Что такое любовь? (СИ)

— Так это же не совсем и проблема. А я тебе со всем помогу, — уверенно заявил и хлопнул в ладоши, радуясь тем, что Аля хотя бы чуть-чуть передо мной раскрылась.
— Что? Но зачем тебе это нужно?
— Потому что я хочу? — вопросом на вопрос ответил и девушке нечего было сказать на это.
— Ну если ты так хочешь, то пожалуйста, — пожала плечами. — Однако сейчас мне всё же пора домой, потому что… чувствую, меня ждёт разговор не из приятных. Надо набраться смелости, чтобы вытерпеть всё. А потом уже и ко всему остальному можно вернуться.
— Тогда доедай, я тебя отвезу домой и сам немного подумаю насчёт того, что можно сделать с твоим опросом и как его осуществить. Положись на меня!
— Благодарю, — счастливо сверкая довольными искрами в глазах, улыбнулась Алевтина.
Ну а мне… предстоит много думать, если я не хочу ударить в грязь лицом. Дело не из легких, но я справлюсь. Точно справлюсь. Иного выхода у меня нет, не в этом случае.
  
Глава 17. Алевтина Крылова
 
Ступенька за ступенькой, шаг за шагом, нервное дыхание и мысли, которые в голове, словно запутавшийся клубок: столько же многочисленных узлов, витков и торчащих нитей, которые вряд ли уже удасться распутать, остаётся лишь взять ножницы и обрезать, либо же вообще выбросить, но… жалко ведь. То же самое происходит сейчас и со мной.
Я иду на встречу с родителями, с коими накануне ужасно повздорила и сейчас мне очень страшно даже представить, что будет дальше. Я не хочу ещё больше усугублять сложившуюся ситуацию, но какой будет исход — даже представить не берусь, потому что не знаю, к чему в итоге пришли мама с папой. Конечно, это их жизни и только им принимать окончательное решение, однако… я же тоже часть их жизни! Брак — часть их жизни! Многие годы, проведённые вместе — тоже часть их жизни!
И так легко разрушить всё это одним лишь стремлением продвинуться по карьерной лестнице…
Остановившись напротив входной двери, я прикрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь вновь взять себя под контроль. В последнее время очень часто удавалось давать волю эмоциям и к чему это привело? Явно ни к чему хорошему, а значит — опять лишь логика, самоконтроль и никаких лишних чувств, выходящих за рамки. Тем более сейчас, когда передо мной будут стоять близкие мне люди…
Позвонив в дверной звонок, принялась ждать и, ради своего же спокойствия, оправила образовавшиеся складочки на высохшем платье, чтобы хоть как-то унять собственные нервы.
Стоило двери открыться, как мы с мамой замерли напротив друг друга. Никто из нас не шелохнулся, потому что я не знала, куда себя деть, а мама… прижала ладонь ко рту и сдерживала появившиеся в глазах слёзы, чтобы не разрыдаться. В конце-концов, мы обе не выдержали и, спустя уже всего секунду, обнимали друг друга.
Я больше не обижалась на родителей, вернее, старалась не обижаться, потому что теперь понимала — они взрослые и ни от кого не зависящие личности, а значит, в силах разобраться самостоятельно. И другие люди, даже если это будет родная дочь, здесь не помощники. Но поговорить нам всё же нужно, чтобы больше не было никаких тайн и недомолвок. Этого я уже терпеть не намерена.
— Доченька… — прошептала мама, прижимая мою голову к себе и вдыхая мой запах, чтобы убедиться, что это действительно я стою сейчас здесь, в её крепких объятиях. — Как же я… как же мы со Святом переживали за тебя! Убежала! Одна! Практически ночью! Да ещё и в такой ливень…
— Всё хорошо, — ответила я, чуть отстраняясь, чтобы видеть её лицо. — Теперь всё хорошо.
— И слава богу, — соглашаясь со мной, кивнула женщина. Казалось, она не могла насмотреться на меня и с блестящими от скопившейся влаги глазами изучала каждый миллиметр моего лица, а затем и тела.
— Но… — произнесла я, от чего она насторожилось и тревожно замерла. — Нам не мешало бы серьезно поговорить.
— Вот тут вынужден согласиться, — соглашаясь с моими словами, появился в прихожей отец. — Но, для начала, может быть пройдём в зал? Стоять на пороге — не самый лучший вариант из возможных.
 
— Да-да, чего это я? Расклеилась совсем, — смахивая с щёк всё-таки потекшие слёзы, засуетилась мама и втянула меня в квартиру, захлопывая за моей спиной дверь. — Доченька, пошли. Будешь что-нибудь?
— Нет, спасибо, я позавтракала, — отмахнулась, вместе с родителями проходя в гостиную комнату.
За моё отсутствие здесь практически ничего не изменилось: всё та же легкая атмосфера, светлые тона в обстановке, мягкий диван напротив висевшего на стене большого плазменного телевизора, почти что воздушные и полупрозрачные шторы, прикрывающие широкое окно практически во всю стену и выход на балкон. Уютные ощущения возникают при виде всего этого, а разнообразные цветы, украшающие специальные миниатюрные подставки, добавляют ко всему этому необычного, но такого знакомого шарма.
Мне всегда казалось, что наш дом — это что-то лёгкое, нежное, невесомое, где всегда приятно находиться и осознавать, что ты здесь, вместе с родными, в полной безопасности от всего окружающего мира. Но сейчас… кое-что изменилось, а именно — мои родители. И что-то постоянное, которое я ощущаю здесь, дома, единственная для меня радость, потому что помимо того, что есть сейчас, нет ничего ценнее воспоминаний… А их у нас много. Очень много, чтобы в данный момент перекрыть всё то неприятное и хоть немного, но окунуться в счастливое и безмятежное время, забыть, что ты взрослый и хоть не на много, но почувствовать себя маленьким ребёнком. Я бы сейчас многое отдала за это…
— Аля… — прочистив голос, начал отец и, чуть отводя в сторону взгляд, чтобы не смотреть мне в глаза, сложил ладони треугольником перед собой. Мама села рядом и прижалась ко мне, скорее всего, боясь того, что я снова могу уйти. Вот только… уходить я пока не собиралась. Мне предстояло узнать то, что могло расставить всё по своим местам. Или, наоборот, перевернуть всё с ног на голову.
— Слушаю, отец, — с самыми минимальными эмоциями кивнула, ожидая пояснений. Как-то проявлять своё расположение не хотелось, всё же, я делаю над собой огромные усилия, уже просто находясь здесь, но… Мне было интересно, с чего же он начнёт? С нас, семьи, или со своей работы? Как объяснит свой выбор и, уж тем более, какие более-менее логичные аргументы приведёт к этому? Я должна понять, стоит ли понимания его решение…
— Я понял, что мой выбор тебе не совсем понравился, но… — вздохнул и наконец решился посмотреть в мою сторону. В глазах отца застыли осколки хоть какой-либо надежды на нормальный исход, а потому мне стало ещё больнее: на одной чаше весов наше с мамой благополучие и общее семейное счастье, на другой — все его цели, от которых тоже просто так не отказаться. — Аля, ты, как хороший психолог, должна понять меня… Для человека, всю жизнь стремившегося к карьерному росту, такая возможность в любом случае покажется просто идеальной и переезд — всего лишь небольшой уступок, который я в состоянии сделать, по сравнению с тем, что они могут мне дать. Большие деньги, огромные возможности, уважительное отношение ко мне моих же подчиненных, власть, в конце концов. Это моя мечта! Я ещё мальцом был, а в глазах уже горел тот самый азарт, который и будоражил огонь в моей крови все эти годы. А теперь скажи, предстань такая возможность перед тобой, ты бы смогла отказаться? Я не тороплю тебя с ответом, подумай, а мы с мамой пока подождём. Главное, что ты всё-таки пришла и решила выслушать нас.
В этих словах… непременно, была своя истина. И как психолог я его действительно понимаю. Многие годы труда, не покладая рук, собственной крови и пота, чтобы достичь всего этого, чтобы обеспечить не только себя, но и нас, свою семью. А теперь что? Что делать?
Как психолог я уже приняла решение и оно лежит на поверхности, а как дочь? Как дочь что я придумаю? Что скажу? Что для меня важнее? Собственное мнение, где я придерживаюсь немного эгоистичного решения, или же желания отца?