Хочу тебя (СИ)

Откидываюсь головой назад и прикрываю глаза. Ничего лучше в жизни не испытывала. И это ведь ещё не полноценный секс. А какие ощущения там? Когда Никита будет полностью во мне, когда буду чувствовать его внутри себя. С ума сойти.
Я тоже выдавливаю на ладонь гель для душа. Возвращаюсь лицом к Никите и опускаю руку на член. Пока вожу по нему мыльной ладонью, Никита целует мою шею.
— Я все правильно делаю?
— Да, ты умничка.
Громкий стон из уст Никиты тому подтверждение. Мне нравится ласкать его, нравится, как он стонет, нравится, что ему так хорошо именно со мной. Я хочу, чтобы Никите нравилось заниматься со мной любовью, хочу, чтобы, находясь со мной, не вспоминал других девушек.
— Я сейчас кончу.
— Кончай.
Я хочу, чтобы Никита это сделал. Хочу довести его до оргазма, как он почти каждый день доводит меня. Несколько быстрых движений рукой — и Никита с громким стоном извергает мне на живот сперму. Ее запах наполняет душевую кабину, переплетается с ароматом геля для душа. Сейчас сперма не кажется мне такой мерзкой, как тогда на даче у Вовы. Даже приятно ощущать ее капельки на своей коже.
— Обожаю тебя, малыш, — снова целует меня в губы.
— Продолжим в спальне? — робко интересуюсь. Между ног продолжает пульсировать. Никита раздразнил меня, но до разрядки не довёл.
— Обязательно. Сегодня будет ночь открытий.
«Ночь открытий» — звучит многообещающе.
Смыв с себя остатки мыльной пены, первой выхожу из душевой. Заворачиваюсь в полотенце и сушу волосы феном, пока Никита ещё стоит под струями воды. Закончив с волосами, иду в спальню. Вот теперь нервы снова охватывают меня. Когда Никита появляется из ванной, с одним полотенцем на бёдрах, сердце подскакивает к горлу. Я сижу на краю кровати ни жива ни мертва, он подходит вплотную и нависает сверху. Одним движением опрокидывает меня спиной на постель и ложится сверху.
Целуемся. Медленно, томно, тягуче. Никита не спешит, не срывает с меня и с себя полотенца, а как будто растягивает удовольствие. Я заставляю себя откинуть прочь сомнения и страхи. Хочу наслаждаться этим моментом — когда самый любимый мужчина в мире делает меня по-настоящему своей. Только своей.
Никита отрывается от губ, переходит к шее, спускается ниже. Раскрывает полотенце, только когда приближается устами к его краю. Секунду глядит на меня, полностью обнаженную, и продолжает целовать. Ласкает грудь, играет с сосками. От наслаждения выгибаясь ему навстречу, прикрыв глаза. Шумно дышу, втягиваю глубоко кислород. Того и гляди — закончится. Стоны становятся громче, голова мечется по подушке быстрее. Я словно в агонии. В сладкой безумной агонии.
— Хочу тебя. Хочу в тебя, — шепчет на ухо. — Лиль… — шумно выдыхает. — Пиздец, как хочу тебя.
У меня между ног водопад и бешеная пульсация. Если в самое ближайшее время Никита не окажется внутри меня, я умру.
— Никит, — зову. Поднимает на мое лицо пьяные от похоти глаза. — Я ещё не…
Испуганно замолкаю. Не знаю, как сказать, что я ещё не занималась сексом.
— Я никогда…
— Я знаю, — мягко целует меня в губы. — Не бойся.
Медленно выдыхаю.
— Первый раз всегда не очень, но зато потом с ума сходить будешь.
— Я уже схожу с ума. С тобой, Никит.
— И я с тобой схожу, — нежно гладит меня по щеке. — Мне с тобой, как ни с кем.
От последнего признания мурашки по коже и голова кругом. Никита слезает с меня, чтобы достать из рюкзака, что валяется у кровати, пачку презервативов. Завороженно гляжу, как достаёт один из упаковки, рвёт фольгу и раскатывает прозрачный латекс по члену. Не могу поверить, что все произойдет сейчас.
Это точно не сон?
Надев презерватив, Никита возвращается ко мне. Раздвигает мои ноги и устраивается между ними. Опять целует в губы. Параллельно просовывает ладонь мне под поясницу. Я инстинктивно напрягаюсь. Не знаю, чего ждать. Вроде говорят, что первый раз очень больно? И кровь идёт? Такие рассказы я слышала от подруг.
Никита входит в меня. Сердце замирает. Сначала он делает это медленно, давая привыкнуть к себе. Потом также медленно выходит. И так несколько раз. От этого приятные ощущения усиливаются, желание нарастает. Становится невозможно терпеть, и я принимаюсь ерзать под Никитой.
 
— Нетерпеливая, — смеется. — Сейчас все будет.
— И мне с тобой, как ни с кем, — признаюсь в ответ. — Ах, Никита…
У меня нет слов, чтобы выразить все, что я чувствую в этот момент. В моей жизни не было мгновения счастливее, чем это.
— Поцелуй меня, — только и прошу.
Накрывает мои уста. Я крепко обнимаю Никиту за шею, когда он одним резким толчком врывается в меня. Яркая вспышка боли мгновенно ослепляет. Как будто вонзилась тысяча ножей. Крик вырывается из недр груди, слезы брызжут из глаз.
— Расслабься, малыш, сейчас все пройдёт.
Никита не вышел из меня. Он глубоко во мне. Целует мое лицо, собирает слезинки, гладит по волосам. Успокаивает.
Набираю в грудь побольше воздуха.
— Продолжай, — прошу.
И Никита продолжает. Медленно, неторопливо, потому что я ещё испытываю боль, хоть и вперемешку с наслаждением. Прикрываю глаза и полностью доверяю себя Никите. Он стал моим первым мужчиной. И как же я мечтаю, чтобы остался единственным.
  
Глава 27. Фанатка
 
Лиля
В день матча футболистам дают поспать подольше. Я рада провести с Никитой утро. После случившегося ночью меня переполняют эмоции и чувства. Ликование так и прет из меня. Я просыпаюсь раньше Никиты и просто смотрю на него спящего, чувствуя себя самой счастливой девушкой на земле. Вожу кончиками пальцев по его обнаженной груди, мышцам, рукам. Перехожу на лицо и рисую узоры на щеках.
Резким движением Никита хватает мою ладонь и подносит ее тыльную сторону к губам. Целует, улыбаясь сквозь сон.
— Я тебя разбудила?
Ох, не надо было трогать Никиту. У него сегодня важный матч, нужно выспаться, как следует.
— Нет, все в порядке.
Никита перекидывает руку мне на талию и придвигает к себе. Все еще не открывает глаз, находясь в сонном состоянии. Чувствую жар его груди через шелковую сорочку. Никита опускается лицом мне в макушку и целует волосы.
Это лучшее утро в моей жизни. Я проснулась в одной кровати с Никитой, он меня обнимает и целует. Хочу остановить это мгновение, запечатлеть его в памяти навсегда: наше первое совместное пробуждение.
Рука Никиты ныряет мне под сорочку и гладит ягодицы. Кожа моментально мурашками покрывается, соски твердеют. Я стремительно возбуждаюсь, но заниматься сейчас сексом не рискну. Между ног все еще больно.
Никита начинает стягивать с меня трусики, но я останавливаю его.
— Давай вечером?
— Почему не сейчас?
— Мне ещё немного больно.
Никита разочарованно стонет. Мне в ногу упирается его каменный стояк. Я в замешательстве, что делать. Но Никита принимает решение за меня. Берет мою руку и кладёт себе на член. Я смелею и иду дальше: спускаю вниз тугую резину боксеров.
В общем, этим утром у Никиты есть оргазм, а у меня нет. Ну ничего. Это ему от меня заряд бодрости перед важным матчем.
Никита уходит из номера раньше меня. Перед игрой они собираются с командой и тренером, чтобы обсудить стратегию поведения на поле. Я неспешно одеваюсь и еду на стадион. Здесь собрались преимущественно болельщики питерского клуба. Оно и неудивительно, учитывая, что матч проходит в Санкт-Петербурге. Никита просил не покупать билет на слишком дальнее место. Хочет видеть меня во время игры.
Я хоть и не горю желанием снова засветиться в телевизоре перед тетей Женей, а не смогла отказать Никите. «Хочу видеть тебя во время игры». Да это для меня сродни признанию в любви.
Лениво разглядываю болельщиков питерского клуба, как вдруг глаз цепляется за знакомую фигуру и пергидрольные волосы. Предводительница фанаток. Она тут. Ошарашенно гляжу, как крашенная блондинка садится на четвёртой ряд чуть ниже меня.