Блестящая партия

Джонни увидел из окна верхнего этажа, что карета отца подъехала к дому, и бросился вниз.
— У моей киски два котенка, мальчик и девочка. Я видел, как они родились.
— Чудо появления на свет — это незабываемое зрелище.
Джон отдал сыну дорожную сумку, сам взял другую, и они пошли к дому. Джорджина, которая успела быстро надеть самое любимое платье мужа, нетерпеливо ждала их в холле. Когда Джонни понес сумку наверх, Джорджина бросилась в объятия мужа.
— Как я соскучилась, дорогой.
Джон крепко поцеловал ее, поставил на пол, и они сказали одновременно:
— Я хочу тебе кое-что сказать.
Джон рассмеялся.
— Сначала дама.
— У нас будет ребенок.
Джон был ошеломлен.
— Господи, я-то думал, ты хочешь сказать, что кошка окотилась.
— Вот тогда-то я и поняла это. Я рассказывала Джонни, что кошка вынашивает котят шесть недель, и мы начали считать. И тут меня и осенило. Я начала подсчитывать дни и поняла, почему меня тошнит по утрам.
— Это чудесно, любовь моя. Вид у тебя просто сияющий.
Они вошли в гостиную.
— Джорджи, почему бы нам не устроить свадьбу еще раз? В прошлый раз то была закрытая церемония, но теперь я хочу, чтобы у тебя была такая свадьба, какую ты заслуживаешь. Такая, о какой ты всегда мечтала, на которую можно пригласить половину Лондона.
Глаза Джорджины сверкнули.
— Джон, ты такой романтик в глубине души. Это великолепная мысль. Ах, маменька обрадуется до смерти. Я должна написать ей и сообщить эти новости сию же минуту. — Она поспешила к письменному столу, села и улыбнулась мужу: — А что ты хотел мне сообщить?
— Я назначен вице-королем Ирландии.
Джорджина вскочила со стула:
— Джон! Какой ты негодяй! Почему не сказал мне сразу? Это самое волнующее из всего, что со мной случалось. Конечно, если не считать того, что я вышла за тебя замуж и жду ребенка.
Он поднял ее на руки и закружил.
— Питт считает, что из тебя выйдет превосходная вице-королева. Твоей главной обязанностью будет устраивать приемы для дублинского общества. Наравне с Дублинским замком мы будем принимать в резиденции вице-короля в Фениксе, вокруг которого располагается парк площадью семнадцать акров. В замке есть великолепные государственные апартаменты и тронный зал.
— Мы будем жить как короли! Джонни мы, конечно, возьмем с собой.
— Конечно.
— Но сначала нужно обдумать нашу свадьбу. Она будет одновременно и приемом в честь нашего отъезда. Все это так интересно!
У Джона Расселла не было никаких иллюзий относительно его назначения. Он понимал, что будет необычайно сложно править страной, раздираемой противоречиями. В принципе он был против любой системы, при которой кто-то оказывается за бортом, и считал, что уступки католикам необходимы для поддержания мира в стране. Насилие часто вспыхивает во многих округах Ирландии, и его задачей будет восстановить покой и порядок.
Он поделился с Джорджиной своими тревогами.
— Знаешь ли, там не все время будет заполнено забавами и развлечениями. Мы часто будем оказываться в щепетильных политических ситуациях.
— Если мы отпразднуем День святого Патрика, устроив бал и ужин в замке, это очень понравится католикам. Я решила шить все свои вещи в Ирландии, и буду поощрять всех дам, которые приедут ко двору, поступать так же.
— И ты откажешься от своих фривольных парижских платьев? — шутливо сказал Джон.
Джорджина рассмеялась.
— Все равно через пару месяцев они на меня не налезут.
* * *
— Невеста идет!
Джорджина скользила между собравшимися гостями, за ней шли четыре ее сестры, которые несли длинный шлейф свадебного платья. Бальный зал Уоберна был украшен розами и лилиями, и их тонкий запах наполнял воздух.
Александр, герцог Гордон, великолепный в килте из темной шотландки, снова отдал свою дочь Джорджину Джону Расселлу, герцогу Бедфорду, и занял место рядом со своей супругой Джейн. Она была в зените своей карьеры свахи и соответственно лопалась от гордости.
 
Когда жених и невеста принесли свои обеты и священник объявил их мужем и женой, Джорджина, рука об руку с Джоном, повернулась к гостям и объявила:
— Я хочу поделиться с вами одной тайной.
Джон затаил дыхание. «Я знаю, что она дерзкая девчонка, но ведь не станет же она объявлять, что носит ребенка?»
Джорджина одарила собравшихся лучезарной улыбкой и сказала:
— Я сразу же положу конец вашим домыслам. Я хочу, чтобы все знали — это самый замечательный брак по любви в Англии!
Джон вздохнул с облегчением и улыбнулся во весь рот, а гости разразились громкими приветственными криками.
  
Эпилог
 
Дублин, Ирландия
— Какая она зеленая! Теперь я понимаю, почему ее назвали Изумрудным островом.
Джонни стоял на корабельном поручне между Джоном и Джорджиной.
Королевская яхта «Дорсет» вошла в Дублинский залив, и Расселлы причалили. Хотя было раннее утро, собралась огромная толпа, чтобы радостно приветствовать нового вице-короля и его семью.
Официально герцога и герцогиню Бедфорд приветствовал лорд-мэр и члены городского управления. Затем они сели в открытый экипаж и направились в замок в сопровождении почетного эскорта драгунов. На улицах толпились нетерпеливые зрители, любопытствовавшие взглянуть на нового вице-короля и его жену.
— Вот это река Лиффи, — сказала Джорджина Джонни.
— А это мост Макартни, — добавил Джон.
Люди были охвачены таким энтузиазмом, что готовы были выпрячь лошадей и сами потащить экипаж, но форейторы не дали им этого сделать. Джон с сыном махали руками, Джорджина посылала воздушные поцелуи толпе, и экипаж проследовал в Дублинский замок между рядами ирландских войск.
— А что будет дальше? — спросил Джонни. — Я хочу все это записать, чтобы у нас сохранились описания нашей жизни в Ирландии. Мне кажется, мы творим историю.
— Дальше граф Хардуик, уходящий в отставку вице-король, даст в нашу честь завтрак, — объяснил ему отец.
— Это хорошо. Я проголодался.
После церемонии принесения присяги пушки в Феникс-Парке салютовали Расселлам, и им ответил мушкетный залп, который дал эскадрон солдат.
Они успели только быстро пройти в богатые апартаменты, чтобы пригладить растрепавшиеся на ветру волосы и вымыть руки, как начался прием, где им предстояло встретиться с первыми жителями Дублина.
— А можно я сегодня не лягу спать и посмотрю иллюминацию? — спросил Джонни.
— Конечно, можно, если ты не уснешь до того, — ответила Джорджина.
Джон вышел из своей гардеробной, бросил взгляд на жену и замер как вкопанный.
— Джорджи, декольте этого платья совершенно неприлично. И уж конечно, это просто вызывающе — демонстрировать все ваши бриллианты.
Джорджина весело рассмеялась:
— Принимай меня такой, какая я есть, или иди к черту, старикашка!