Женщина зверя (СИ)
В жизни такая хуйня происходит. Что по иному и не скажешь. Раздирает живую плоть и смеется в лицо. Гадство! Надо прекращать. Не с такими эмоциями стоит начинать разговор.
Маленькую нахожу в спальне. Как обычно, лежит ко мне спиной. Сердце пропускает удар.
"— Я слушаю, как она скулит от боли. Слышу, как рыдает в голос." — гудит в голове голос брата.
Мы оба горюем в одиночку, не подпуская к себе друг друга. Наша главная ошибка. Пора исправлять.
Обхожу кровать и сажусь на корточки рядом с маленькой. Лежит спокойно, укуталась в одеяло, как в кокон. Хоть глаза и закрыты, но прекрасно замечаю покраснения и мешки от недосыпа. Прохожу костяшками по щеке. Нежная фарфоровая кожа. Смотрю и не могу поверить, что не замечал всего этого. Она ещё сильнее похудела. Скулы на лице ещё больше заострились.
Ложусь рядом и прижимаю жену к себе. Вдыхаю любимый запах. Моя жизнь превратилась в одну большую ошибку. Шаг за шагом, только грабли не заканчиваются. На лбу уже шишка на несколько метров от количества ударов.
— Саша? — тихий голосок приводит в себя. Смотрю в янтарные глазки и меня прошибает насквозь. Красные от слёз и столько боли в них.
— Тихо, маленькая, спи. — провожу носом по волосам. Вдыхаю складно-ядовитый запах диких ягод и закрываю глаза. Стало значительно легче. Спокойнее. Жаль, что боль так и не уходит. Продолжает бить своими копьями в самое сердце.
— Я хотела поговорить. Давно хотела. Саш, ты прости меня. В такой трудный момент я повела себя неправильно. Мы отдалились друг от друга. Саш, мне тебя не хватает. — затараторила Стася, путаясь и задыхаясь.
— Ты не виновата, маленькая. Это я утонул в своём омуте. Перестал замечать всё что происходит вокруг меня. — закрываю дрожащий губы пальцем, проговариваю тихо, чувствуя горечь каждого слова. — Люблю тебя, маленькая. Очень сильно. И больше не буду отворачиваться.
— И я тебя люблю, Саш.
Прижимается сильнее. Обнимает и руками, и ногами. Через пару минут слышу ровное дыхание. Уснула. Я же не могу понять, что делать дальше. Слишком много уже ошибок наделал. Пора исправлять и больше не позволять совершаться новым. Устал я от этого. Не хочу больше терять любимых.
Пора действовать холодно и жестоко. Никого не щадить. Пора уже напомнить миру, что Громовых не сломать. Пора показать, какие мы можем быть в гневе.
Глава тринадцатая
Утро пришло неожиданно. Даже не понял в какой момент вырубился. Открываю тяжёлые веки, массируя переносицу. Пробуждение вышло сложным, тело напряжённо и мозг плавится. Будто и не спал. Об отдыхе вообще молчу. Каждое утро одно и тоже.
Просыпаюсь окончательно улавливая движение сбоку. Смотрю на спящую жену и сердце наливается тяжестью. Да, мне стыдно, что закрылся от любимой. Не переосилил себя в нужный момент и каждый остался в одиночестве. В мозгу прокручиваю сцену у дома. Я тогда сразу уловил что-то неладно. Сквозь туман слышал слова сына, но ответов не получил. Всю ночь брал себя в руки и встал с кровати. Специально напитывал себя агрессией. Злил своего зверя. И получилось — я пришёл в себя. Смог встать на ноги. Рванул с окна на улицу и побежал в сторону дома. Там, где меня ждёт моя малышка. Мирослава. Маленькая принцесса, что одной улыбкой делала самым счастливым.
Но меня никто не ждал. Дом превратился в огромное чёрное пятно. Вокруг воняет гарью и смертью. Сердце упало куда-то вниз. Страх окутал в своих крепких оковах. Я перевернул дом и не нашёл ничего. Ничего, что могло доказать — моя дочь жива. Нет ни её запаха, ни присутствия. Я ничего не чувствую. И это больно сказывается на мне. Срываюсь и психую ещё сильнее. Начинаю кричать, как раненый зверь. Лёгкие заполнились запахом смерти. Это был контрольный выстрел. Я напитал себя агрессией, чтобы встать на ноги. Но не учёл, что такой поворот судьбы снесёт мой контроль к чертям собачьим!
А ещё её глаза. Наполненные болью и жалостью. Стася начинает говорить, а меня воротит от её слов. Каждый звук напитан сожалением, болью. Меня разрывает окончательно. Я сильнее зацикливаюсь на гневе и боли. Разум почернел и ничего больше было уже не важно.
Настолько утонул, что перестал замечать любимую. Оставил жену одну. Занялся делами с такой скоростью, что гнев только возрастал. Сам не заметил, как в моём сердце ничего не осталось кроме ненависти и боли.
Блять!
Опять закипаю от злости. Сильнее прижимаю жену. Дыхание участилось и вырывается рычание. Этим я разбудил маленькую. Растерянно смотрит на меня, а в глазах опять жалость и страх. Сука! Не могу так. Разрывает меня от всего этого.
Встаю с кровати. На ходу скидываю одежду и ухожу в душ. Холодная должна помочь. Надо остыть и наконец отпустить эту кровавую пелену. Не выходит. Ледяная вода бьёт по коже, но эффекта нет. Даже особо не замечаю градус воды. Плевать. Раздражаюсь лишь сильнее. Надо идти выпустить эту хрень в работу.
— Саш, подожди. — жена встаёт на моем пути, сразу как появился на пороге комнаты. Не смотрю ей в глаза. Знаю уже с чем столкнусь. — Почему ты не смотришь на меня? Саш… Я не могу так больше. Хватит отталкивать меня.
И опять чувствую запах жалости. Тормоза летят к черту. Срываюсь окончательно. Впечатываю жену в стену и нависаю сверху. Злость выходит со всех щелей. Смотрю прямо в глаза и дурею ещё сильнее. Не могу видеть все это дерьмо в них.
— Хватит смотреть на меня с жалостью! — рычу и бью кулаком рядом с её головой. Стася вздрагивает, а на глазах появляются слёзы.
— Это не жалость, — шепчет тихо, опуская голову. Слышу, как сильно бьётся её сердце. И чувствую страх. — Это стыд. Мне стыдно, что не могу помочь ни себе, ни тебе. Никому не могу. Вокруг происходит настоящий ад, а я как слепой котенок бьюсь об углы и не знаю как быть. Саш, я твоя жена. Первая, кто должен быть рядом и в горе, и в радости. А я что? Не могу даже слов найти. Подойти боюсь.
Отхожу назад. Слова немного отрезвили мой пыл. Тяжело вздыхаю, массируя переносицу. Слишком много эмоций бьют по мне. Не могу здраво мыслить. Я научился отключать эмоции. Иметь холодную голову. Это помогло обойти множество ошибок, но без них всё равно не обошлось. А смерть дочери и вовсе выбила почву. Контроль полетел в тартарары.
— Пожар сильный удар. Прости меня, что не смогла тебе сказать. Не нашла я в себе силы. Не могу вслух произнести эти страшные слова. Не смогла! Как и смириться с мыслью, что её… Я никогда не испытывала жалость к тебе. Боялась лишь, что боль сильно поглотит тебя, а я не смогу помочь. Так и случилось. Мы отдалились. Я не хочу этого.
Я не знаю, что ей ответить. Молча начинаю одеваться. На жену не смотрю. Её чувства я могу понять. Сам их испытываю. Жизнь катится на самое дно. Пиздец полный. Я эгоист. В своих эмоциях, даже не подумал ни о жене, ни о сыне. А они такие же важные люди в моей жизни, как и дочь… Была. Чёрт!
— Не уходи. — слышу прямо за своей спиной и тут же чувствую маленькую ладонь на своей спине. Меня прошибает молнией. Внутри всё разрывает на части.
Я молчу. Наблюдаю лишь за её действиями. Как аккуратно заставляет меня повернуться к ней. Как дрожащими руки водит по моей груди и дышит через раз. Ничего не делаю, лишь наблюдаю. Стася поднимает на меня янтарные глазки полные слёз и тянется к моим губам. Нежно касается, обнимает за шею. А я стою как столб. Не могу понять самого себя. С одной стороны очень хочется прижать её к себе. Позволить быть рядом в эту сложную минуту и разделять боль. Но с другой, я не хочу чтобы она ещё больше утопала в ней. Не хочу, чтобы страдала так же сильно, как и я сам.
— Позволь мне быть рядом, Саш. Я одна не могу. Не справляюсь. — шепчет прямо в губы.
Внутри всё натягивается, словно струна. Вот-вот лопнет. Хочу уже оттолкнуть маленькую, но в голову бьют слова брата. Как она сгибается одна со своей болью. Как скулит и плачет. Не могу я. Нет сил.
От моего бездействия она сдаётся. Отходит на расстояние, обнимая себя руками и опускает голову. Слышу, как тихие рыдания вырываются из пухлых губ. Не смогу я сейчас уйти. Оставить её. Больше не смогу.