Блестящая партия

— Я капитан Упрямец! Не спорьте со мной!
Для мачт они использовали тонкие веточки, для парусов — листья, а Мэри наполнила свое гнездо ягодами боярышника.
— Мне нужна сабля, — сообщил Чарли Джорджине.
— Как и капитану Головорезу.
Она срезала пару веток и оборвала с них листья.
— Ты должна плеваться всякий раз, когда что-то говоришь, капитан Плевака, — напомнила ей Мэри.
Они отнесли свои пиратские суда к карповому пруду, где собирались соревноваться. Мальчики устроили волны, чтобы их кораблики вынесло течением. Не прошло и получаса, как кораблик Мэри утонул, но когда маленькие красные ягодки всплыли на поверхность, ей это очень понравилось.
Мальчики удвоили свои усилия, чтобы выиграть, и ударяли саблями по воде, желая получить большие волны. Когда выяснилось, что сыграли вничью, гонки превратились в морской бой, и в результате оба капитана-мужчины вымокли до нитки. Мэри вместе с Джорджи призывала их к победе, то издавая радостные крики, то плюясь.
Когда игра кончилась и дети выжали из дня все, что могли, в смысле забав, Джорджина повела их домой. Обнаружив, в каком они виде, Шарлотта изумилась.
— Нам нужен огонь. Как насчет библиотеки? — спросила Джорджина.
— Непременно. Снимайте мокрые башмаки, а я пока принесу сухую одежду.
Все четверо сняли мокрые ботинки и отнесли их в библиотеку.
— Джон, что вы скажете, если вам предоставят честь развести огонь?
При одной мысли о том, что ему поручено такое взрослое дело, мальчик засиял от радости. Пришла Шарлотта с сухим платьем, сунула все в дверь и быстро ушла.
Джорджина сняла мокрые чулки, дети последовали ее примеру. Она пообещала, что не будет подсматривать, пока мальчики переодеваются в сухие рубашки и штаны. Когда все удобно расположились у огня, Джорджина сказала:
— Как насчет истории? На этих полках есть много хороших книг о приключениях.
Когда мужчины и старшие мальчики возвращались после прогулки верхом, вечерний свет уже угасал на небе. Френсис был вне себя от радости, что отец купил ему лошадку, а у Уильяма были серьезные надежды на то, что отец вскоре подумает о кобылке и для него.
* * *
Джон Расселл поблагодарил Шарлотту за прекрасный день.
— Вы были так великодушны — занимали все это время Джонни. Где мне его найти?
— Мы очень рады. Приезжайте еще, в любое время. — Она указала на коридор. — Джонни вы найдете в библиотеке.
Еще не подойдя к вери библиотеки, Джон услышал голос сына. Джонни читал вслух «Робинзона Крузо» Даниеля Дефо, а слушатели сидели перед огнем, зачарованные рассказом.
Взгляд Джона обратился к Джорджине. Она слушала его младшего сына, и выражение ее лица говорило о том, что ее очаровало то, как мальчик читает увлекательную историю.
Джорджина первая заметила Джона Расселла, тихо стоявшего в дверях.
— Джон, пришел ваш папа. Большое вам спасибо, что развлекли нас. Вы читаете лучше, чем большинство взрослых, которых я знаю.
Джонни неохотно закрыл книгу и отдал Джорджине. Та собрала его просохшую одежду и отдала ее отцу мальчика.
— Прошу прощения, милорд. Мы опять играли в воде, хотя я знаю, что вы совершенно не одобряете такие необузданные развлечения.
Джон понимал, что она говорит все это, чтобы спровоцировать его, поэтому, вместо того чтобы отреагировать на провокацию, всего лишь взял у нее одежду и учтиво кивнул.
По дороге домой Джон крепко держал поводья лошади младшего сына.
— Я замечательно провел время, папа. С Джорджи так интересно.
— Ты должен называть ее «леди Джорджина».
— Да, я знаю. Но она не похожа на еди.
— Воистину не похожа. Она озорница, каких свет не видывал.
  
Глава 5
 
Джон Расселл изо всех сил старался не дать волю своему возмущению.
— Как только я открыл дверь спальни, мне в лицо ударил запах опиума. Разве я не запретил вам строго-настрого, Гертруда, давать моей жене эту дрянь?
 
— Клянусь, милорд, я ничего ей не давала.
— Как просто заставить человека лжесвидетельствовать, — отрывисто сказал он. Судя по испуганному виду горничной, она боялась, что ее тут же уволят. — Хорошо, я сам об этом позабочусь.
Он вернулся наверх, в комнату жены, и занялся поисками. Открыл каждый ящик бюро и каждый шкафчик. Заглянул на полку ночного столика и умывального стола. Открыл ее гардероб и обыскал каждый карман в одежде. Найдя коричневую бутылочку в шляпной коробке, он выругался.
Потом подошел к кровати и уставился на спящую жену. Виду нее был бледный и бесплотный, как у святой; опущенные веки закрыты в спокойном сне. Врач подозревает у нее чахотку. Ему никогда и в голову не пришло бы, что такая респектабельная леди может быть опиоманкой. Джон шагал по комнате, решая, что делать.
Он подумал, не обратиться ли за советом к сестрам жены. Люси, баронессу Бедфорд, можно было бы уговорить немного пожить у них. Можно послать записку на Парк-лейн, но Люси скорее всего уехала на лето в Бредфорд-на-Эйвоне и ее нет в их лондонском особняке.
Другая сестра, Изабелла, маркиза Бат, скорее всего проводит лето в Лонглите. «Как можно доверить тайны моей жены ее сестре Изабелле? Эта пуританка предпочла бы, чтобы ее похоронили заживо, лишь бы не набросить хотя бы тень скандала на свою семью.
Единственный, кому я могу довериться, это мой брат Френсис. Его мало чем можно шокировать. Я возьму мальчиков в Уоберн — так они хотя бы несколько дней поживут без нее. Найму женщину, которая будет присматривать за Элизабет. Очевидно, что Гертруда не в состоянии ей прекословить».
* * *
— Господи, эта карета мчится с такой скоростью, будто участвует в соревнованиях колесниц. Кто бы это мог приехать так рано утром?
Шарлотта и Джорджина находились в кладовке рядом с оранжереей, где готовили духи из роз и жасмина.
Джорджина подошла к дверям, чтобы лучше видеть.
— Боюсь, это матушка. Соберись с духом — у нее такой вид, будто она вышла на тропу войны.
Сестры быстро прошли через оранжерею и направились в холл. Войдя в парадную дверь, Джейн Гордон отстранила лакея. Ей не требовалось, чтобы какие-то глупые слуги сообщали о ее прибытии. Она сбросила плащ, но осталась в шляпе, сидевшей в данный момент из-за спешки несколько на сторону.
— Я погибла! Я превращусь в посмешище! Надо мной будут смеяться эти выскочки как над главной хозяйкой политического салона тори!
— Что? Как? Кто?
Шарлотта пошла за матерью в гостиную, а Джорджина всячески старалась не рассмеяться, глядя на эту комическую сцену.
— Вот!
Мелодраматическим жестом герцогиня швырнула им книгу. Она задыхалась от возмущения, лицо у нее приобрело красноватый оттенок, тревожно перекликающийся с цветом пурпурных лент ее шляпы.
Джорджина взяла книгу. «Зима в Лондоне. Т.С. Серр».
— Я не устою перед этим! — воскликнула Джейн, и в речи ее послышался явственный шотландский акцент.
— Тогда сядьте, мама, — сухо сказала Шарлотта.
Джейн прошла по комнате, потом повернулась и двинулась обратно.
— Я никогда больше не сяду, пока этот негодяй не предстанет перед судом. Черт бы его побрал! Будь я мужчиной, вызвала бы его на дуэль.
Джорджина открыла книгу и начала читать вслух:
— «Когда герцогиня Водопийца появилась на лондонской сцене, это не обрадовало герцогиню Белгрейв».
Она сразу же поняла, что это сатирический роман. Мать узнала себя в герцогине Водопийце.
— Продолжай… читай же!
Шляпа Джейн сползла ей на один глаз.
— «Герцогиня Водопийца появилась на поле моды и бросила перчатку Белгрейв — событие, которое произвело в модном свете эффект в точности такой же, какой происходит в мире природы во время землетрясения…»
Джейн выхватила у дочери книгу и сдвинула шляпу с глаза.