Блестящая партия

И Френсис застонал, не владея собой. Один взгляд на голого мужчину, лежащего на кровати, сказал управляющему, что герцог находится в отчаянном положении и нуждается в помощи. Берк немедленно взялся за дело.
— Миссис Хилл, пришлите сюда лакея и велите главному конюху ехать в город за доктором Галифаксом.
Берк окинул взглядом роскошную комнату и заметил лакированную бамбуковую ширму, которую можно было использовать как носилки. Он снял с ширмы одну из панелей, принес к кровати и положил на нее страдающего герцога. Он укрыл его одеялом, и когда пришел лакей, они отнесли герцога в его дом и уложили на постель.
Френсис то кричал, то ругался. Между тем Берк омыл его, переодел и приподнял, подложив под голову подушки. Потом налил ему большой стакан бренди, надеясь облегчить его страдания до приезда врача.
Через час появился врач герцога, и мистер Берк провел его наверх.
— Его светлость очень страдает, доктор Галифакс. Он ушибся, слишком усердно играя в теннис. Нам удалось донести его до постели, но он корчится от боли с тех пор, как произошло это несчастье.
Галифакс и сам видел, что Френсис мучается от острой боли. Он поднял на герцоге рубашку и увидел выпуклость на животе.
— Господи, Бедфорд, у вас же заворот кишок!
— Ради Господа Христа, помогите мне, Галифакс!
— Я дам вам кое-что облегчить боли.
Он вынул из своей кожаной сумки бутылку с настойкой опиума и протянул ее мистеру Берку, который сразу же отмерил дозу. Доктор подождал пару минут, пока опиат не начал действовать, потом осторожно положил руку на выпуклость.
Френсис закричал.
Лицо у доктора стало мрачным.
— Это крайне серьезный случай, ваша светлость. Боюсь, что придется призвать моего коллегу, специалиста по внутренним органам.
— Нет! Я не могу ждать! Вправьте эту проклятую штуку — вы не можете причинить мне большую боль, чем та, которую я испытываю теперь.
— Ее нельзя вправить снаружи. Вам требуется операция, которую может сделать только хирург, ваша светлость.
— Операция? — В глазах Бедфорда показался страх.
— У меня есть коллега в Нортхемптоне, известный хирург. Я вызову доктора Керрасиюже минуту. Вы можете ему довериться.
— Нет! Не желаю видеть этого чертова живодера. — Он подтянул колени кверху, пытаясь облегчить боль. — Никому не позволю резать себя!
  
Глава 22
 
Выходя из зала заседаний, Джон Расселл поравнялся с лордом Холландом.
— Премьер-министр Эддингтон назначил нам встречу в своих личных комнатах завтра в четыре часа, после сессии.
— Боюсь, он ждет какого-то потрясения.
— Положение создалось невыносимое. К этому времени даже Эддингтон должен понять, что он не обладает достаточными качествами, чтобы возглавлять правительство.
Генри Холланд усмехнулся.
— Думаю, он осознает это, как только вы перечислите недостатки в его работе.
— Отобедайте у меня. Я прочитаю вам свою речь.
Когда они прибыли на Расселл-сквер, Джон узнал, что его дожидается посланный из Уоберна. Слуга брата подал ему письмо, и Джона охватил страх.
«Черт бы тебя побрал, Френсис. Если ты шлешь мне сообщение о помолвке с Джорджиной, я не хочу этого читать».
Джон неохотно вскрыл письмо, но сразу же увидел, что оно не от Френсиса.
— Это от мистера Берка.
«Милорд!
Я взял на себя смелость послать вам это срочное сообщение. Вчера ваш брат ушибся, и теперь у него острые боли. Доктор Галифакс поставил диагноз: выступание грыжи как результат заворота кишок — и настаивает на необходимости вызвать хирурга. Вопреки возражениям герцога он послал в Нортхемптон за своим коллегой.
Боюсь, что его светлость не пожелает показаться хирургу. Галифакс назначил болеутоляющее, которое только частично облегчило мучительные боли. По моему мнению, ваш брат не в состоянии принять решение о хирургическом вмешательстве. Ваше присутствие пошло бы всем во благо. Нам нужен человек с холодной головой, который последует совету врача и не побоится пойти наперекор властному герцогу Бедфорду.
 
Джеймс Берк, управляющий».
— Я еду сию же минуту, — сказал Джон и протянул письмо Генри.
— Я поеду с вами.
Холланд черкнул записку жене, а Джон отправил своего лакея доставить послание адресату.
Джон гнал фаэтон на предельной скорости, покрыв сорок миль до Уоберна в рекордное время. Когда он прибыл, у Берка словно гора с плеч свалилась.
— Лорд Тависток, я крайне благодарен вам за то, что приехали. — Он посмотрел на Генри. — Прошу прощения, лорд Холланд, но его светлость не желает никого видеть.
— Нет-нет, я приехал сюда ради Джона. Не беспокойтесь обо мне.
Поднимаясь вместе с Джоном по великолепной лестнице, Берк сообщил:
— Доктор Керр, хирург, прибыл из Нортхемптона два часа назад, но его светлость решительно отказался показаться ему.
— Где он?
— Я поместил его в комнату в главном крыле и послал обед.
— Я поговорю с ним, как только повидаю Френсиса.
Джон открыл дверь в комнату брата и осторожно вошел.
— Джон, слава Богу! — Френсис откинул простыню и поднял подол ночной рубашки. — Ты только посмотри на эту чертову опухоль.
Величина выпуклости потрясла Джона, но ему удалось скрыть свою тревогу.
Вперед выступил доктор Галифакс.
— Милорд, я дал его светлости опиат, чтобы облегчить боль, но на этом моя компетенция кончается. Я вызвал хирурга, однако…
— Меня хотят оперировать! Я этого не позволю!
— Доктор, мне бы хотелось переговорить с братом наедине.
Джон подождал, пока врач уйдет, и закрыл дверь. Он знал, что Френсис несговорчив и упрям, но понимал, что должен убедить брата ради него же самого.
— Галифакс не обладает необходимой квалификацией, чтобы вылечить тебя, Френсис. Он в растерянности. Врач, которого вызвали из Нортхемптона, знаком с таким видом болезней. Нам нужен его диагноз. Вполне разумно услышать второе мнение.
Френсис застонал от отчаяния и боли.
— Пусть посмотрит, но ты останешься здесь, со мной. Я не хочу, чтобы меня резали.
Джон подошел к двери и попросил Галифакса привести Керра. Хирург представился, затем осмотрел больного. Джону пришлось собраться с духом. Положив руки на болезненную выпуклость, доктор Керр ощупал ее пальцами.
— Ваша светлость, доктор Галифакс правильно поставил диагноз — заворот кишок. Медицинский термин для этого состояния — ущемленная грыжа. Узел кишок прорвался сквозь слабое место в стенке живота, и его ущемляет и сжимает до невыносимой степени. Ничто не может быть мучительней. К несчастью, это нельзя исправить без хирургического вмешательства.
— Нет! Если меня разрежут, я умру! Помогите мне, Джон.
Джон чувствовал страдания и страх брата и от всего сердца жалел, что не в его силах утишить их. Ему страшно хотелось помочь. Френсис никогда не знал бедствий и плохо был подготовлен к встрече с ними.
— Я поговорю с врачами. Постарайся не кричать, Френсис. От этого будет еще больнее.
Он вывел врачей из комнаты, чтобы откровенно побеседовать относительно ужасных страданий брата.
— Я должен оперировать безотлагательно, — сказал доктор Керр категорическим тоном. — Это единственный выход из положения.
Джон, хотя и крайне встревоженный, был склонен согласиться с хирургом.
— Скажите мне, доктор, все, что касается этого дела.
Он внимательно выслушал врачей и, задав пару вопросов, вернулся к брату.
Джон сел в кресло и постарался создать атмосферу спокойствия, чтобы поговорить с Френсисом.
— Операция, которая тебе требуется, не особенно опасна. Много раз ее проделывали успешно. Цель ее простая — нужно осторожно вернуть на место выступающие кишки и зашить прореху. Френсис, ты человек в расцвете сил, у тебя великолепное здоровье, и ты, без сомнения, вылечишься очень быстро.
— Лучше я оставлю все как есть — вдруг она сама вернется на место.