Подарок Смерти (СИ)

Вернулся он также быстро:
— На вот выпей, так быстрее проснёшься — и довольный, словно мартовский кот, объевшийся сметаны, пошёл помогать Никрасу, насвистывая незатейливую песенку.
Послушав «доброго» совета я с некоторым недоверием и осторожностью отпила плескавшуюся на дне кружки жидкость. Мм, а на вкус ничего так, малина и черника с мятой и зверобоем. Выпив до конца всю жидкость, я действительно почувствовала себя лучше. Глаза перестали слипаться, а в голове унялась боль.
— Прошу к столу — улыбаясь, сказала Нарина.
Завтрак прошёл быстро и молча. Даже вечно болтливый Руфин сидел и ел фантастически вкусную кашу молча, да и выглядел серьёзным и очень собранным. Я тоже не решилась нарушать общее молчание, понимая, что путь нам предстоит очень опасный, ведь не зря же Нарина и Никрас были против этой затеи. И всё же, не смотря на моё очень незавидное положение, я чувствовала себя спокойно, не было ни капли страха, имелась даже уверенность, что у нас всё получится. Да и ребятам я всецело доверяла. Интересно откуда у меня появилось такое чувство.
Минут через десять после сытного завтрака мы отправились в путь. Солнце уже встало и неохотно освещало ранних путников, как бы показывая что ещё слишком рано и можно ещё спать и спать, до того как запоют первые петухи и можно будет вставать и гнать скот пастись на пастбище. Но мы упорно шли вперёд, ещё ночью поставив перед собой цель, добраться до вечера до Горы Ведьм. А вот что это за Гора Ведьм я не знала и даже никогда не слышала о ней. На мои деликатные вопросы, насколько жуткое местечко эта самая Гора Ведьм, мне охотно пояснили, что на самом деле «как я сначала подумала» это никакая не гора испещрённая норами в которых живут ведьмы, а центральный торговый город, расположенный на горе. Посмеиваясь, они следили за реакцией на моём лице и, предугадывая следующий вопрос, объяснили, что название этой горы не в честь обитателей города, а из-за легенды о бабке-гадалке-знахарке, которую почему-то все звали ведьмой из-за её предсказаний, которые всегда сбывались. По словам той же Нарины эта бабулька ведьмой не являлась, у неё даже было много отличий от настоящих ведьм, но, увы, это прозвище как клеймо — навечно прицепилось к её безобидному происхождению до самой смерти. А когда в конечном итоге разобрались что к чему, решили проявить великодушие и в честь неё назвать торговый город расположенный неподалёку от её жилища. Стих пор это стал город гадалок и предсказателей. Внимательно слушая, я лишь качала головой, никогда бы не догадалась, что из-за такой мелочи можно было назвать целый город! Разъяснив, что к чему ребята замолчали, как будто бы боялись, что их кто-то услышит. Я тоже не проронила больше ни звука и сконцентрировалась на темпе передвижения. Темп надо сказать ребята взяли отменный, я хоть и привыкла ходить и бегать быстро, но стала заметно уставать, и чтобы не сбить ритм дыхания приходилось молчать. И когда я почувствовала, что сейчас свалюсь от усталости под ближайшее дерево, Мерлин скомандовал привал. Растянувшись под большим красивым кленом, я млела от блаженства. Но неожиданно посмотрев на остальных моё настроение резко ухудшилось. Эти четверо даже не запыхались! И остановились, похоже, только из-за меня! Злость на себя мигом подняла меня на ноги, и я не понимая, что делаю, подошла к Мерлину со словами:
— Вы отдохнули? Вот и ладненько, пора в путь!
Видел бы кто-нибудь глаза Руфина и Нарины, когда я проявила инициативу, отправится дальше. Я чуть было не расхохоталось, и с трудом сдерживая вырывающийся наружу смех, вопросительно уставилась на Мерлина. А тот даже бровью не повёл. Лишь пожал плечами и сказал, что в этот раз рывок будет ещё больше, но раз я «уже» отдохнула можно отправиться в путь. Он не врал, скорее, намекал, что я ещё не привыкла к таким приключениям и мне следует отдохнуть ещё, но я, проявив своё ослиное упрямство, настояла что «мне» остановки не требуются и я спокойно смогу продолжить путь наравне со всеми. Ох, и кто меня тогда за язык тянул.
 
Чуть позже я, собрав в кулак всю свою гордость, упрямство и оставшиеся силы шла вперед, не замечая ничего. Поэтому когда мы остановились, я вместо того чтобы облегчённо бухнуться на землю, собралась было возмутиться почему мы остановились, то заметила, что все очень запыхались от быстрого темпа и большого расстояния. А ещё я заметила, что все смотрели на меня с нескрываемым уважением и улыбкой. Но не успела я ничего сказать, как грудь и шею обожгло холодом, я стала задыхаться, в глазах потемнело. Всё отступило так же неожиданно, как и пришло. О недавнем странном приступе напоминало лишь бешено колотящиеся сердце. Облокотившись на дерево, я достала из-за пазухи медальон, подаренный мне много лет назад.
— Ухты, какая красота! — воскликнул Руфин, рассматривая блестящий на солнце медальон — могу я поинтересоваться, откуда он у тебя?
— Это подарок. Он мне очень важен. Его подарила мне одна знакомая бабушка — травница, которой я помогла.
— Мм, подарок значит. Мне бы такие подарки дарили. А чем именно ты ей помогла? Ну — неожиданно смутился он — не пойми меня неправильно, я спрашиваю чисто из любопытства. Просто обычно такие дорогие подарки за просто так не дарят.
— Ну — пожала я плечами и ухмыльнулась — а мне как видишь, подарили. Но на самом деле ничего такого особенного я не сделала. Просто помогла собрать ей нужные травы и отнести на рынок. А потом показала ей дорогу в соседнюю деревню и помогла нанять телегу. А она мне этот медальон подарила и кое-чему научила.
— А ясненько — как-то разочарованно протянул он — действительно сущие пустяки.
Немного помолчав, я для поддержания разговора спросила:
— А вы, почему от вампиров скрываетесь?
Руфин почернел, но всё же ответил:
— Да у нас не менее занимательная история. Мы, в общем, то, точнее наш душка Мерлинчик со свадьбы бежит.
— Со свадьбы? А что невеста такая страшная, что ли?
— Да не, красивая. Вот только вредная и хитрая, как гадюка. Я с ней лишь раз встречался да и того хватило с лихвой. Теперь как представлю, что с этой расфуфыренной козюлькой Мерлину жить всю жизнь.… В общем, жалко бедолагу становится, аж слёзки наворачиваются, лучший друг всё-таки. — Он театральным жестом смахнул воображаемую слезинку с глаза, шмыгнул носом, вздохнул и, покачиваясь отошёл «горевать» дальше о своём лучшем друге.
Где-то через час мы всё же достигли Горы Ведьм. Это было совсем не то место, которое я себе на представляла. С виду это был огромный город на вершине горы. Небольшие двухэтажные здания стояли близко друг к другу, да так, что со стороны казалось, что это одно большое строение. Единственное что особо выделялось на фоне этого змееподобного городка, так это купающийся в лучах солнца храм, который возвышался в другой части города.
Даже посмотрев издалека, казалось, что в городе кипит бурная жизнь. Теперь я ясно понимала, о чем говорила Нарина, когда не хотела идти сюда. Ведь действительно было не исключено, что кто-нибудь узнает кого-то из моих друзей.
И тут я задумалась, хмм «моих друзей», а ведь и правда, за это короткое проведённое вместе с ними время я успела сдружиться со всеми. С Нариной так вообще стали лучшими подружками. Даже хвастунишка Руфин был уже родным. А добряк Никрас старался помогать мне во всем. Единственный, о ком я мало пока что знала, был Мерлин. Он часто куда-то уходил, все время думал о чем-то своём и уходил от темы, когда его спрашивали, все ли с ним в порядке. Сначала мне казалось, что он меня недолюбливает, но потом стала замечать, что он ко всем как то холоден. Вскоре я свыклась и стала больше общаться с Нариной, что очень сильно раздражало Руфина. Пока мы шли, она успела мне рассказать много интересного об этом мире. Оказывается людей, которых я видела в таверне, были не совсем людьми. Как я поняла, их называют странниками. Так их назвали люди из того, что в далёкие времена они не жили на одном месте, а все время переезжали с места на место, но потом решили покончить со странствиями и начать оседлый образ жизни. Но название так и осталось. Настоящие их имя было — стражи. Это название им дали боги, но им понравилось больше странники, так они ассоциировались с обычными людьми и могли с ними взаимодействовать. Вот с того момента они стали странниками и остались ими по сей день. Странники — это как волшебники из сказок, которые я читала в детстве, только им не нужны волшебные палочки, ковры самолёты, метлы и прочие побрякушки, этим обычно пользуются ведьмы и колдуны. У странников же магия живёт внутри них, они были рождены с ней и у всех она разная. Как мне объяснила Нарина, существуют магия стихий и запретная магия, которая очень опасна и запрещена законом, откуда и получила название «запретная». Но самое интересное было то, что людей, которые смогли контролировать эту магию было от силы только двое: первый — это великий и Кровавый Князь Арион, а вторая — его внучка, наследница трона Милиса, но та в детстве, при кровавой битве, произошедшей в Стоунхольме — школе странников, потеряла память и до сих пор ничего не может вспомнить. В общем, разрешена только стихийная магия. Больше всего из рассказа меня заинтересовало то, что тогда в лесу, как мне показалось сначала, с одной стороны моста стояли не оборотни, а вампиры. И что самое невероятное, до этого момента вампиры никогда не ходили на границе (так Нарина назвала лес) и оказывается, вампиры добрые и без причины нападать не станут. Получается, вампиры хотели помочь или что? А главное зачем? Почему? И кто им, в конце концов, сказал, что нам нужна помощь? У меня возникло множество вопросов, но я решила остановиться на самом главном, то есть на изучении этого мира. Ведь не известно еще, на сколько мне придётся здесь задержаться. А лишние знания никогда не помешают. Поэтому я спросила кто такой Арион, на что Нарина вздрогнула, но всё-таки ответила: