Пламя Авроры (ЛП)
- Но..., - Финиан переводит взгляд между нами. - Мы же не можем бросить Тайлера!
- Нельзя, чтобы Аврора приближалась к абордажным группам ЗСО, нельзя так рисковать, - говорит Зила. - Лишь она имеет значение.
Всё ещё одурманенная наркотиками, Аврора мотает головой, пытаясь сосредоточиться. Секунды идут, мы молчим. Внезапно я сознаю, насколько важен Тайлер для нашего отряда. Без него у нас нет лидера - некому принять решение, взять на себя мучительную ответственность за то, что подвергнешь других опасности.
- Аври, - говорит Фин. - Ты можешь воспользоваться..., ну, своими силами?
Ее глаза широко распахиваются. Я вижу в них воспоминания о произошедшем на "Хэдфилде". Как она потеряла контроль в крио-системе, хаос и разрушения, что она нанесла. Она могла убить всех нас. Нам об этом прекрасно известно. Как и ей. И в её глазах страх того, что это может случиться снова, если она потеряет контроль.
- Я....
Она смотрит на меня с болью во взгляде.
- Не думаю, что смогу..
- Все хорошо, бе`шмай, - говорю я, целуя её в лоб.
- Я не хочу никому навредить, я..
- Отнеси Аври на "Нуль", - отрезает Скарлет, глядя на меня. - Зила права - мы не можем рисковать тем, что её схватит ЗСО. Если я не появлюсь через десять минут, вы свалите отсюда к чертовой матери, не оглядываясь.
- Ты куда? - допытывается Фин.
Скарлет подходит к шкафчику для экстренных случаев, рядом с пультом управления начальника тюрьмы и хватает дыхательную маску, которую находит внутри. Подняв винтовку, что я дал ей, она проверяет уровень заряда.
- Я иду за Таем.
- Скарлет, это неразумно, - говорит Зила.
- Залы будут кишеть адептами и штурмовыми отрядами ЗСО, - говорю я.
Тогда она смотрит мне в глаза. В них пылает огонь.
- Он мой брат, Кэл.
И снова я поражен связью между близнецами Джонс. Насколько она глубока по сравнению с той, что у нас есть с Саэди. Помню, что когда-то мы были близки. Когда были детьми на Сильдре, когда наши родители любили друг друга, мы были неразлучны. Теперь же кровь между нами походит на воду. Память о матери, призрак отца навек между нами. И если бы я оказался в опасности, уверен, она бы бросила меня умирать, и от этого больнее, чем от раны на плече и синяков на рёбрах, а еще больно от того, что я не смогу помочь Скарлет в её поисках. Я не могу подвергать Аврору опасности.
- Скарлет, - шепчет Аврора, пытаясь сдержать слезы. - Мне так жаль. Я..
- Я знаю, - кивает она. - Просто уходи.
Финиан делает вдох и кладет на плечо украденную винтовку.
- Хорошо, я иду с тобой.
Скарлет открывает рот, чтобы возразить, но он перебивает её.
- Даже не пытайся спорить, - говорит он. - Ты не пойдешь туда одна, Скар.
Скарлет смеряет худого паренька взглядом, положив одну руку на бедро, её губы кривятся в усмешке.
- Всё ещё страдаешь от приступа тупоголового героизма, да?
Он пожимает плечами.
- Будем надеяться, что это не летальный случай.
Корабль кренится под нами. Слышен вой сирен и выстрелы вдалеке. Крики боли. Крики приказов, скрежет металла и рев пламени. В воздухе повисает привкус горящего пластика.
- Десять минут, - предупреждает Зила. - Или мы улетим без вас.
Скарлет кивает.
- Аври - единственная, кто по-настоящему важен. Присмотри за ней, Кэл.
- Всей свой жизнью, - клянусь я.
- Будь осторожен, - умоляет Аврора.
Не говоря больше ни слова, Скарлет и Финиан надевают маски и бросаются в нарастающий хаос. Я бросаю на них последний взгляд: они бегут бок о бок, прежде чем полностью исчезнуть в дыму. Зная, какая опасность их поджидает, я задаюсь вопросом, увижу ли я кого - нибудь из них в живых снова.
15
Тайлер
Нужно было как следует учить сильдратийский.
Мостик вокруг меня погрузился в какой-то жестко контролируемый хаос. Сидльдратийское высокомерие легендарно, и обычно они превращают эту "отчужденность" в некую форму искусства, но вот это вот - хладнокровное высокомерие, "мы_намного_лучше_тебя" - прямо сейчас накалено до предела. Некоторые из Несломленных заходят слишком далеко, повышая голос, и я понимаю, что дела плохи. Я в силах разобрать каждое шестое слово, но и они не менее важны. Такие слова вроде " истощенный", "уничтоженный". Или нечто вроде "неспособный" и "невосприимчивый".
Слова, которые означают, что "Андараэль" терпит поражение.
Не имея времени сослать меня на гауптвахту, и не желая оставлять меня в своих личных покоях, Саэди приказала личной охране притащить меня с собой на мостик, запихнуть в угол, чтобы насладится представлением. Сказать по правде, мне раньше никогда не приходилось видеть, чтобы битва подобного масштаба разворачивалась вживую, и ботаника - тактика внутри меня это приводит в священный трепет.
Разглядывая маневры и контрманевры, голографические дисплеи, проецируемые на каждую стену, освещающие битву авианосцев, эсминцев и истребителей, испещренные глифами Сильдрати. Несмотря на недоступность текста, я все же могу оценить саму битву, которая развернулась прямо вокруг нас. Как бы неприятно было это признавать - Саэди оказалась блестящим командиром. Она стоит в центре мостика, Иша сидит у нее на плече, и руководит битвой, словно дирижер оркестром. Она действует решительно: быстро соображает, прекрасно разбирается в конфликте. Она, не колеблясь, отдает приказы, а ее команда мгновенно их выполняет - все равно что наблюдать за внутренней работой некой смертоносной машины.
"Андараэль" - внушительный корабль, его огневая мощь вдвое превышает Земную армаду. Но тут его превосходят численностью и вооружением. Карта "Бесплатного_Освобождения_из_ Тюрьмы" не сработала, и хотя ей удалось уничтожить три корабля и тяжело ранить еще одни, контратаки Саэди терпят поражение перед лицом превосходящей численности. Каким бы умным и одаренным командиром она ни была, прямо сейчас единственный её выход - бежать. А это то, чего Темплар Несломленных никогда не сделает.
Ещё одна ракета врезается в нашу корму, сотрясая "Андараэль" до самых костей. Артиллеристы ЗСО целят в наши двигатели и системы наведения, пытаясь вывести корабль из строя. С нижних палуб приходят донесения, что абордажные группы Землян высаживаются со своих плацдармов: морские пехотинцы ЗСО в силовых доспехах неумолимо прокладывают себе путь сквозь защиту Несломленных. Цифры мрачны: каждый Сильдрати уложит не менее пяти солдат ЗСО, прежде чем падет сам; но раз у ЗСО еще есть пушечное мясо, которое не жалко бросить врагу, они будут бросать все силы, что у них есть.
Там внизу настоящая бойня.
Часть меня всё еще не может понять, что это происходит. Последствия такого сражения - полномасштабная бойня между Земными войсками и группами Несломленных - даже думать не хочу о том, что всё это будет означать для галактики. У всех Несломленных на мостике дыхательные маски, на случай потери атмосферы, но никто не был настолько любезен, чтобы предложить хоть одну мне. Теперь я все сильнее ощущаю запах дыма в воздухе, горящего масла и обугленного пластика.
Еще одна капсула высаживается на нижней палубе, наводненная еще большим количеством морских пехотинцев. Я ощущаю удары сквозь пол всем телом, по позвоночнику. Не уверен, сколько еще "Андараэль" сможет выдержать. А затем лейтенант Саэди говорит, и его слова вызвали внезапную тишину на всем мостике. Я улавливаю лишь три их них. Но они самые важные.
Вызов. Архонт Каэрсан.
Это имя - словно удар в живот. Я напрягаюсь, все мысли о битве вылетели у меня из головы. Саэди отворачивается от тактических дисплеев, и тихо отвечает, а центральная проекция битвы, бушующей снаружи, исчезает и на смену ей приходит другое изображение.