Помощница с того света 3. След из хлебных крошек

Подавить неуместный порыв удалось лишь в самый последний момент, и я, смущенно кашлянув, переступила с ноги на ногу. Кажется, я была не так уж далека от истины, когда сравнивала себя с подростком. В каком-то смысле мое тело переродилось и заново училось испытывать сильные эмоции и незнакомые ощущения.
Пока Адам искал свободный экипаж, я написала новую записку на дверь. Адам зачарует ее и повесит на дверь, чтобы новые клиенты оставили адрес, по которому их можно найти.
Давно пора придумать бы что-то более практичное, но руки не доходили.
Оказавшись на улице, я вдруг передернула плечами и поежилась. Крыши домов утопали в тумане, а от некогда нарядно-желтой листвы ничего не осталось. Зима обещала быть ранней. Сильный ветер насквозь продул блузку, и спина покрылась мурашками. Добежав до кареты, я с радостью нырнула внутрь и обняла себя за плечи.
– Холодно! – радостно сообщила я присоединившемуся Адаму. – Теперь я могу чувствовать не только тепло камина, но и холод!
Изо рта вырвалось облачко пара, и я широко улыбнулась. Адам покачал головой, пробормотал что-то себе под нос и вылез из кареты. Через несколько минут он вернулся, держа в руках пальто. Я потянулась за ним, но Адам сам закутал меня, словно ребенка. Я сделала глубокий вдох и поплатилась за это – от теплой шерсти исходил тот же дразнящий аромат, что и от кожи Адама.
– Спасибо, – хрипло пробормотала я.
– Я сам должен был подумать об этом, – мотнул головой он. – Нам нужно будет купить для тебя одежду и все остальное. С сегодняшнего дня ты будешь получать жалованье.
– Это вовсе не обязательно, – нахмурилась я. – Ты согласился на духа, не рассчитывая, что ему придется платить.
– Это не обсуждается, – покачал головой Адам, дав понять, что разговор окончен.
Что ж, я в общем-то не против. Сегодняшнее утро показало, что мне нужна новая обувь и одежда – от пальто до нижнего белья, собственные принадлежности для мытья, расческа… Да много всего!
Карета тронулась, и я украдкой посмотрела на Адама. Он о чем-то сосредоточенно думал, устремив взгляд в окно. Я же откинулась на спинку сиденья, с удивлением отметив, что меня клонит в сон.
Духом я была куда полезней, чем сейчас!
Вскоре мы выехали из Дымков, а еще спустя час местность вокруг изменилась. Скромные, жмущиеся друг к другу дома уступили место роскошным особнякам с собственными садами и парками. Дорога тоже стала лучше – ни одной выбоины!
Когда мы заехали на арочный мост, отделяющий просто хороший район города от по-настоящему дорогого, я дотронулась до рукава Адама.
– Посмотри в окно! В туманную погоду Феорский храм Заступницы очень красив.
Договорив, я ахнула и встретилась взглядом с таким же потрясенным Адамом. Моя память только что подкинула мне новую частичку паззла. Неужели я жила где-то рядом? Я не просто бывала в этом районе Стокахма, я искренне любила именно этот храм.
Мост закончился, и перед нами выплыло величественное двухэтажное здание, сложенное из гладкого, отшлифованного временем белого камня. Два высоких шпиля, часть из которых утопала в тумане, казались невероятно изящными и в то же время сильными. Великолепная картинка, но словно этого было недостаточно, нависшие над городом тучи вдруг разошлись, выпуская солнце. В его лучах ослепительно белый храм стал еще прекраснее, и у меня перехватило дыхание.
 
Глава 3
 
Я перевела взгляд на Адама и обнаружила, что он смотрит не в окно, а на меня. Прищурившись, он задумчиво проговорил:
– Кэти, а не была ли ты аристократкой?
Я отрывисто покачала головой, закутываясь в пальто.
– Вряд ли… Я не чувствую в себе ничего аристократического, и в Дымках мне было вполне комфортно. Да и как тогда объяснить мои воспоминания о школе-интернате и том пироге с ревенем? Нет, что-то тут не сходится.
Адам подался вперед:
– Удалось нащупать что-то еще? Например, что ты обычно делала в храме?
Я погрузилась в себя, пытаясь перевести смутные ощущения в факты. Сам храм совсем не изменился, и внутри мне тоже доводилось бывать. Я помнила мягкий свет, что струился сквозь узкие арочные окна. Бубнящий голос храмовника, ведущего службу. Длинные ряды сидений, заполненные прихожанами, что простирались прямо передо мной.
 
– Кажется, я посещала службы, – сказала я Адаму. – Но ощущения такие… зыбкие, будто я упускаю важную деталь.
– Хорошо, – кивнул Адам. – Будь внимательнее, вдруг заметишь что-то знакомое.
Я кивнула, все еще пытаясь понять, что именно в воспоминании о службе меня смутило.
Карета мягко притормозила, и Адам вышел первым и подал мне руку. Я спустилась по ступенькам и запрокинула голову, чтобы рассмотреть представший перед нами трехэтажный особняк с двумя массивными колоннами, увитыми плющом. На крыльце в два ряда стояли горшки с цветами. Несмотря на промозглую погоду, все они цвели – даже на расстоянии я чувствовала их аромат. Без магии дело не обошлось!
Мы с Адамом поднялись на крыльцо, но едва он поднес руку к звонку, как дверь распахнулась и на пороге возник услужливый дворецкий. Он скользнул по нам профессиональным взглядом и спросил:
– Чем я могу вам помочь?
– Ваша хозяйка нас ожидает, – ответил Адам.
На лице дворецкого не дрогнул ни один мускул, но я уверена, что он нам не поверил. Адам выглядел вполне презентабельно, зато я была одета в мужское пальто и легкие туфли не по погоде.
Адам протянул записку, что передал Кельвин, и дворецкий, заметив фирменный герб в уголке бумаги, тут же учтиво склонил голову.
– Проходите. Вас отведут в комнату для посетителей, а я доложу леди Ванессе Уотфрит о вашем визите.
Кельвин не ошибся, наша новая клиентка принадлежала к аристократам. Уотфрит, Уотфрит… Имя как будто бы знакомое, но я вполне могла видеть его в светской хронике.
В доме тоже главенствовали растения. Цветочные горшки стояли на бюро для почты, на подоконниках, на журнальных столиках, подпирали стены коридоров – одним словом, занимали все свободное пространство. От обилия ярких цветов и кружащих голову ароматов меня слегка замутило.
Леди Уотфрит определенно увлекается ботаникой! Для ухода за таким количеством растений наверняка требовался отдельный штат слуг.
Но надо отдать должное дому: растения словно подчеркивали и одновременно смягчали его богатую обстановку. В особняке чувствовалась жизнь. И все же от роскошной главной лестницы у меня перехватило дыхание. Между этажами стену украшал огромный витраж, и, поднявшись по идеально натертым мраморным ступеням, я остановилась как вкопанная. Витраж изображал опушку леса со множеством животных, спрятавшихся среди травы и деревьев. Падающий сквозь него свет раскрашивал мрамор на полу. Зрелище настолько завораживающее, что я не могла отвести глаз.
– Кэти? – позвал меня Адам.
– Я иду, – спохватилась я.
Ждать почти не пришлось. Едва вышколенный лакей провел нас в комнату, как появилась леди Уотфрит. Ей оказалась женщина чуть за сорок. Ярко-рыжие волосы были убраны наверх, и лишь несколько локонов обрамляли ее красивое лицо в форме сердечка. Розовое платье с кружевом по подолу открывало ее изящные плечи и подчеркивало тонкую талию. Однако строгое, даже жесткое выражение ее лица и недюжинный ум в глазах будто противоречили легкомысленному наряду.
Леди Уотфрит влетела в комнату и на ходу указала нам с Адамом на кресла у камина.
– Перейдем сразу к делу.
Я озадаченно моргнула, удивленная таким приветствием. Разве аристократы не придерживались незыблемого обмена любезностями так же свято, как храмовники начинали день с молитвы Заступнице?
Хотя о чем это я, мы-то с Адамом не принадлежим к светскому обществу, а значит, с нами можно не церемониться.
– Без проблем, – кивнул Адам.
Горничная в чепце и синем форменном платье вкатила в комнату столик с чайником чая и тарелками с крошечными пирожными, но я едва заметила ее. Все мое внимание сосредоточилось на леди Уотфрит, ведь наступал мой любимый момент.