Возьми меня в долг (СИ)

Поправляю джинсовую куртку и слышу за спиной быстрые шаги.
Рихтер быстро соскакивает со ступенек, засовывает телефон в карман своих обтягивающих брюк, и я невольно закусываю губу.
Задница у него зачётная. У меня ведь комплексы появятся скоро.
— Чего встала? Пошли, я спешу.
Не знаю, куда, но мне… начинает это нравиться.
Я спускаюсь следом за ним. Поправляю сумку и быстрым шагом дохожу до спорткара. Открываю дверь и цепляюсь боковым зрением за балконы дома.
Неосознанно. Будто что-то заставляет это сделать.
И поднимаю взгляд вверх. Встречаюсь с разъярёнными голубыми глазами, которые сейчас закидывают меня камнями, переезжают асфальтоукладчиком.
Но отчего-то… Если раньше я её боялась, то сейчас…
Мне абсолютно всё равно. Даже не так.
Уголки губ сами расплываются в улыбке. Смотрю на неё и не скрываю того… Что её официальный муж сейчас повезёт меня домой.
Свою любовницу.
Ага.
Подмигиваю ей и не знаю, увидела ли Оливия… Сажусь на своё место. Пристёгиваюсь и поворачиваюсь к Алексу. Встречаюсь с недоумевающим и пронизывающим взглядом. Сканирует моё лицо и приостанавливается на моих губах, которые так и тянутся в победной улыбке.
— Я готова, — произношу и откидываюсь на спинку сидения.
Рихтер же… Озадаченно хмурится. Отворачивается на мгновение в окно. В то же время заводит автомобиль.
А потом хмыкает. Любит он это делать.
И понял, почему я такая радостная. Наверное.
Ну, пусть думает, что хочет — мне сейчас всё равно.
Мою душонку радует то, что коза Бельц сейчас негодует.
И моё хорошее настроение становится ещё лучше, потому что кое-что осознаю. Я еду к родным.
* * *
— А, кстати, зачем тебе нужно в наш район? — до меня доходит этот вопрос только в конце пути.
Мы успеваем перекинуться многими фразами, но только сейчас я задумываюсь об этом. Когда подъезжаем к моему дому, и я отстёгиваю ремень безопасности.
— Нужно решить кое-какие дела в одном из офисов, пока я не уехал.
От его слов поднимаю голову и устремляю взгляд на Алекса.
— Уехал? — вопросительно спрашиваю. Что? Куда? Надолго? И почему? Хочу услышать ответы на все эти вопросы, но пока воспроизвожу у себя их только в голове.
— Меня не будет в Мюнхене несколько дней, — сжимает пальцами руль. — Уезжаю завтра.
— Поедешь к матери? — отчего-то выпаливаю. Да, я слышала. Опять подслушала Оливию. Она обмолвилась с кем-то в разговоре по телефону, что Рихтер уедет через некоторое время к семье. Но не знала, когда. Думала, дождётся, когда наш срок кончится. Чтобы не терять мои дни.
Его хищный прищур заставляет пожалеть о сказанных словах.
— К ней, — голос вмиг становится ледяным.
— Я поняла, — слова сами вылетают изо рта. — То есть, все эти дни я буду без тебя?
— Ммм, — внезапно мычит. — Как это звучи-ит.
И пошло усмехается.
— Я не это имела в виду! — внезапно краснею и смущённо кричу. — Буду с Оливией наедине! Вот! Без тебя!
— Ага, — кидает исчерпывающий ответ. Поднимает свою ладонь в воздух и тут же опускает на мой подбородок. Притягивает к себе. И я задыхаюсь. Именно сейчас, вот так просто, когда вдыхаю запах его дорогого парфюма. — Надеюсь, ты продержишься без меня несколько дней, и, когда я приеду, найду тебя целой?
— Я буду в полном порядке, — обещаю ему. Хотя успокаиваю себя. — Можешь побеспокоиться об Оливии. Когда моего беспрекословного начальника не будет в доме… Я ведь и характер показать могу.
Улыбаюсь и неосознанно подаюсь вперёд. Ближе, чем надо.
— Ты хотела сказать «господина»? — усмехается, и его ледяные глаза тут же теплеют. А я застываю. Снова. В который раз за день. И краснею. Начинаю гореть. Нет, не от воспоминаний от той ночи, а от стыда.
Поэтому быстро подаюсь вперёд, чмокаю его в губы и тут же вылетаю из салона, устраивая забег до подъезда.
Скачу вверх по ступенькам.
И в один момент…
Едва не спотыкаюсь. И не лечу вперёд, проклёвывая носом бетонные ступеньки. Вовремя хватаюсь за поручень и, вцепившись в него пальцами… Понимаю, что только что сделала.
 
О. Мой. Бог.
Я поцеловала его. Целомудренно. Быстро так, по наивному. Не со страстью. Не с адским желанием. Без капли похоти. Просто наклонилась и поцеловала его.
Так вот почему у него был такой удивлённый взгляд…
Вот чёрт!
Так, ладно, Виол, успокойся.
Рихтер — похуист. Да, именно такой.
Он забудет об этом моменте через несколько дней. Тогда, когда как раз вернётся обратно в Мюнхен. Сделает вид, что ничего и не было. Если и вовсе не сотрёт из памяти.
И всё будет нормально.
Нет. Не будет. Потому что это сделала я. Сама. Меня ведь никто не толкал, не принуждал. А я взяла…
Мама дорогая.
Только не это…
— Эй! Виола! — крик на всю лестничную площадку оглушает. Я резко поднимаю взгляд вверх и смотрю на открывшуюся входную дверь. Тётушка ждёт. — Чего стоишь? Пошли!
И я иду.
И надеюсь… забыть этот глупый, непоправимый момент…
  
Глава 32
 
Александр
Сажусь обратно в салон и кидаю бумаги на заднее сидение. Телефон и кошелёк — на соседнее кресло. Смотрю неосознанно на часы. Одиннадцать.
Интересно, она ещё у сестры или же уже дома?
Усмехаюсь, завожу двигатель и не понимаю, с каких пор волнуюсь, дома ли Логинова.
Но она с каждым разом чудит всё больше.
Вот взять сегодня… Что это было? Я понимаю, что затронул смущающую её тему, но…
Зачем она это сделала?
Её мысли мне не ясны.
Но вот свои знаю точно. Зря она это сделала. Мне же хуже. Если с мозгами я по-прежнему дружу, то с чувствами… Нихера. Веду себя странно.
Мне же не нужно было сюда. Нет, конечно, надо. Но я мог это сделать и потом. Зачем тогда поехал на другой конец города перед самым вылетом? А он утром.
Хотел удостовериться, что она доедет нормально.
Скудное чувство на груди. Тяжёлое. Как будто тогда, когда выпущу её из своих рук, она упорхнёт. Раз и навсегда.
Даже подумывал взять её с собой… Но нет. Не стоит. Это не отдых и, тем более, не работа.
Поэтому она останется здесь. А я улечу, остыну и вернусь. Проведу с ней оставшиеся горячие полторы недели и выкину. Иначе это может зайти слишком далеко.
Уже заходит.
И от этого раздражаюсь.
Почему она? А не кто-либо другой?
Обычная же. Милая, да. Смешная порой. Всегда пытается выглядеть сильной, хоть и всё равно остаётся такой же слабенькой. Из-за чего хочется спрятать её за свою спину. От всех внешних проблем.
И мысли эти появились совсем недавно.
Спятил.
Не может быть такого, чтобы я привязался к какой-то девчонке.
Матери спасибо.
Телефон сбоку неожиданно мигает. Перевожу на него взгляд, смотрю на знакомый контакт.
«Русская порно-актриса» звонит. Записал по приколу. Пора бы и переименовать. Теперь-то она горничная…
Стоп.
Подхватываю смартфон с соседнего сидения. Отвечаю на звонок и вставляю айфон в подставку.
— Ооо, ледышка-а-а-а, — я только трогаюсь с места, как тут же останавливаюсь. Прислушиваюсь. — Ты так быстро-о ответи-ил мне-е. Ждал моего звонка? Ехехе.
Выпадаю в осадок.
Судя по весёлому голоску, выпила. И так много, что даже звонит мне. Ледышкой зовёт. Какого чёрта? Почему ледышка?
— Ты выпила? — спрашиваю совершенно спокойно, всё же выезжая со стоянки.
— Да! — гордо восклицает.
— Ты же к сестре поехала, — со скепсисом. Так. Обманула? Не должна. Я точно помню, что в доме том Камилла живёт. — А она беременная. Не пьёт.
— Ну, вот так она и не пьёт! — отвечает навеселе. — А мы с тётей… Ну, не кодированные вроде. Позволили чутка.
О, нет…
Хуже одной пьяной женщины может быть только две пьяные женщины.
— Где ты сейчас? — дома должна уже быть. Ночь поздняя на дворе. А, собственно, чего она так напилась? Отъезд мой празднует?