Янтарный свет: ...Имеет.. (СИ)

Он смеялся заливисто, с истеричными нотками, но это был единственный звук в зале.
Темный, проронивший за весь поток студентов едва ли десяток слов, ухахатывался и не мог остановиться.
— Сто камней! Чистая тьма! — произнесла худощавая статуя мужчины вышедшая из ниши и тут же добавила: — Сто камней. Чистый свет!
— Надо будет добавить камней, — не сводя взгляда с парочки произнёс Хорт. — Думаю, тут было бы больше…
* * *
Хорт сидел на своем месте и бездумно смотрел на последнего претендента, который, сглатывая ком в горле, смотрел на преподавателей. За его спиной было семь камней голубого цвета, что свидетельствовало о его чистой стихии воздуха. Количество же было пограничным, и парень стоял на краю лезвия.
— Хватит, — буркнул Жагой, мрачно сверля взглядом кандидата. — У нас и так полно сильных магов в этом году.
Глава не ответил, продолжая стеклянным взором смотреть на претендента.
Над ложем экзаменаторов повисла пауза в несколько секунд, которую нарушил голос руки ветра:
— Беру.
— Да брось Зик, он слабак, — вздохнул маг земли.
— Потенциал не раскрыт. Он может. На лице метки стихии, — беспечно пожал молодой русоволосый экзаменатор. — Да и стихии моей в этом году мало.
Жагой перевёл взгляд на главную руку. Тот в ответ молча кивнул.
— Претендент Ли, — объявил рука воздуха. — Добро пожаловать!
Парень выдохнул, ноги подкосились, и он, развернувшись, поковылял к двери, ведущей на внутреннюю площадь, где его поджидали остальные.
— Руки оплота Стального хребта. Приём кандидатов…
— Да пошли они нахер! — раздался оглушительный бас.
БУДУМ!
Дверь распахнулась с пинка, и на пороге показался закованый в потасканую и местами помятую стальную броню воин. За его спиной находился худощавый мужчина с недовольным лицом.
— Я не это имел в виду, когда говорил, что нам надо пройти сквозь этот зал, — проворчал он.
Воин тем временем прошел по залу и уставился на обалдевших от такого поведения преподавателей.
— Куда делись те, кто прошёл ваше испытание? — хмуро спросил воин, глядя на магов.
Главная рука ордена спокойной вздохнул и указал на другую дверь.
— Все они там, — произнёс он и добавил: — Но чтобы пройти в ту дверь, надо сдать испытание.
Воин хмуро оглянулся на мужчину за его спиной.
— Наваляем?
— Гош, ты хотя бы спроси, что за испытание, — вздохнул мужчина.
— Не хочешь надрать им задницу, тогда просто пошли дальше, — фыркнул воин и направился к двери, но тут звезда под его ногами вспыхнула и образовала барьер.
— Наглецов у нас принято испепелять, — произнёс рука огня, укутавшись пламенем. — Глава, можно я…
— Нет, — не сводя взгляда с двух неизвестных, произнёс Хорт.
Гош влепил кулаком по барьеру, отчего на секунду в зале полыхнуло светом, а затем обернулся к Снеку.
— Давай сегодня без глупостей. Просто выполним условия и пройдём к нашим ребятам, — вздохнул клирик.
— К вашим ребятам, — едва слышно произнёс главная рука и громко обратился к двум незнакомцам: — Представьтесь, кандидаты!
Двое друзей переглянулись. Вперед вышел Гош. Вытащив клинок из ножен, он сделал резкий росчерк в воздухе, оставив белоснежную полосу, образующую круг в воздухе, затем еще один резкий взмах, от которого круг превратился в знак Единого из света, висящего перед ним.
— Гош из Свадии. Паладин. Свет, — громко произнёс он, уперев кончик меча в каменный пол под собой и сложив кисти на рукоять клинка.
— Снек из Свадии. Клирик. Свет, — сказал за ним напарник, встав справа и чуть позади паладина.
Хрот задумчиво вздохнул и перевёл взгляд на Маргарет.
— Это уже не мои, — тут же открестилась рука смерти.
Главная рука снова перевела взгляд на незваных кандидатов.
— Чтобы пройти испытание, вы должны продемонстрировать свой самый мощный приём, сила которого отразиться на этих камнях.
Гош оглядел статуи и огромные камни силы на стенах, затем взглянул на Снека и пожал плечами.
— Ритуал тут рисовать неуместно, — с кислой миной ответил клирик. — Придётся по-походному.
 
— Давно не практиковались, — кивнул воин.
Клирик встал за спину паладина и принялся что-то шептать. Воин перехватил клинок, крутанул его в руке и, наполнив его силой, вонзил в каменный пол перед собой.
БАХ!
Кончик лезвия вошел в камень, зафиксировав оружие. Сам же паладин окутался светом. Он стянул перчатки, шлем и отбросил их в сторону.
— Жми! — скомандовал паладин напарнику.
ХЛОП!
Зал залило светом, но он не стоял на месте. Он закручивался вокруг паладина и втягивался в него. За пару секунд воин превратился в сверхновую звезду, а когда тело его переполнилось светом, он выхватил клинок и вскинул его над головой.
— ВО ИМЯ ТВОЁ! ЗА ВОЛЮ ТВОЮ! — громогласно объявил паладин.
Свет погас, и в зале резко стало темно, словно руны на стенах потеряли яркость. Под потолком появилось серое облако, а с него через пару секунд медленно и неторопливо начали падать искры.
Оранжевые искорки, рваной траекторией, словно светлячки, устремились вниз. Опадая, как первый снег в безветренную погоду.
— Янтарный орден, — тихо прошептала Церебра.
Слезы отпустили, и по ее щекам больше не текли стальные капли, но глаза так и не отпустило. Стихия руки света никак не хотела уходить.
Хорт глубоко вздохнул, не сводя взгляда с незапланированных кандидатов и в полной тишине преподавателей, впервые столкнувшихся с такой магией, произнес:
— Это будет самый сложный год. Самый сложный на моей памяти…
Он поднялся и перевёл взгляд на камни над головами паладина и клирика, что продолжали творить янтарные искры. Все они сияли белоснежным светом.
— Да, выпуск будет самым сильным за все времена, но год… год будет очень сложным.
Искры падали всё реже, призыв янтарного света иссякал, и когда с потолка сорвалась последняя искра, из ниши вышла статуя закованного в броню воина.
— Двое кандидатов, двести камней! Чистый свет! — громогласно объявил он, и оглушительно врезал своим клинком по щиту, после чего встал на место.
Хорт поднялся на ноги и громко произнес:
— Кандидаты! Я поздравляю вас с поступлением в оплот Стального хребта! — произнес он. — Вы не являетесь подданными Дракара, поэтому обучение для вас составит две тысячи золотых!
— Сколько?!! — тут же вскинулся покачивающийся от усталости Гош. — Ты охренел, старый?!!
— Моя протекция, — тут же вмешалась Церебра, не сводя взгляда со Снека, который вышел из-за спины воина с окровавленным лицом, от бегущей из носа струйки крови. — Полная.
— Слишком много светлых, — не переставая улыбаться, произнёс рука тьмы. — Но я понимаю. Такой шанс бывает не у всех древних, что уж говорить про нас.
Хорт кивнул и, обратившись к двум претендентам, добавил:
— Для вас обучение будет бесплатным.
— То-то же, папаша, — хмыкнул паладин.
Он нагнулся, поднял шлем и перчатки, второй рукой ухватил клирика и, завалив его себе на плечо, всеми силами стараясь не шататься, отправился к выходу.
— Надеюсь, тут хотя бы кормят нормально, — проворчал он. — А может, даже наливают.
  
Глава 17
 
Гляделки продолжались около минуты.
Хорт молча рассматривал двух магов, на шее которых красовались рабские ошейники, а те, соответственно, Главную руку оплота, по сути являющуюся ректором.
— Испытания, я так понимаю, для нас не будет, — произнёс Ларс.
— А есть смысл? — хмыкнул Хорт. — Меня больше интересует, зачем это всё?
— На самом деле, мы делаем это не по своей воле, — признался Гюш и щелкнул пальцем по ошейнику. — Это скорее…
— Пакость одного хитрозадого… — начал было маг, но осёкся. — Одного друга нашего хозяина.
Главная рука хмыкнул и задумчиво уставился на стол с бумагами.
— Дело сложное. Рабы в обучении оплота были, но… это были особые случаи, которые вошли в историю заведения.