Хочу тебя (СИ)

— Нет, важно. Вдруг сон — вещий? Вдруг это связано с футболом? Надо посмотреть, к чему снятся ведьмы. Где мой телефон? — Евгения Владимировна засуетилась по кухне.
— Мам, успокойся, — Никита запрыгивает на стул напротив меня. — Не думаю, что это плохой сон. В конце концов, не зря ведьм за их похождения сжигали на кострах. И эту ведьму, которая меня продинамила, ждет такая же участь.
Никита говорит, глядя ровно на меня. О, да. Кажется, Ник приготовил для меня отдельный костер из своей мести. Я выдерживаю взгляд Свиридова, хотя от стыда за произошедшее в машине хочется сползти под стол.
— Сон о ведьме для мужчины может символизировать разочарование, — тетя Женя нашла свой телефон и залезла в сонник.
— Разочарование у меня точно было.
— Никита, я прошу тебя! Не вляпайся ни в какую историю!
— Мам, да успокойся ты, — устало произносит, по чему я понимаю, что тетя Женя уже порядком достала сына своими переживаниями.
Разговор о ведьмах и сновидениях прерывает звук входящего сообщения на телефоне Никиты. Я машинально бросаю взгляд на экран, но не успеваю увидеть, от кого смс. За секунду в голове проносится миллион предположений, кто может писать Никите: от его тренера по футболу до влюблённой в него дурочки из группы поддержки. По игривой ухмылке Никиты понимаю: пишет не тренер.
Я давно научилась скрывать свои настоящие чувства к Никите. Он полтора года встречался с моей лучшей подругой. При мне они сидели в обнимку в школьной столовой и целовались на переменах. Соня делилась со мной подробностями их свиданий, рассказывала, какие Никита устраивает ей сюрпризы. Так что я умею прятать свою боль настолько глубоко, что ее никому не видно.
Вот и сейчас я легко переключаюсь с Никиты на его маму. Отвечаю на какой-то вопрос тети Жени, не подавая вида, что меня беспокоит, с кем переписывается ее сын. Любовь к Никите стала неотъемлемой частью меня, а вместе с ней и маска безразличия, которую я каждый день ношу на лице. Никто не подозревает, какой на самом деле ад творится у меня внутри. Волю чувствам я могу дать лишь ночью, когда тихо реву в подушку.
Меня поймет только тот, кто любил не взаимно.
— Вова спрашивает, куда мы вчера так рано делись, — Никита откладывает телефон в сторону и смотрит на меня.
С души падает тяжёлый камень. Ему писала не девушка, а наш бывший одноклассник. Но следом вырастает новый камень. В десятом классе Вова начал проявлять ко мне знаки внимания. Сначала я косила под дурочку и делала вид, что не понимаю намеков. Тогда Вова заявил прямым текстом, что я ему нравлюсь, и предложил встречаться. Не будь Вова моим близким другом, я бы отшила его в грубой форме, но тут мне пришлось лавировать, чтобы не ранить его чувства и при этом сохранить хорошие отношения.
— Что ты ответил?
— Что ты захотела спать, и мы поехали домой.
Мог бы и правду сказать: что сам утащил меня из ночного клуба.
— Он приглашает нас на дачу в субботу.
Не успеваю ответить, как на телефон падает сообщение. От Вовы:
«Лиля, привет! Не пообщались толком в клубе. Приглашаю всех в субботу к себе на дачу. Продолжим встречу выпускников. Приедешь?»
Я бы с удовольствием отказалась, потому что наверняка Вова будет снова ко мне подкатывать, вот только Никита явно намерен ехать. Не могу же я отпустить Свиридова одного.
Мою любовь к Никите неотрывно сопровождает мазохизм. Я знаю, что наверняка Свиридов у Вовы на даче замутит с какой-нибудь девушкой. Этой девушкой буду, естественно, не я. Мне будет до смерти больно. Но я все равно поеду и буду смотреть на Никиту, целующегося с какой-нибудь барби. А потом провожу их спины, когда они пойдут уединяться в укромное местечко.
«Привет! Приеду»
— Меня тоже сейчас пригласил. Я поеду. Давно не видела Вову.
— Со школьного выпускного?
— Нет, мы виделись после.
Никита прищуривает глаза.
— Это когда?
— Несколько месяцев назад.
— А кто еще с вами был? — удивляется.
— Никто. Мы вдвоём.
Это недосвидание, на котором Вова пытался меня очаровать, а я упорно делала вид, что у нас дружеская встреча, даже вспоминать не хочется. Я так надеялась, что в институте Вова в кого-нибудь влюбится и оставит попытки меня завоевать, но не тут-то было. Он писал мне всю добрую половину первого курса.
 
— Как интересно. Значит, вы с Вовой видитесь у всех за спиной.
Под «всеми» Никита имеет в виду других наших друзей: Сережу, Ульяну и Соню. Последняя — моя лучшая подруга, с которой Никита встречался полтора года.
— У кого «у всех»? Соня замужем и с ребенком, Ульяна работает, Серёжа учится, — выкручиваюсь. — Тебе тоже все время некогда.
— Ну вы бы меня позвали, и я бы вам сказал, некогда мне или есть когда.
Не понимаю реакцию Никиты. Он недоволен, что я виделась с Вовой, что ли? А ему-то что?
— Никита! — осуждающе восклицает тетя Женя. Я уже и забыла, что она все еще здесь. — Что ты пристал к Лиле? Может, у них с Вовой было свидание. Кстати, Владимир очень положительный молодой человек.
Никита стремительно меняется в лице. Мне становится не по себе от заявления тети Жени, я не хочу, чтобы кто-то думал про меня и Вову, будто мы пара.
— Что вы, теть Жень. Это было не свидание. Мы просто кофе попили. Как бывшие одноклассники.
— Вова очень тебе подходит, Лилечка. Обрати на него внимание.
Мне подходит ваш сын, тетя Женя, отвечаю ей мысленно. Никита внешне выглядит спокойным, но я-то на самом деле знаю его наизусть. Он зол. Дышит медленно и тяжело, плотно сжал челюсть. Так буравит меня глазами, как будто дырку проделать хочет.
— Отвечу Вове, что тоже поеду к нему в субботу, — Никита произносит это голосом, не предвещающим ничего хорошего, и берет в руки телефон.
В груди разыгрывается волнение. Интуиция подсказывает, что из этой поездки ничего дельного не выйдет. Но я же не могу допустить, чтобы Никита поехал один! Я должна вонзить себе в сердце новый осиновый кол, наблюдая за тем, как Никита с кем-то целуется.
— Ладно, — спрыгиваю с высокого стула. — Я пошла домой. Спасибо за лимонад, теть Жень, очень вкусный.
— До субботы, Лиля, — летит мне в спину голос Никиты. — И не забывай, что ведьм сжигали на кострах.
Ну конечно же, Никита так просто не оставит, что я его продинамила.
  
Глава 7. По его правилам
 
Лиля
Собираться на дачу к Вове сложно. С одной стороны, хочется взять побольше соблазнительных вещей, чтобы привлекать Никиту. А с другой, не хочется провоцировать Вову. Если бы не Свиридов, я бы никуда не ехала. Настойчивость Вовы порядком надоела, намеков он не понимает, а грубить не хочется.
И все же я беру с собой максимально соблазнительную одежду: короткие шорты, мини-юбку, топы и купальник-бикини. Рядом с дачей Вовы есть озеро, без купания в нем не обходится ни одна встреча у друга.
В субботу утром я еду одна, без Никиты. У него тренировка по футболу. Но даже если бы он предложил поехать вместе, я бы все равно отказалась. Признаться честно, пока побаиваюсь оставаться с ним наедине. Я хорошо запомнила угрозу про то, что ведьм сжигают на кострах.
Когда я переступаю порог Вовиного коттеджа, здесь уже собралась половина класса. Людей даже больше, чем в ночном клубе. Приехали те, кто не смог тогда.
— Лиля, привет! — Вова с широкой улыбкой выходит мне на встречу. — Очень рад тебя видеть.
Без зазрения совести он обнимает меня за талию и поднимает над землей.
— И я тебя, Вов, — сдержанно приобнимаю его за спину.
Как только друг ставит меня на землю, спешу выпутаться из его объятий. На самом деле Вова вполне симпатичный парень. Высокий, подкачанный. Я знаю нескольких девочек в нашей школе, кому он очень нравился. Я могла бы попробовать с Вовой отношения, но знаю, что ничего из этого не выйдет. Я не разлюблю Никиту, а Вове только ложную надежду дам. В итоге счастлив не будет никто.
— Я оставил тебе комнату в доме, в конце коридора на втором этаже. Закрыл ее на ключ, чтобы никто не занял.