
Вскоре мы свернули с трассы в лес и некоторое время петляли по горной дороге, всё время спускаясь. Порой это происходило настолько круто, что у меня начинало закладывать уши и, судя по остальным, страдал от перепада высот не один я.
Наконец мы снизили скорость и свернули на просёлочную дорогу, миновали сосновый лес и оказались на большой ровной поляне, посреди которой стоял транспортный вертолёт.
— На месте, — сказал шеф. — Передадим вас заказчикам и всё, адиос!
— Вы не работаете ни на какой из великих домов? — спросила вдруг София.
— Зависит от обстоятельств, — пожал плечами шеф. — Мы «вольные стрелки», наёмники, нам плевать на ваши разборки. Платят – делаем. Ваш контракт был свободным, заказчик скрыт, оплата по факту. Законы Империи не нарушены.
На последнем предложении он сделал особый акцент.
— Мой совет — разворачивайтесь и валите отсюда как можно скорее!
— Никто вам ничего не заплатит, — поддакнул я, понимая, к чему клонит София. — А я заплачу. Вы знаете, кто я такой, и я знаете цену моего слова! А в этой вертушке настоящие беспредельщики — они охотились за нами на территории империи! На кой хрен им платить, когда можно вас взять и перестрелять? Шеф, подумай.
— Саня, скинь-ка скорость, — шеф отдал приказ водителю.
Фургончик скинул ход, но продолжал неспеша катится к центру поляны.
Из вертолёта вышла пятёрка хорошо вооружённых бойцов. Вот и комитет по моей встрече пожаловал.
— А где хлеб с солью? — заметил я.
— Кто тебе разрешил открывать пасть! — рявкнул шеф.
Он прильнул к биноклю и выискивал потенциального противника, засевшего в потенциальную засаду.
— Сучьи потроха! Ещё пять человек у нас за спиной, у дороги…
— Шеф, у меня говённое предчувствие… — проговорил наёмник, стороживший нас.
— Оно правильное, сынок, — ухмыльнулся я.
— Какой я тебе сынок? Мы считай ровесники!
— Мне семьдесят шесть, я знаю о чём говорю!
— А ей тогда сколько? Сто двадцать?! – попытался в иронию он.
— София, прекрати излучать глазами вековую мудрость!
— Принято, ваша светлость!
Заткнитесь! — взревел шеф. — Походу мы влипли. Будем валить.
— Кого или куда? — уточнил водитель, которого звали Саней.
— И то и другое, — Шеф проверил боекомплект штурмовой винтовки. — План прост, как два пальца об асфальт — сначала подъезжаем, потом тапок в пол и на разворот по большому радиусу к выезду. Мы с Виталиком на прикрытии. Усекли?
— Так точно, шеф! — рявкнули дружно бойцы.
— Долой путы, даёшь стволы! — воскликнул я, поддерживая энтузиазм наёмников. — Нет, серьёзно, мы умеем с оружием обращаться!
 
— Ещё чего, — отрезал шеф.
Но потом добавил:
— Слушай, насчёт денег — ты как, не шутил?
— Да уж какие могут быть шутки…
— Ясно. С тебя двойная оплата контракта! Или выкину на ходу вместе с девкой!
— Двойная, так двойная, — согласился я.
Попроси он хоть в пять раз больше, я бы согласился. Надеюсь, мой «папаша» одолжит денег нерадивому сыночку?
Тем временем фургон подкатил к вертолёту.
— Виталик, херачь с подствольника как дверь откроется, а я очередь дам, — сказал шеф негромко. — Саня на счёт три — гони!
— Раз.
Фургон замер на месте.
Один из встречающих дернул дверь. Судя по всему, противник был наготове, но явного подвоха не ожидал.
— Два.
Сухая очередь и одновременно с ней ухнул подствольный гранатомёт Виталика. Взрыв отбросил двоих, очередью сняло ещё парочку. Пятый отскочил в сторону и открыл ответный огонь.
— Три. Гони, гони, гони!
Фургончик рванул вперёд.
Виталик жахнул из подствольника ещё раз, целясь в шасси вертолёта, и даже попал, но видимых повреждений не нанёс.
На трапе появился ещё один стрелок и открыл по нам огонь. Шеф высунулся в окно и дал в ответ короткую очередь, скосив стрелявшего.
Заднее стекло разлетелось в дребезги. Я инстинктивно пригнулся, закрывая собою Софию. Виталик бросился к нам, спихнул на пол, а сам устроился на нашем сидении и принялся отстреливаться.
Саня крутанул руль, уходя с линии огня и погнал транспорт вдоль опушки леса к выезду, где нас ждала засада.
Лопасти вертолёта начали раскручиваться, наполняя тяжёлым гулом всё пространство поляны.
«Если успеет подняться в воздух до того, как мы окажемся под защитой леса, нам конец» — подумал я, удивившись собственному спокойствию.
Неужели настолько свыкся?
— Ваша светлость сейчас меня раздавит, — прокряхтела София, пытаясь выбраться из-под меня.
— Ох, пардоньте, пардоньте! Я без всяких грязных мыслей! Ну почти…
— Я помню про «писать с кровью», поэтому ни на что не надеялась!
Фургончик нещадно трясло, а вместе с ним и нас. О прицельной стрельбе не могло быть и речи.
Дорога, ведущая с поляны была уже близко.
— Саня, пригнись! — крикнул шеф и тотчас в лобовом стекле образовалось несколько пулевых отверстий.
Нас снова тряхнуло на очередной кочке, и оно осыпалось в салон. Теперь внутри свистел ветер.
Шеф открыл огонь по противникам, видимых только ему одному. Снова крутой поворот, и мы встали колёсами на просёлочную дорогу.
— На прорыв! — заорал Виталик и высунулся в открытые двери, раздавая по кустам короткие очереди.
Гул от вертолёта поднимался выше и выше.
Я аккуратно выглянул из-за сидений и увидел, как винтокрылая машина набирает высоту и одновременно разворачивается.
— Саня, жми! — заорал я, перекрикивая шум ветра.
Вертолёт развернулся и двинулся за нами.
Я видел, как зашевелилась пулемётная турель, расположенная под кабиной пилота. Ещё немного, и на нас прольётся свинцовый ливень!
До первых деревьев оставалось всего ничего, когда на переднем сиденье что-то смачно чавкнуло и меня обдало мелкими каплями крови.
Пуля пробила Сане шею аккурат в районе сонной артерии. Он зажимал ладонью рану одной рукой, а другой продолжал управлять нашим транспортом.
— Шеф, держите руль! — с такой раной никто долго не продержится.
Шеф прекратил огонь, моментально оценил ситуацию и схватился за руль одной рукой. И как раз вовремя — тело Сани обмякло, но продолжало давить на педаль газа.
Мы ворвались в лес, несясь на безумной скорости. Шеф каким-то чудом умудрялся подруливать, вписываясь в изгибы дороги, благо, что крутых поворотов в этом лесу не было.
Где-то над нами заухал тяжёлый пулемёт. Он косил ветки, срезал макушки небольших сосен, выбивал щепу со стволов.