Перейти черту (СИ)

— Мама, — выдохнул я сквозь пересохшие губы и медленно подошел к распахнувшей объятия женщине.
Мне казалось, будто все это лишь мои фантазии. Я столько лет представлял себе этот день, что сейчас просто не мог поверить в него. Подойдя к матери, я трепетно прижал ее к своей груди и впервые за долгие годы позволил непролитым слезам скатиться по моим щекам. Она была такой хрупкой в моих руках, такой настоящей. Я чувствовал прикосновения теплых рук к своей спине и в тысячный раз убеждался, что это происходит на самом деле.
Немного отодвинувшись, мама окинула меня пронзительным взглядом зеленых глаз и одобрительно кивнула.
— Такой возмужавший, солидный. Какой же ты у меня все-таки красавец.
— Красавица у меня ты, мама.
Поцеловав меня в щеку, она оглядела холл дома и перевела взгляд на лестницу.
— Я не стала сама бродить по дому. Хотела дождаться тебя. Здесь очень уютно, чувствуется женская рука. Ничего не хочешь мне рассказать? — Подмигнула мама.
Ничего от нее не скроешь.
— Я должен многое тебе рассказать, как и ты мне.
— Но прежде я хочу увидеть свою внученьку и женщину, которая смогла сделать тебя счастливым.
  
23 глава
 
Адам со смешинками в глазах посмотрел на меня и понимающе хмыкнул.
— Да не переживай ты так. Все будет хорошо.
— Я вдруг я не понравлюсь ей?
— С чего это вдруг? Ты зря накручиваешь себя.
Несмотря на попытку мужчины успокоить меня, я все равно находилась в состоянии нервозности. Раньше мне не доводилось знакомиться с матерью моего молодого человека. Интересно, какая она?
— Ты за Викой будешь заезжать?
— Она уже дома. Мама не могла ждать до вечера, чтобы увидеть внучку.
— И как Вика отреагировала на нее?
— Сначала настороженно, но уже через пару часов не могла отлипнуть от бабушки. Думаю, у них не возникнет проблем.
— Надеюсь. Кстати, какое отчество у твоей матери? Я же должна к ней как-то обращаться.
— Василиса Сергеевна.
Свернув вправо, Адам проехал несколько метров и остановил автомобиль возле ворот.
— Идем?
— Ты собираешься уезжать куда-то?
— Да, мне нужно будет отъехать по делам через полчаса.
Он хочет оставить меня наедине со своей матерью? Нет, я еще не готова.
Видимо, паника отразилась в моих глазах, так как Адам обнял меня за плечи и придвинул к себе. В его объятиях я сразу же обрела спокойствие, так необходимое мне сейчас.
— Успокойся. Почему ты переживаешь? Только правду, Милена.
Я уже давно доверила ему свои чувства и эмоции, поэтому не было смысла юлить сейчас.
— Если твоя мама будет против меня, ты выберешь ее сторону. Так ведь?
Адам, словно не понимая моих переживаний, громко рассмеялся и взлохматил мои волосы пальцами.
— Почему она должна быть против тебя, солнышко? Ты накручиваешь себя без причины.
— Ты не прав.
— Да неужели? — Усмехнулся он, целуя меня в шею и покусывая зубами нежную кожу.
— Да. Вдруг она посчитает, что это я разрушила твой брак?
Адам даже оторвался от моей шеи, удивленно смотря мне в глаза. А потом, словно прозрел, сжал мои щеки большими ладонями и тихо, но повелительно сказал:
— Больше ты не забиваешь себе голову этой ерундой. Маме все известно о моих сложных отношениях с почти бывшей супругой. Я ей многое успел рассказать. Если ты будешь вести себя неестественно, тогда вполне можешь оставить о себе не очень положительное впечатление. И напоследок — я знаю, какая ты, а на остальное мне наплевать.
Обняв мужчину за шею, я страстно поцеловала его в губы, благодаря за поддержку. Он крепко сдал руками мою талию и углубил поцелуй, проникая языком в мой рот. Застонав, я попыталась перебраться к нему на колени, но громкий крик заставил меня отшатнуться от мужчины на пассажирское сидение.
— Бабушка! Что они там делают?
Повернув голову в сторону приоткрытой калитки, я вспыхнула от стыда подобно спичке, облитой керосином. С теплой, словно майское солнце, улыбкой на меня смотрела темноволосая женщина лет пятидесяти, обнимая внучку за плечи.
 
— Иди, — шепнул мне на ухо Адам и ласково провел ладонью по спине.
Покинув салон автомобиля, я на деревянных ногах подошла к женщине и, громко сглотнув, напряженно улыбнулась.
— Здравствуйте.
Ее улыбка, направленная на меня, была более искренней и доброжелательной.
— Здравствуй, дочка.
Она назвала меня «дочкой». Это хороший знак? В любом случае, мне очень импонирует его мать. Более добрых и лучистых глаз я в жизни не видела. Кстати, тоже зеленые. У них генофонд такой что ли?
— Мили, привет, — подошла ко мне Мили и протянула свои ручки.
Я быстро опустилась вниз и прижала ее к себе, целуя в висок. Как же я соскучилась по ней за те два дня, что мы не виделись. Накануне я заболела гриппом, поэтому предпочла остаться у себя на квартире, чтобы не заразить ребенка. Общались мы исключительно по телефону.
— Ты уже не кашляешь, — оживленно сказала она, поглаживая меня по щеке.
— Да, я вылечилась. Ты хорошо себя вела?
— Ага. Я же обещала не баловаться.
— Ты моя умница, — прикоснувшись губами к нежной румяной щечке, я поднялась на ногу, и ожидающе посмотрела на Василису.
— Давайте домой. Я голодный, как собака, — прижал Адам ладонь к внезапно заурчавшему животу.
— Скорее, как тигр, — весело подмигнула я, намекая на произошедшее несколькими часами ранее событие.
— О, да, — понял он значение моей шутки.
Накрыв на стол множество различных блюд, источающих такой аромат, что даже у меня проснулся зверский аппетит, Василиса усадила внучку на стол и поцеловала в макушку.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Приятного аппетита.
— Спасибо, мамуль. А вы? — Перевел Адам взгляд с матери на меня и обратно.
— А мы с Миленой немного прогуляемся. Ты же составишь мне компанию.
— Конечно.
Покинув территорию дома, мы с женщиной неспешным шагом прошли до конца улицы и свернули на тропу, окруженную с двух сторон цветущими деревьями.
— Как же здесь дышится, — первой нарушила молчание Василиса.
Согласно кивнув, я закрыла глаза и жадно вдохнула свежего воздуха, которым вряд ли насладишься в городе, пропитанном различными примесями. Несмотря на спустившиеся сумерки, благодаря яркому свету фонарей видимость была довольно неплохая. Иначе мы вернулись бы домой в насквозь промокшей обуви благодаря прошедшему накануне ливню.
— Я бы хотела поблагодарить тебя, — продолжила женщина монолог.
Подключайся к разговору, Милена, или собираешься молчать всю дорогу?
— За что?
— За то, что делаешь моего сына счастливым, а внучке даришь настоящую материнскую любовь.
— С-спасибо, — ненадолго опешила я, не зная, что еще можно сказать в такой ситуации.
— Я могу задать тебе вопрос?
— Конечно.
Мне было любопытно, что Василиса хочет узнать у меня. И немного боязно.
— Что ты чувствуешь к Вике?
— Я люблю ее, — ответила без раздумий, потому что это истинная правда.
— Она тоже тебя любит, Милена, но очень боится, что ты уйдешь
— Несмотря на исход нашим с Адамом отношений, я всегда буду рядом, если Вика этого захочет. Потому что она теперь часть моей жизни.
Неожиданно женщина подошла ко мне слишком близко и по-матерински обняла рукой за плечи, пристально смотря в мои глаза. В этом взгляде я видела Адама, будто он сейчас смотрел на меня. Они так похожи внешне, только ростом сын основательно превзошел мать.
— Я надеюсь, что у вас все сложится. Знаешь, мне все-таки хочется погулять на свадьбе сына.
— Здесь все зависит от него.
 
— Ошибаешься, дочка. Все зависит от вас двоих.
Заглянув в кабинет, Николай громко крикнул:
— Руднева!
Находясь в это время под столом и собирая разбросанные документы, я испуганно дернулась и с грохотом влетела головой прямо в деревянную столешницу.