Причина смерти (СИ)

Автомобиль остановился у ресторана. Шикарного ресторана. Софья вышла из машины. И выглядела невероятно. Пальто с меховым воротником, идеальные локоны, огромные сверкающие серьги в ушах, полусапожки на высокой шпильке. И она улыбалась. Улыбалась и была счастлива. Без меня. Возможно, как раз из-за того, что без меня. Она что-то сказала водителю, наклонившись и засмеялась, закрывая дверь. Прекрасная и счастливая. Поэтому Юра ничего не говорил? Чтобы не расстраивать меня?
Я смотрел на неё, впитывая и запоминая. Красивой и радостной, такой, какая она должна быть всю жизнь. И если это будет без меня, что ж… Включил поворотник, чтобы уехать с обочины, бросив прощальный взгляд на Софью и сразу же выключил. Кровь прилила к лицу, а пульс забился набатом в ушах.
С водительского места вышел тот, кого я никогда не ожидал увидеть рядом с ней. Ненависть, злость и ярость прыснули ядом в организм. Воронин щелкнул сигнализацией, Софья взяла его под локоть, и они вошли в ресторан. Вместе. ВМЕСТЕ. Руки сжали руль, а глаза застелила белая пелена ненависти.
Софья.
-Я рад, что мы пришли к взаимопониманию. – Говорит Лисовский, приторно улыбаясь Сергею. – Можете не волноваться, я обязательно всё устрою и этот тендер уже у вас в кармане, с Вербицким проблем не будет, он очень внимательно и с большим интересом выслушал мои доводы в вашу пользу. – Отправляет в рот кусок салата, сияя как лампочка.
-Рад это слышать, вы мне очень помогли. – Сергей хищно ухмыляется, положив свою лапу на моё бедро под столом. – Теперь моя очередь вас отблагодарить и передать Андрею Вербицкому ещё один довод в мою пользу.
Оторвав от меня руку, он берет дипломат, который стоял у его ног и подталкивает его Лисовскому. Тот нервно оглядывается, потом берет чемоданчик, ставит на колени и открывает, аккуратно заглядывая в содержимое и сразу же закрывает.
-О, с такими доводами он точно спорить не будет. Спасибо вам. – Убирает дипломат на пол к своим ногам и протягивает руку, которую Воронин сразу же пожимает. – Спасибо, приятно иметь дело с порядочными и умными бизнесменами.
-Это я должен вас благодарить. – Ухмыляется Серёжа.
-Это надо отметить! – Встреваю я, рукой подзывая официанта. – Будьте добры, бутылку лучшего шампанского нам!
Всё внутри дрожит от страха и нетерпения. Сделка состоялась и мои мучения подходят к концу.
-Приедем домой и отметим это событие как следует. – Шепчет мне на ухо Воронин, снова закинув ладонь на моё бедро. Только теперь его рука грязно пробирается наверх, слишком высоко и слишком явно давая понять, как он собрался «отмечать».
-Конечно отметим, зайчик. – Улыбка прилипает к зубам, и я быстро отворачиваюсь, сжимая дрожащие пальцы в кулаки.
И натыкаюсь взглядом на Сашу. Перестаю дышать, надеясь, что это видение, вызванное тоской по любимому. Закрываю глаза на пару секунд, но когда открываю, он всё ещё стоит в паре столиков от нас и смотрит на меня в упор. Голоса Лисовского и Воронина звучат как в тумане, я вижу только его. И его взгляд полон боли и злости. Взгляд опускается ниже, и я вижу, как он сжимает кулаки, так же, как сжаты мои. Меня оказывает холодом. Срываюсь с места и бросаюсь к нему, а он неумолимо движется вперёд, не глядя на меня. У него другая цель.
-Саша, нет! Стой! – Кричу, пытаясь остановить его, толкаю в грудь.
Но он продолжает идти, стряхивая мои руки с себя.
-Саша, подожди, не надо! Саша, да постой! Не надо! – Слёзы горячими горошинами наворачиваются на глаза, хватаю его за запястье, но он одним движением выдергивает руку.
Воронин и Лисовский вскочили с мест, глядя на эту картину, и я уже не успеваю ничего сделать. Одним движением запрыгнув на стол, Саша кидается сверху на Сергея, падая с ним на пол. Звенит битая посуда. Теперь и другие посетители вскакивают с мест, крича и зовя персонал. Кузнецов садится сверху и яростно ударяет кулаком Воронина, потом второй раз. Бросаюсь к ним, падаю на колени и хватаю Сашу за руку, повиснув не нем.
-Саша, стой! Не надо! Хватит! – Пытается высвободить руку, но я всем весом наваливаюсь на его руку. – Хватит, Саша!
 
В этот момент двери ресторана распахиваются и внутрь залетает группа оперативников. Вижу, как скручивают Лисовского, который собирался убежать, прижимая к груди дипломат с деньгами. В следующий миг меня хватают за талию и оттаскивают от Саши. Его хватают за воротник, тянут назад и валят на пол, застегивая на руках наручники. Следующим вяжут еле соображающего Воронина, лицо которого измазано кровью.
-Её не трогать. – Отдает распоряжение мужчина в форме следственного комитета.
Меня отпускают, и он помогает мне подняться. Видимо, это друг Маши, который руководил расследованием.
-Надо ехать в отделение для дачи показаний. – Говорит мне, утягивая за локоть к выходу.
-Ринат, там лишний человек! Он не замешан! Отпустите его! – Резко дергаюсь, чтобы догнать Сашу, но следователь сильно сжимает мою руку, не давая сбежать.
-Успокойтесь, в отделение приедем и там разберемся. – Жёсткий взгляд заставляет меня остановиться и послушно опустить плечи. – Теперь поехали.
Саша.
Мне не впервые сидеть в полицейском «бобике». Всякое было в юности с моим-то характером, хотя обошлось без судимостей. Но удивляет, как быстро они приехали на драку в ресторане. Напротив сидит мужик, который был за столом с Ворониным и всю дорогу хнычет, причитая о том, что не хочет в тюрьму, что он ни в чем не виноват, что его обязательно вытащат. Не слушаю его, погруженный в свои мысли. Ужас на лице Софьи, её крики и мольбы – всё это перед глазами. И Воронин. Испуганный, с кровью на роже. Что ж, если мне предстоит сесть за это, то я готов. От мысли, что она с этим уродом…жаль, что быстро разняли.
Машина остановилась у дежурной части, нас загнали в коридор, где начали оформлять, выясняя наши данные. Всё это время я смотрел на потерянного Воронина, который, кажется, не очень понимал, что вообще происходит и избегал взглядов в мою сторону. Ему любезно помогли вытереть кровь с лица, после чего он осмелел и начал требовать звонка отцу, но его просто игнорировали, что вызывало в нем агрессию. За свою смелость он поплатился тем, что первым отправился на допрос.
Я сидел молча, фоном выслушивая тихие причитания моего товарища по «бобику». В отделение заходили люди, все они смотрели на меня, как на закоренелого преступника, готового порешать любого. Невольно ухмыльнулся этой мысли. Уже два часа торчал в проклятом коридоре, пока дружок Воронина то просился в туалет, то упрашивал кого-нибудь позвонить каким-то людям. Коротко посмотрел в маленькое окошко и увидел, что на улице уже стемнело. Похоже, торчать мне тут не меньше, чем до утра.
-Кузнецов, подъем. – Приказал парень чуть старше меня в форме следователя.
Ну, что ж, видимо, моя очередь. Послушно поднялся на ноги. Следователь подошёл ко мне, и я готовился пойти следом, но вместо этого, он достал ключ и отстегнул наручники.
-Свободен. – Произнес он, указывая мне рукой на дверь.
Я ничего не понял. Неужели Воронин решил не катать на меня заявление? Только не этот фанат гестапо.
-Че встал? Свободен, говорю. – Второй рукой следак подтолкнул меня к выходу.
-Спасибо…до свидания. – Всё ещё не веря в происходящее, попятился к двери, словно ожидая, что на меня снова кинутся и повяжут.
Но парень повернулся к моему бывшему соседу по лавочке и приказал ему идти за ним. Убедившись, что никто за мной не идёт и не останавливает, спешно покинул здание. Оказавшись на улице, сразу увидел белокурую голову Софьи, склонившуюся вниз. Носком сапога она разгоняла воду в луже, обняв себя руками. Выдохнув, сделал пару шагов к ней, и она подняла голову. Фонарь над входом в отделение освещал её, придавая ещё больше одиночества её виду.
 
-Слава Богу, тебя освободили. – Она облегченно закрыла глаза, глубоко вдохнув.
-Да, освободили. – Всё, что я смог ответить, давя щемящую боль в груди.