Возьми меня в долг (СИ)

Она плавать, оказывается, не умеет!
И Гвидо, придурок, стоял, как дегенерат последний, и смотрел, как она тонет, захлёбываясь в воде!
У меня даже стояк упал. Как увидел, что она тонет, сердце в пятки ушло.
Но сейчас выдыхаю, когда Виола откашливается и садится на траву, обхватывая себя руками от холода.
— С-спасибо, — дрожит всем телом, а я обозлённо подрываюсь с места. Подлетаю, сам не понимаю как, к мудаку и замахиваюсь кулаком. Бью прямо по лицу и ни капли не жалею. Нет у меня больше партнёра. Ну и хер с ним.
— Да, Ал, я случайно же!
Я напрягаюсь.
Случайно?
— Виолетта? — спрашиваю настороженно. Чисто, чтобы удостовериться, что он её скинул. Я же всё видел, не слепой, хоть и перевозбуждённый. Был.
Она молчит.
Опускаю взгляд вниз, видя, как она трясётся, стоя на коленках, и выжимает волосы. А я заостряю внимание на твёрдых сосках, которые от холода сейчас выпирают через дешёвую ткань топа.
Нет.
Я опять начинаю закипать.
— Логинова, бля!
Она вздрагивает.
— Он случайно это сделал? — повторяю ещё раз. С нажимом. Знаю, что напугана, но сейчас от её ответа зависит, отправится ли Гвидо домой с разбитым носом или переломанными костями.
Виола опускает взгляд вниз.
— Н-нет, — произносит, трясясь.
Я вмиг поднимаю холодный и разъярённый взгляд на уже бывшего коллегу. Он делает шаг назад, но я снова подлетаю и даю ему в нос. Кулак горит, но мне насрать.
Скинуть девушку в воду из-за отказа — низкий поступок.
Хотя я тоже не святой.
Послал людей обокрасть её, а потом припугнул изнасилованием сестры.
Но вода — перебор!
Буду утешать себя этим.
Когда Гвидо улетает в сторону и сам плюхается в бассейн, не сумев устоять на ногах, подхожу к девчонке и поднимаю с земли. Трясётся, как промокший под дождём котенок.
Подхватываю её на руки и несу в дом, позабыв о том, что у меня гости.
Да похер уже.
Залетаю в дом, быстрее иду в её комнату. Там несу её в душ, пока она прижимается ко мне всем телом и дрожит. Она и это делает слишком сверхмило.
И я готов вернуться и убить Гвидо.
Потому что сейчас те губы, которые только недавно ласкали мой член — синюшные. Подрагивают вместе с зубами, бьющимися друг о друга.
Заношу в душ, включаю тёплую воду и попутно раздеваю её. Виола прикрывается, отводит взгляд в сторону. И хоть у меня стоит на её беспомощный вид, и я сейчас сил нет, как злюсь на неё, все же решаю перетерпеть.
Не уметь плавать, тонуть и задыхаться — минус нервные клетки. Учитывая, что моя должница не дружит с головой и в стрессовых ситуациях делает себе больно, что я уже понял сам… Не рискую, в общем.
Оторвусь как-нибудь в другой раз.
— Эй, ты в норме? — прикасаюсь пальцами к лицу и убираю прилипшие к нему волосы.
В ответ сдержанный кивок.
— Сделать погорячее? — мне температура нормальная, но вот ей…
— Д-да, — сжимается ещё сильнее. Избавляю от кофты и расстёгиваю юбку, снимая её вместе с колготками. Оставляю в белье. Чтобы не жалась. Лифчик, правда… Пришлось всё же снять.
Случайно вышло.
Делаю воду горячее.
— Пойду схожу за пледом.
Предупреждаю, чтобы не подумала, что я её кинул.
Бегом в спальню, беру плед и возвращаюсь обратно.
Подхожу к ней, присаживаюсь рядом. Она всё ещё сидит и взгляда не поднимает.
— Испугалась? — глупый вопрос.
— Немного, — отвечает. Прорыв.
— Вот если бы ты не… — неосознанно жалуюсь, но прерываюсь. Смотрю на неё и понимаю, что если бы она меня не опрокинула, и я всё же продолжил этот вечер… Не упала бы она никуда. Точнее, никто бы не скинул её.
— Я извиняться не буду, — обрывает резко. И опять взгляд отводит. Как школьница. — Заслужил.
Ещё как.
Стоп. С каких пор я с ней соглашаюсь?
— Мы поговорим об этом позже, — не наседаю. Не собирался же всё-таки.
— Угумс. Мне, наверное, хватит, — кивает и поднимает на меня тёмный взгляд. — Я замёрзла не так сильно. Ты ведь вытащил меня быстро…
Я соглашаюсь.
Встаю, выключаю горячую воду, помогаю ей подняться.
— Бельё снимай, — велю, чтобы замотать потом в плед.
 
— Мне и так нормально…
— Снимай, — произношу уже жёстче. Слышу тихий вздох. Руки, что всё это время лежали на груди и прикрывали соски, опускаются на краешек трусиков. Спускаются по тонким, но мягким по ощущениям бёдрам, которые не могу забыть, и падают на пол.
Подаю ей полотенце, опускаю на голову. Помогаю вытереть волосы. Чтобы не капало. Немного обтираю тело.
Полотенца я не люблю. Никогда не вытираюсь.
Но сейчас приходится. Не себя же.
Мы заканчиваем, и я накидываю ей плед на плечи.
И, когда выхожу из ванной комнаты, за спиной раздаётся тихое сопение:
— Спасибо.
— Отплатишь как-нибудь потом.
Конечно, она должна понимать, про что я.
— Угу.
И всё.
Скучно.
Виола выходит следом за мной, садится на кровать. Уже её кровать.
А я ведь и не заметил, как эта комната стала её. И хоть она переночевала здесь всего лишь раз… Захожу в неё и чувствую, как в нос ударяет её запах. Приятный. Земляничный.
— Принести тебе чаю? — щурюсь. — Чтобы не заболела.
— Я не заболею, — мотает головой. — У меня крепкий иммунитет.
— Я всё же попрошу принести тебе чего-нибудь горячего. Останься сегодня здесь. Я слишком задержал тебя, автобус уже уехал.
Иду в сторону двери.
— Отвезти не смогу — я слишком много выпил.
— Всё нормально, я поеду на такси.
Почему-то хочется сказать «нет». Приказать, чтобы она осталась здесь. Зачем ехать, если она свободно может переночевать и тут?
Но молчу.
Это не в моём стиле. Я вообще не понимаю, почему сейчас здесь, а не там, во дворе, напиваюсь. Я ведь просто мог отнести её в комнату и уйти. Но вместо этого и воду ей настроил, и вытер. Один вопрос — зачем?
Вот и я считаю это странным.
Поэтому и ухожу. Уж пусть она уедет. Слишком долго она находится в этом доме.
Закрываю за собой двери и иду… Нет, не в свою комнату. К Гвидо. А потом уже можно завалиться спать. Неудовлетворённым. Дико злым. И проклинать в голове маленькую девчонку, что сегодня хорошенько меня огрела.
И ведь не трахнешь!
Жалко же.
Но ничего. Выплесну свои эмоции сейчас совсем в другое русло…
* * *
Смываю с костяшек пальцев кровь и умываюсь. Спать хочу. И секса.
Всё ещё злой.
Зря я, наверное, Оливию, так рано в Канаду отправил. Сейчас бы она не помешала… Спустил бы на ней весь пар. Она — любительница экспериментов. Привяжешь и отхлещешь её — не пикнет. Только потечёт и кончит.
Всегда можно было пар выпустить, а здесь…
Не судьба.
Виола наверняка уехала.
Поэтому я плюхаюсь на кровать и прикрываю глаза.
Надеюсь уснуть быстро.
Если бы.
Ворочаюсь несколько минут из стороны в сторону. Пихаю одеяло. Распахиваю глаза, пью воду и снова ложусь спать.
Не получается.
Потому что перед глазами мелькают карие испуганные глаза.
И сейчас, когда лежу на спине и смотрю в потолок, вспоминаю их другими.
Азартными, игривыми. Сияющими от алкоголя, который она где-то накатила.
Как Виола игриво улыбалась, стреляла глазками, а потом сделала то, что разожгло меня и обломало.
Всё воспроизвожу в голове.
Её губы. Её пальчики.
Когда она водила по плоти, облизывала головку. А мой член тем временем накалялся всё сильнее, желая её ласки.
И этот звук.
Его никто не слышал сквозь музыку.
И я тоже.
Но в голове он был.
Как она отрывается и под столом разлетается это причмокивание.
И в этот момент она останавливается. Играется, но руку не убирает.
В мыслях ладонь неосознанно опускается на пах. Проникает в боксеры, обхватывает уже возбуждённый орган.
До чего она меня довела…
Своими действиями.
Но я воспроизвожу это снова и снова и не могу остановиться.