Перейти черту (СИ)

— Дорогой, можно мне попросить твоего разрешения? — Собравшись с духом, начала я.
— Конечно, — тепло улыбнулся он, — поднимая голову к небу, освещенному мириадами ярких звезд.
— Как ты относишься к моему желанию удочерить Вику?
Затаив дыхание, я ждала самого важного ответа в своей жизни. Не меняя положения тела, Адам полной грудью вдохнул теплый июньский воздух и ласково провел по моей спине рукой.
— Я не против, но мы пока подождем с данным вопросом. Хорошо? Не стоит сейчас торопиться.
— Хорошо.
— Ты же не обижаешься?
— Нет, конечно. Ты прав. Я готова ждать столько, сколько нужно. Ведь никто же не лишает меня возможности быть рядом с Викой.
— Ты моя умница, — прошептал мне на ухо Адам, покусывая чувствительную мочку уха.
Внезапно он поднялся на ноги вместе со мной, доверчиво повисшей на его руках, и направился в сторону одноэтажного летнего домика.
— Что ты уже задумал?
— Ничего, что бы тебе не понравилось, — лукаво улыбнулся Адам, толкая ногой дверь маленького по площади домика и заходя внутрь.
Бережно опустив меня на расстеленную кровать, она зажег в спальне несколько ароматизированных свечей и открыл бутылку красного вина.
— Возьми, — протянул мне мой романтичный мужчина бокал, наполняя его до половины.
— Куда столько? Хочешь меня споить?
— Конечно, я же должен знать, какая ты дебоширка, когда напьешься, — рассмеялся Адам, наливая вина и в свой бокал.
Я с сомнением покачала головой, укоризненно цокая языком.
— Что не так?
— Ты же предпочитаешь коньяк или виски. Будешь давиться?
— Ради тебя я готов на многое.
— А я хочу, чтобы мы оба чувствовали себя комфортно.
Открыв боковой ящик стола, Адам достал на свет бутылку Henessy, довольно прищуриваясь. Я не смогла сдержать эмоций, утыкаясь в подушку и громко смеясь.
— Да ты все продумал. Вот же хитрюга.
— Я такой. А теперь иди ко мне, — похлопал он по своим бедрам.
Оседлав мужчину, я положила ладони на его плечи и принялась разминать затекшие за день мышцы. Застонав от наслаждения, он запустил руки под мою футболку и пробежался пальцами по ребрам, посылая по телу приятные мурашки.
Думаю, это самый подходящий момент для признания.
Наклонившись к уху мужчины, я ласково прошептала, пытаясь донести до него всю гамму своих чувств одной фразой:
— Я люблю тебя.
Адам напрягся на секунду, после чего резко перевернул меня на спину и, нависнув сверху, тихо произнес:
— Я тоже люблю тебя, солнышко.
И пусть это всего лишь слова, но для меня они были важны так же, как и поступки. С честью и стойкостью пройдя посланные мне Богом испытания, я, наконец, получила то, о чем грезила всю свою жизнь: любящую семью. Теперь мне есть, ради кого жить и кому дарить свою безграничную любовь. Всю себя.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌
  
Эпилог
 
— Дочь, возьми букет, — передала я своей пятикласснице белые хризантемы. — Ты стихотворение не забыла?
— Нет, мама, но я так нервничаю, — вытерла она запотевшие руки о края черной юбки.
— На репетиции у тебя все прекрасно получалось. Давай я тебе банты поправлю. Ты можешь не дергать головой?
Мимо нас по узкому коридору то и дело пробегали непоседливые детишки, создавая суматоху. Поправив прическу дочери, я в который раз посмотрела на телефон, но звонка от мужа так и не было. Надеюсь, он не собирается пропустить 1 сентября своей дочери? Потому что, если так, дома его ждет хороший нагоняй.
— Мама, почему лето так быстро закончилось? — Заканючила Вика. — Я даже у бабушки толком не погостила.
— Ты нянчилась с младшим братом, а бабушка целый месяц гостила у нас.
— А кто его из садика забирать будет? Вы же с папой постоянно на работе.
— Забирать его будет няня. Но до нашего прихода он под твоим чутким руководством, понятно?
Вика возмущенно развела руки.
— Это не обсуждается. Я не доверю своего брата посторонним людям.
Поцеловав дочь в макушку, я еще раз попыталась дозвониться до Адама, но тщетно.
 
— А когда вы поедете на утренник к Пете? — Спросила Вика.
— После того, как ты выступишь. Десять минут назад мне звонила бабушка — они уже приехали в садик. Утренник в десять начнется, так что мы везде успеем.
Помявшись с минуту, Вика все же озвучила волнующий ее вопрос:
— Мама, а где папа?
Мне бы тоже хотелось это узнать.
— Он скоро подъедет.
— Праздник начнется через пять минут. Он уже точно не успеет, — загрустила дочь, уныло покачивая ногой.
Я хотела уверить ее, что он не за что не пропустит это мероприятие, но к нам подошла классная руководительница моей дочери и забрала ее с собой, предложив мне занять место в зале.
Сев в третьем ряду и положив сумочку на соседнее кресло, попутно печатая Виолетте поздравление с днем рождения ее сына. Надо же было родиться в такой день.
— Прости, любимая, задержался на совещании, — запыхавшимся голосом произнес муж, быстро целуя меня в губы.
— Спасибо, что приехал. Вика уже расстроилась благодаря тебе, — укоризненно покачала я головой, отчитывая мужа.
— Я заглажу свою вину подарком, — усмехнулся он.
— Со мной поделиться не хочешь?
— Подарком? Нет. Он же для дочери.
— Адам…
Громко рассмеявшись, привлекая к себе внимание других родителей, мужчина обнял меня за плечи и весело подмигнул. Я подхватила его радостное настроение, растягивая губы в широкой улыбке. С этим мужчиной невозможно быть серьезной.
Когда объявили выступление чтецов, среди которых была и наша дочь, Адам приподнял тело над стулом, пытаясь поймать грустный взгляд Вики. Заметив отца, она сразу же воспряла духом и выступила без сучка и задоринки. Я с гордостью смотрела на свою зеленоглазую красавицу, которую любила больше жизни. И знала, что она тоже любит меня. Чувствовала. Я слишком быстро завоевала ее доверие, но труднее было не потерять его. Ругая ее первое время за шалости или проступки, я боялась, что она обидится на меня и пожалеет о том, что назвала матерью. Но сколько бы не было между нами ссор, Вика никогда не отворачивалась от меня, как и я от нее. Со временем я избавилась от своего напрасного страха благодаря поддержке мужа, который помогал нам с Викой во многих отношениях. Нам предстоит пройти еще много трудностей, но одно я знала точно — мы пройдем их все вместе.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Конец