Перейти черту (СИ)
— Подарок для Вики.
Вот Виолка шустрая. И когда только успела?
— Пойдем завтракать. Там и поздравишь ее. А потом поедем на аттракционы.
По пути мы захватили с собой Виолу и ее нового друга (будем так его называть). Рузанну с ним она, оказывается, уже познакомила. Девочке он очень понравился, так что Виолетта решила продолжить общение. Для нее было важно мнение дочери.
Пока мужчины вели беседу на различные профессиональные темы — оба ведь юристы, — мы с детьми испробовали почти все аттракционы. И если девочки до сих пор были полны энтузиазма, то нам с Виолой срочно требовался небольшой перерыв.
— Какие же мы с тобой старухи, — засмеялась подруга.
— За себя говори, я все еще полна сил. Воу! — Вскрикнула я, слегка покачнувшись.
— Ну да, ну да, — усмехнулась она, придерживая меня за руку. — Кстати, теща его приезжала сегодня?
— Конечно.
— И как?
— Чуть не лопнула от злости, когда меня увидела. Правда, благоразумно смолчала.
— И что бы она сказала? Ее вообще все это не касается.
— Ты права. Ладно, пошли к детям, а то за ними глаз да глаз нужен.
С наступлением вечера мы остались втроем, так как Виоле срочно понадобилось уехать с дочерью на дачу к родителям. Станислав же любезно предложил отвезти их. Посетив ресторан, мы в девятом часу засобирались домой. Вика уже вовсю клевала носом, едва не засыпая в салоне автомобиля. Но домой мы почему-то не поехали.
— И куда это мы теперь направляемся?
— Мне полчаса назад позвонил начальник службы безопасности и попросил срочно приехать. Я не стал сразу срываться с места, чтобы не расстраивать дочь. Подождешь меня? Я постараюсь недолго.
— Куда же я денусь.
Остановив автомобиль прямо перед массивными ступенями, ведущими к парадному входу в здание фирмы, Адам коротко поцеловал меня в губы и быстро вышел наружу, тихо закрывая дверь. Стоило ему скрыться из виду, как Вика подскочила с сидения и дернула меня за руку.
— Что такое, солнышко?
— Мили, я хочу в туалет.
Почему-то у меня возникло чувство дежавю. Вытащив ключи из замка зажигания, я вышла из автомашины и, дождавшись Вику, заблокировала двери. Взяв девочку за руку, повела ее в здание, но она внезапно дернулась в моих руках, будто пытаясь убежать куда-то.
— Что такое? — Встревоженно посмотрела я на нее, сталкиваясь с испуганным взглядом, направленным куда-то за моей спиной.
Обернувшись, я едва не побелела, словно мел, замечая перед собой покачивающуюся женщину. Нетрезвой походкой она направлялась в нашу сторону.
— Доченька, — криво улыбнулась Евгения, подходя ближе.
Рефлекторно я прижала девочку к себе, стараясь защитить от пьяной женщины. Заметив мой маневр, она крупно задрожала, покрываясь красными пятнами от ярости. Или они у нее уже были?
— Убери руки от моей дочери, тв*рь, — прорычала она, делая угрожающий шаг в мою сторону.
Я не сдвинулась с места, отодвигая Вику себе за спину. Неужели этот позор будет происходить на глазах ребенка? Господь, не допусти этого. Я молилась, чтобы Адам скорее спустился вниз и образумил Евгению.
— Ты меня плохо поняла? Отдай мне моего ребенка, — ее глаза горели таким гневом, что на секунду я даже подумала, что она ревнует свою дочь ко мне. — Ты все портишь, с*ка!
Понятно, ревностью тут и не пахнет. Вероятно, у нее созрел какой-то ужасный план насчет Вики. Почувствовав, как меня дернули сзади за платье, я обернулась назад, при этом стараясь не упускать из поля зрения взбесившуюся женщину.
— Мне страшно, Мили, — едва слышно прошептала девочка, беззвучно плача.
Заметив пробежавшие по ее щекам капельки слез, я пришла в такое бешенство, что, сели бы не присутствие рядом ребенка, растерзала б эту др*нь прямо на месте. Ничего, судя по настырству Евгении, мне еще будет предоставлена такая возможность. Подняв Вику на руки, я крепко прижала ее к своей груди и жестко сказала женщине.
— Я не собираюсь отбирать у тебя дочь. Ты сама ее теряешь, — развернувшись, я начала подниматься по лестнице, как у моего уха пронзительно вскрикнула Вика.
— Не надо!
Следом мое плечо обожгло сильной болью, будто его ударили чем-то острым. Я быстро поставила Вику на ноги на ступенях и молниеносно развернулась лицом к сопернице, получая хлесткий удар по лицу. Мотнув головой, я толкнула Евгению назад, как можно дальше от себя.
— Ты с ума сошла?! Я не буду с тобой драться, тем более при ребенке.
— Это моя дочь, ты поняла? Никто не отнимет ее у меня, — устало прошептала женщина, еще сильнее покачиваясь и делая мелкие шаги назад.
Я уже подумала, что она развернется и молча уйдет, но Женя решила оставить за собой последнее слово, сопряженное с угрозой.
— Ты еще пожалеешь о том, что встала на моем пути. Я теперь не оставлю тебя в покое ни за какие деньги.
— Что здесь происходит?! — Громогласно выкрикнул Адам, спешно сбегая по ступенькам.
— Папочка! — Воскликнула Вика, подрываясь к отцу.
Евгения, заметив мужчину, ускорила шаг, заплетающимися ногами перебирая по асфальту. Последняя эмоция, что я заметила в ее глазах, была страхом. Она боялась его.
Адам поднял дочь на руки и поцеловал в макушку, укачивая в своих сильных руках.
— Тише, солнышко, все закончилось.
— Папа, она ударила Мили, — поделилась Вика информацией, которую я хотела скрыть от уже изрядно разъяренного мужчины.
— Милена, подойди ко мне, — командирским тоном сказал Адам.
Я выполнила его приказ, немного колеблясь. Подняв мою голову за подбородок, он тихо спросил:
— Куда…
Но следом перевел взгляд на мою левую щеку и громко выругался.
— Вот же др*нь!
— Адам, — оборвала я его, указывая взглядом на притихшего ребенка.
— Ничего, она у меня еще наплачется. Больше я не буду мириться с ее закидонами. Она уже перешла всякие границы.
— Может нам догнать ее? — Выкрикнул охранник, все это время безмолвно стоявший возле приоткрытой двери фирмы.
Адам бросил мимолетный взгляд на дочь и коротко качнул головой.
— Давайте лучше домой. Вике уже спать пора.
Сделав щедрый глоток вина, я отодвинула бокал, с фальшивым интересом рассматривая светло-красную жидкость, искрящуюся в свете огня, полыхающего в камине.
— Как ты? — Заботливо спросил Адам, присаживаясь рядом и кладя мою тяжелую от сегодняшних переживаний голову на свое плечо.
— Я-то в порядке, а вот Вика, думаю, нет.
— Не переживай, завтра она уже забудет об этом, если мы не будем напоминать.
— Ты прав, — коротко ответила я, пребывая где-то в своих мыслях.
Адам отпил немного из моего бокала и, поморщившись, отставил его на столешницу.
— Не понимаю, как вы, женщины, пьете это.
— Обычно мужчины говорят эту фразу в отношении шампанского.
— Одна фигня. Я предпочитаю коньяк либо виски.
— Либо водку, — вставила свои пять копеек я, хотя знала, что он терпеть не мог этот спиртной напиток.
— Тут ты ошибаешься. Что это мы решили обсудить наши алкогольные пристрастия?
— Пристрастия у тебя, а я пью редко.
— Так, значит? — Шутливо грозно прорычал мужчина, завалив меня на спину.
Засмеявшись, я попыталась оттолкнуть его от себя, но попробуй сдвинуть с места эту глыбу. Бесполезное занятие.
— Встать с меня, бугай. Мне дышать нечем.
Прикусив нежную кожу моей шеи, Адам легкими поцелуями двинулся к тому месту, где появилось неэстетическое покраснение, в напоминание оставленное Евгенией.
— Надо было купить мазь в аптеке.
— Успокойся, мне совсем не больно, а краснота скоро сойдет.
— Ты так спокойно относишься к этой ситуации, а я в сотый раз уже готов сгореть от стыда.
Вот почему он с такой завидной регулярностью прятал от меня свои глаза. Дурачок мой.
— Тебе чего стыдиться, я не понимаю?
— Ты пострадала из-за меня…
— Тоже мне страдания, — беззлобно фыркнула я, перебивая Адама. — Я столько раз была бита, что эта пощечина для меня как легкое дуновение ветерка.