Дева в беде, или где будем принца делать, женщина? (СИ)

А потом Мэл уехал, вот так вот просто, как всегда легко, улыбаясь, но, чтобы не делал теперь герцог, его окружал и пропитывал солнечный свет, а улыбка своя собственная сама то и дело лезла на лицо. В этом было что-то магическое, наверняка доступное лишь детям Ивэ, или может быть лишь Золотой чаще, в весенних рассветных лучах. Мэл ничего не забрал, ничего не увез, ничего не отнял, он все оставил, и то что он оставил было причиной улыбнуться.
***
Сульмидир успел вернуться до отъезда Его Величества, приключение эльфа выдалось вовсе не таким, как он ожидал, хотя бы потому что он вернулся один, абсолютно без денег, и без дорогущего кинжала с рубином в ножнах, но самое обидное, что поруганным в лучших своих чувствах. А все мелкий чертенок!
Первая часть его путешествия прошла именно так как он ожидал. Он быстро добрался до Крастии, в город попал тайно, ночью и в обход всех патрулей, теперь это было несколько сложнее, чем раньше, все же после захвата Оплота именно Крастия стала городом пограничным, но ему, однако удалость это без проблем. В городе он остановился у старого знакомого, когда-то давно вырученного Сульмидиром в Черных Горах лекаря. От него как раз многое узнал о Замке и его обитателях, а после попал к леди Висгель, которая от всего произошедшего явно повредилась рассудком, но все же смогла подсказать Сульмидиру, где искать ребенка и как к нему попасть. И даже план по похищению Сульмидиру удался, он сначала выкрал ключ от камеры у барона, а после подпоив стражников все же попал в темницу к заточенному эльфенку.
Ну и на этом моменте все стройные планы работать перестали.
— Понимаешь, какое дело, этот ребеночек там получается смог не просто выжить, он там научился жить. Во-первых, разговаривал он прекрасно, грубовато и на всеобщем, явно обучался у простых людей, но проблем с речью у него не наблюдалось, так ведь его нянька в тихую умудрилась научить и писать, и читать, стражники тоже люди жалостливые оказались и мальчишку баловали, носили всякие подачки, угощали вкусностями, а главное много рассказывали историй. И дитятко это научилось не плохо так дурить людей, попроси чего-то жалобно глядя огромным глазами на миловидной мордашке и все твое. В общем, мордашка оказалась и правда миловидной, с осанкой, конечно, беда, как и с походкой, косолапит, да шаркает, да и в общим явно видно, что ребенок не рос здоровым, тело худое, ручки-ножки тонюсенькие, роста вообще кроха, но личико хорошенькое, эльфийское, глаза большие, волосы если отрастить, то красивый мальчонка вышел бы. Но характер — ужас. Мне бы сразу бы подумать, но я ж с сочувствием и жалостью. Так вот, Хина, как его там называли, устроился в темнице не плохо, сточил себе решетку, и организовал выход на улицу, через который меня из замка и вывел, видел бы ты мое удивление, мол чего ж ты не сбежал, а он мне знаешь, а меня и тут не плохо кормят. По факту оказалось, что план побега есть, но средств маловато, и менять, пусть и камеру, но крышу над головой и сухую постель с каждодневным пайком на мытарства по холоду, да еще и голодным, дитятко явно не собиралось, зато оно совершало вылазки в город, училось общаться, не выделяться в толпе, да и подворовывало. Сумму ребенок скопил не плохую, так что видимо это длилось уже не один год. И судя по рассказам, бежать он планировал летом, куда-нибудь к морю, а там на восток. А тут я, все планы порушил, говорю, пошли и все. Он наворованное прихватил, и мы сбежали. Из города вышли, много кстати общались, а потом остановились на ночевку, и как понимаешь, проснувшись я не нашел ни ребенка, ни денег, ни кинжала. Ты представляешь, как надо научиться воровать, чтобы обобрать спящего эльфа? Я сначала кинулся было в соседнюю деревню, мол не было ли мальчишки, а не было. Объехав еще пару, я вдруг подумал, что зря ищу, это чудовище явно не пропадет, теперь при всех деньгах и моем рубине, уж, наверное, провернет то, что собирался, так что я дальше искать не стал. Но, обидно же, до глубины души.
И Дэекен не знал, как реагировать на такие Сульмидировы признания, то ли в голос смеяться, толи сочувствовать бедняге, и все же была какая-то недосказанность в словах эльфийского капитана читалась, что-то было, чего он не рассказал, и о чем видимо все же размышлять приходилось, но вдаваться в эти подробности у Дэекена времени не было, очень скоро они получив все нужные уведомления с другой стороны, полным королевским эскортом двинулись к Западным вратам. На переговоры.
Так Дэекен не путешествовал никогда, даже с официальными своими визитами, герцог предпочитал куда менее формальные выезды, но тут в дороге был Его Величество, а потому глашатае трубили, знаменосцы несли знамена, гвардия окружала Короля. Вся процессия продвигалась медленно и пафосно, остановок делалось много, обеды, ужины, ночёвки. Церемонии, церемонии, церемонии.
К вратам они подошли точно в срок, и конечно этот пограничный гарнизон сильно отличался от того, что был на Хрустальном перевале. В естественном разрыве горных цепей, окружающих Лес, эльфы возвели невероятно высокие и прочные стены, сторожевые башни, целые галереи наблюдательных пунктов. В эльфийский лес действительно можно было бы пробираться только одиночкам и по горам, в обход тамошних гарнизонов, а к примеру армией штурмовать Врата было бы самоубийственно. И тем страннее теперь Дэекеном воспринимался пустующее ущелье Тишины, как будто подаренное гоблинам.
Его Величество разместили в королевских покоях в казармах, и Дэекену тоже выделили отличную комнату, где ему и пришлось дожидаться, когда дадут отмашку и они смогут встретиться с Лабраном. Посмотреть главному врагу, которого Дэекен таковым не считал, и который сам в эту роль напрашивался в глаза.
***
А Менэльтор тем временем прибыл в Имирин, правда сначала все же на Хрустальном перевале его задержали, и командующий гарнизона прочел целую лекцию о городе и его особенностях, а потом и вовсе снабдил охраной, да еще и видимо кого-то следить тайно поставил. Но этого было не избежать и на ближайший месяц Мэл должен был привыкнуть чувствовать хвост за спиной.
Вообще организовать переправку герцогских богатств в Лес было не так уж и просто. Драгоценности в сундуках вывезли ночью, и это Мэл отправлял сразу в Карас Сильмэ, тут не было проблем, единственное это охрана добра по дороге до перевала. Хорошо хоть герцог вкладывался не в золотые слитки, а в драгоценные камни, и все, что ему принадлежало вывезли за ночь. Другое дело было с самой ценной по мнению Мэла, да и самого герцога, частью его имущества, — библиотекой.
Осмотрев лишь некоторые образцы, Мэл сделал вывод, что везти ее в Карас Сильмэ нельзя, в городе с такой влажностью хранить такие книги невозможно, все дело в том, что многие из них были писаны даже не на пергаментах, а на бумаге, если уж пергаменты плесневели, то бумага вовсе была ненадежной, и тогда Менэльтор решил оставить книги по другую сторону перевала в эльфийском Тиосе, но для этого надо было найти и выкупить помещение, организовать там соответствующее хранение.
Так что теперь его дни были наполнены постоянными передвижениями между Тиосом и Имирином. В Тиосе дела, и как положено благовоспитанному эльфу ночевки, а в Имирине работа. Много-много работы. Как бы там не было, но официально Мэл прибыл в Имирин с миссией продвижения чистоты и борьбы с паразитами. Так что чуть ли не каждый день он объяснял, продвигал, выступал в гостиных, на площадях, и гильдиях о вредоносности блох и клещей, о способах борьбы с ними. В Гостиницах он рассказывал о том, как выводить клопов, в банях много времени рассказывал о правильном обезвшивливании, и вот дела, уже через пару недель гладковыбритых мужчин на улицах прибавилось в разы, а уж сколько было сострижено волос. Теперь уже на лекции Мэла толпой собирались брадобреи, а Гильдия мыловаров не плохо зарабатывала, продавая лучшие места и устраивая с Мэлом встречи.
С Мариной эльфу выпало увидеться не сразу, сначала все же он общался больше с ее отцом, а вот саму женщину он, увидев даже испугался, ибо явившаяся на встречу была уже заметно беременной. По крайней мере заметной Мэлу.