Хочу тебя (СИ)

Еле дождавшись вечера, собираюсь на встречу с Никитой. Уже холодно по ночам, но я все равно стараюсь одеваться максимально соблазнительно. Мне нравится, когда Никита любуется мною, жадно обводит глазами фигуру, попу, грудь. Сегодня я надеваю плотные колготки и обтягивающее платье-водолазку чуть выше колен.
— Лиля, ты куда? — спрашивает в прихожей мама, когда я набрасываю на плечи кожаную куртку и обуваю ботильоны.
— Погуляю немного.
— С кем?
Вот опять она за свое.
— С одним знакомым. Все, я пошла, — и быстро выбегаю из квартиры.
Папа ещё не вернулся с работы, а то бы и он устроил допрос.
Направляюсь к машине Никиты, которая припаркована за домом. К счастью, окна нашей квартиры сюда не выходят. Останавливаюсь у серебристой «Ауди» и перевожу дыхание. Наверное, я никогда не перестану нервничать перед свиданиями с Никитой. Каждый раз, как в первый. Руки подрагивают, ноги тоже. А когда я вижу, как из-за дома выходит Никита, так и вовсе сердце стремится вырваться из груди.
Ник одет в кроссовки, синие джинсы и серую толстовку. Это его обычный внешний вид, но у меня все равно весь воздух из легких выбивает. Он такой красивый и уверенный в себе. Не могу наглядеться.
— Привет, — подходит с улыбкой и сразу прижимает меня к себе за талию.
Наши губы встречаются. Я обнимаю Никиту за шею и тону в поцелуе. По венам вместо крови течёт чистое наслаждение. Оно проникает в клетки и наполняет их до краев. Я зажмуриваюсь от удовольствия и чувствую, как под ногами плывет земля. Не существует в мире более сладких поцелуев, чем наши с Никитой. Не существует в мире более страстных поцелуев, чем наши с Никитой.
Он вжимает меня в переднюю дверь автомобиля, целует лицо и шею, параллельно водит руками по телу. Обожаю, когда Никита меня трогает, гладит, ласкает. Я таю словно воск. К низу живота моментально приливает тепло, хочется сжать бедра. Рядом с Никитой я возбуждаюсь с полуоборота. Он действует на меня, как афродизиак. Судя по упирающемуся мне в живот члену, я на Никиту действую так же.
— От тебя невозможно оторваться, — сбивчиво шепчет и крепче обнимает.
— От тебя тоже.
Вожу ладонями по его лицу, волосам, шее. Пальцы покалывает — такое это наслаждение.
Соприкасаемся лбами. Шумно дышим, будто вынырнули со дна моря. Ловлю губами дыхание Никиты, дышу им.
— Весь матч думал о тебе. Искал тебя на трибунах. Почему ты не взяла билет в первый ряд?
Потому что не хочу, чтобы твоя мама снова увидела меня по телевизору.
— На самом деле с первого ряда плоховато видно.
В общем-то я говорю правду. Это как сидеть в первом ряду в театре или кино.
— Ну и ещё я боюсь, что мне прилетит мячом по голове, — добавляю.
И это тоже правда. Не редкость, когда мяч залетает на трибуны к болельщикам.
— В следующий раз говори мне, в каком секторе, в каком ряду и на каком месте сидишь, хорошо?
— Хорошо.
Никита смотрит на меня и нежно гладит по щеке. Его взгляд проникает в душу и греет изнутри.
— Куда ты сейчас хочешь?
— Не знаю, мне все равно, — а мысленно добавляю: «Лишь бы с тобой». На самом деле я вообще никуда не хочу. Я хочу прижаться к Никите и всю жизнь оставаться в его руках.
Боже мой, как же я его люблю! Мне кажется, с тех пор, как начали встречаться, моя любовь к Никите увеличилась в геометрической прогрессии. Потому что он теперь реален. Я могу трогать Никиту и целовать, сколько хочу. Я могу нежиться в его руках. Могу любоваться им без стеснения. Раньше мне приходилось прятать взгляд, чтобы никто не заподозрил мои к нему чувства.
Снова льну к его губам.
Люблю. Люблю. Люблю.
Больше всего на свете люблю. Больше жизни люблю.
Мой. Мой. Мой. Только мой. Никому не отдам. Никаким фанаткам. Пошли они в задницу. Никита — мой парень.
— Давай на смотровую возле МГУ? — спрашивает мне в губы.
— Давай.
Мне совсем не важно, куда ехать с Никитой. Главное, что с ним.
Через полчаса мы уже там. Здесь полно студентов, наших ровесников. Никита обнимает меня за талию, и мы вливаемся в поток людей. Стоим какое-то время на смотровой, потом идём гулять к главному зданию МГУ. Я хотела тут учиться, но выбрала другой университет спортивной направленности, чтобы быть ближе к Никите. После окончания вуза стану спортивным маркетологом.
 
Никита учится там же. Ну как учится. Формально числится и получает зачёты автоматом за то, что стал успешным футболистом. На занятиях ни разу не появлялся. Профессиональным спортсменам не до учебы.
— Ты не замёрзла? — Никита трогает мои ладони. Они прохладные.
— Немного.
— Пойдём в машину?
— Давай, — охотно соглашаюсь.
По дороге мы останавливаемся у ларька, и Никита покупает нам по стаканчику кофе. Но на заднем сиденье нам не до горячих напитков. Мы греемся друг о друга. Я просовываю ладонь Никите под толстовку и веду по кубикам пресса. Чувствую, как его кожа покрывается мурашками от моей холодной руки.
— Лиль, — шепчет и кусает мочку уха.
— А?
— Хочу тебя.
Обожаю, когда Никита говорит мне это. Внизу живота моментально взрывается фейерверк желания.
— И я тебя хочу, — признаюсь.
Никита пробирается мне под колготки и гладит между ног. Охаю.
— Лиль, — снова зовёт.
— А?
— А поедешь в Питер на мой следующий матч?
Слегка отстраняюсь от Никиты и заглядываю в его лицо. В темноте салона отчетливо видны только блестящие глаза.
— В Питер? — удивляюсь.
— Да, мы против питерского клуба играть будем.
— Это надолго?
— Несколько дней.
Я правильно понимаю, что Никита предлагает мне провести с ним в Питере все эти дни?
— Конечно, поеду, — сразу соглашаюсь. — Ты ещё спрашиваешь?
Что сочинить родителям, придумаю потом. Прогулы в институте в данную секунду тоже волнуют меня меньше всего.
— Моя любимая Муза, — ладонь Никиты ныряет мне в трусики. — Хочу тебя.
  
Глава 25. Питер
 
Лиля
Мне приходится сочинить родителям целую легенду, почему я должна поехать в Питер на три дня. И все равно, кажется, мама не поверила. Но примечательно, что выдавать меня папе не стала, а наоборот при нем поддержала мою маленькую ложь об экскурсии от института. Правда, когда мы остались с родительницей вдвоём, она все же попыталась выбить из меня правду, но я осталась непреклонна.
Никита летит в Питер на самолёте со своей командой. Я еду на «Сапсане» в тот же день. Сказать, что я волнуюсь, — это ничего не сказать. Я буду жить в одном номере с Никитой. И хоть я давно мечтаю полноценно заняться с Никитой любовью, лишиться с ним девственности, а как подумаю о том, что это произойдёт уже сегодня ночью, так поджилки трясутся.
Мы с Никитой не обсуждали, что наш первый секс случится в Питере. Но, мне кажется, это само собой разумеется. Впервые после начала отношений мы останемся вдвоём на всю ночь в одной комнате. Не фильм же мы смотреть будем. Никита же знает, что я девственница? Ну, как минимум, догадывается, думаю.
Когда «Сапсан» приезжает на Московский вокзал Санкт-Петербурга, беру такси и еду в гостиницу. На ресепшене мне дают ключ от номера, зарегистрированного на Никиту Свиридова. Не знаю, как он договорился, чтобы меня пустили жить к нему. Клуб ведь бронировал номер только на Никиту.
Свиридова сейчас нет, он на тренировке с командой. Написал сообщение, что вернётся поздно вечером. Номер просторный, есть большой балкон. Но первое, что привлекает мое внимание, — это огромная кровать. Она как будто специально для нас двоих. И сразу щеки заливает румянцем, потому что думаю про нас с Никитой на этой постели. Я готовилась. Привезла несколько комплектов нового соблазнительного белья.
Боже мой, неужели это случится сегодня? Падаю лицом в ладони.
До возвращения Никиты с тренировки несколько часов. Чтобы не изводить себя томительным ожиданием, иду гулять, хотя погода ужасная: дождь и ветер. У меня произошли кардинальные перемены, и мне так хочется поделиться ими с Соней, моей лучшей подругой. И по совместительству бывшей девушкой Никиты. Но у нее чуть больше полугода назад родился ребёнок, и теперь даже поговорить с Соней по телефону стало почти невозможно. Мальчика нужно постоянно носить на руках и развлекать. Кажется, во время нашего последнего общения Соня говорила, что у Владика лезут зубы, и это превратило ее жизнь в окончательный ад.