Темный лебедь (ЛП)

— Неважно. Я уже иду —
Высоко подняв голову, она вышла из спальни со скоростью столетней старухи с ходунками и больным бедром.
К тому же он не бушевал, а стоял в нескольких футах от нее, излучая напряжение.
— Что? — рявкнула она.
Его взгляд метал молнии.
— Ты встречалась с Тринити, — огрызнулся он в ответ.
Точно. Он же не знал об этом. Ее небольшой визит к Тринити вылетел у нее из головы, пока они были… заняты другим.
Еще не готовая обсуждать свое общение с сестрой… и ее последующий отказ… она изучала его квартиру. В гостиной мебель была исключительно мужской, как и в спальне: диван, два глубоких кресла, журнальный столик и два приставных столика.
Девин отсалютовал ей насмешливой улыбкой. Он сидел в одном из глубоких кресел, которое, казалась, сделано из настоящей кожи. Кожи не менее дорогой, чем вода. Он держал стакан с янтарной жидкостью, как и его глаза, и в стакане звякали кубики льда при глотках. Настоящие кубики льда, сделанные из воды, а не их синтетический заменитель.
— Мы богаты! —
— Я богат. — Даллас ущипнул себя за переносицу. — Девин вложил мои деньги. Без моего согласия. Однажды ночью я лег спать всего с несколькими тысячами баксов на счету, а проснулся с миллионами.
— Я все еще жду свою благодарность, — пробормотал Девин.
Она проигнорировала его, обратившись к Далласу:
— Ну. Как только наша связь распадется, я заберу половину.
— Какая связь? — спросил Девин.
Лилика вновь его проигнорировала. Она бросила на Далласа полный жалости взгляд.
— Отступные — это отстой, но куда деваться?
Он хмуро посмотрел на нее и выдавил лишь одно слово.
— Тринити.
— Как ты узнал… неважно, — ответила она. — Дай угадаю. Джон позвонил Девину.
— Ты должна была мне сказать, — заявил Даллас, указав на нее.
Она уперла руки в бедра.
— Считаю, что наиглупейшая вещь, какую ты когда-либо говорил. Только подумай. Ты планируешь ей навредить. Зачем мне вообще что-либо о ней рассказывать?
— Она могла заразить тебя, а ты — меня.
— Она не заразила, как и я. Но она хочет заразить тебя. — Признание вырвалось прежде, чем Лилика успела взвесить все «за» и «против». — И, прежде чем ты бросишься за ней с оружием наперевес, знай, что я собираюсь заставить ее передумать. — Она верила, что любимая сестра просто похоронена под гневом, чувством отверженности и жаждой власти.
Черты лица Далласа смягчились, когда он подошел ближе и обхватил лицо Лилики своими большими, мозолистыми руками.
— Мне жаль, что она сделала тебе больно, милая.
Ее желудок сжался, и, хотя она страстно хотела прильнуть к нему, но отошла назад, разрывая контакт. «Не могу позволить себе нуждаться в нем».
— Я никогда от нее не откажусь. Если бы ты знал ее, как я… — Ее глаза расширились. Он может ее узнать.
Она порылась в своих воспоминаниях, сосредоточившись на тех, где Тринити была ласковой, и послала их через связь, в голову Далласа.
— Прекрати это. — Он покачал головой. — Просто прекрати.
Девин приподнялся со своего кресла.
— Что ты с ним делаешь?
Даллас указал пальцем на своего друга.
— Даже не думай ей навредить. Она под моей защитой.
Таргон удивленно моргнул, прежде чем поднять руки в невинном жесте.
— Я думал только о том, чтобы заставить ее навредить себе. Это большая разница. Просто огромная.
«Не придавай слишком большое значение словам Далласа, — напомнила Лилика себе. — Защищая меня, он всего лишь защищает себя».
Уловив ее мысль, он нахмурился.
— Я правильно услышала? Девин вредит женщине? — Красивая женщина влетела через парадную дверь, пинком захлопнув ее за собой и свирепо посмотрев на Таргона. Она держала поднос с закусками. — Извинись перед ней. Сейчас же!
— Ради тебя, любимая? Что угодно. — Девин послал женщине воздушный поцелуй. Затем повернулся к Лилике. — Мне жаль, что ты вынудила меня принять меры против тебя. Я говорю это от всего сердца.
Женщина оскалилась, обнажив острые клыки. Она была вампиром. Одной из первых инопланетных рас, поселившихся на Земле. Кровопийцы теперь жили под землей и очень редко выходили на поверхность.
 
Волнение росло. Учитывая, что в Дидике была ДНК вампира, она бы с удовольствием с ней поболтала.
Девин улыбнулся вампирше своей самой обворожительной улыбкой.
— Ты знала о моей репутации плохиша еще до того, как вышла за меня замуж, дорогая.
Вышла замуж?
— Лилика, знакомься с Брайд МакКиллс. Женой Девина, — сказал Даллас. — Брайд, это Лилика, моя…
— Военнопленная, — прервала его Лилика, прежде чем он успел назвать ее как-нибудь похуже.
Даллас фыркнул.
— Ее зовут Брайд Таргон, — поправил Девин.
— Просто Брайд, — сказала женщине, о которой шла речь. — Приятно познакомиться с тобой, Лилика.
От нее исходили ароматы роз, сахарных слив и жимолости, и, когда Лилика сделала глубокий вдох… запахи всегда были ее коньком… ее охватило сильное чувство чего-то знакомого, как будто она стояла рядом с одной из сестер, и присмотрелась в Брайд более пристально. У вампирши были черные волосы, так похожие на волосы Лилики, и изумрудные глаза. Как у Джейд. Ее бледная кожа светилась розовым цветом… как у Тринити. Губы были алые, как у Лилики.
Ученые из И.Т.И. не могли использовать ДНК этой женщины… так ведь? Каковы шансы?
Но… если снять слои совпадений, это могло иметь смысл. Потому что вампиры редко выходили на поверхность… и никто в институте не был достаточно храбр, чтобы спуститься вниз… ученые схватили первого попавшегося.
Даллас напрягся, переводя взгляд с Лилики на Брайд, а затем обратно. Выругавшись, он провел рукой по лицу. Он прочел мысли Лилики… и более того поверил в ее рассуждения.
— В И.Т.И. ученые использовали ДНК пленников для создания Лилики, — сказал он Девину. — Ты сам сказал мне, что Брайд была заперта там несколько месяцев.
Девин рассмеялся, и все же казалось, что ему совсем невесело.
— Твое предположение нелепо.
— Да? — Даллас потер свою шею. — Ты нашел лабораторию благодаря воспоминаниям Брайд.
Лицо Брайд побледнело, и она сосредоточилась на Лилике.
— Ты действительно из лаборатории?
— Родилась там, — ответила она мягко. — Вместе со своими сестрами, Джейд… и Тринити.
Даллас вновь выругался, и в этот раз Девин к нему присоединился.
— Я была ребенком. Примерно восьмилетним. Я не могу быть твоей… то есть это делает меня твой матерью, а я… — Брайд беспомощно посмотрела на своего мужа. — Верно?
Она начал действовать, забрал поднос из ее дрожащих рук и поставил на кофейный столик, прежде чем заключить ее в свои объятия, защищающие, собственнические и нежные одновременно. Впервые за время их знакомства Лилика смогла догадаться, как жестокий дикарь завоевал сердце вампира.
Лилика сглотнула.
— Если… если это правда, ты одна из двадцати восьми родителей. Двадцать три иных и пять человек.
— Когда я был в лаборатории, — сказал Девин, — то не нашел никаких бумаг, никаких компьютерных файлов.
— Мы их спрятали. — Она продиктовала координаты того места, где ему нужно искать. Нет причин держать данные в секрете: хотя ей бы понравилось мучить его, она бы не смогла утаить это от Далласа.
Девин кивнул, что могло означать благодарность.
— К утру у меня будут ответы, дорогая.
Желая отвлечься, Лилика схватила пригоршню закусок.
Канапе пахли как… она не смогла распознать этот запах, только поняла, что ей нравится.
— Краб, — пробормотал Даллас.
Она порылась в своих мыслях, но ничего не нашла.
— Я незнакома с этим понятием.
— Морепродукт.
Ее брови сошлись вместе в замешательстве.
— Морские животные были уничтожены во время войны, когда океаны оказались загрязнены. — Возможно, она и не жила в этом мире, но изучала его бурную историю.
— У некоторых людей, — сказал Даллас, — указывая большим пальцем на Девина, — есть личные припасы.