Невеста для Лазурного дракона. Выиграть отбор (СИ)

— Не отпущу. А то мало ли матушка еще чего придумала, — он нисколько не смущался присутствию посторонних и совершенно наглым образом лапал меня. Его руки блуждали по моему телу, а когда подобрались уже совсем неприлично близко к груди, я пришлепнула по ним, и они опять вернулись на талию.
Ни Малькольма, ни целителя его поведение ничуть не смущало. Надо сказать, что они вообще не обращали на нас внимания. Целитель был поглощен отслеживанием состояния Малькольма и временем воздействия зелья, а Малькольм… Похоже, он возвращался к себе и в себя. Это было видно по его более осмысленному взгляду, по выражению лица и эмоциям, которые стали проскальзывать, когда он начал понимать, что с ним было, и вспоминать. Когда же он осознал все в полно мере, то метнул испуганный взгляд на Расмуса и вскочил.
— Расмус, я… — начал было он, прижав правую руку к сердцу и наклоняя голову в знак извинения, уважения и почтения.
— Малькольм, — прервал его Расмус. — Ты ни в чем не виноват ни передо мной, ни перед Нией.
Малькольм повернулся ко мне и тоже поклонился.
— Агния, мне очень жаль, что так произошло. И хоть я действительно не виноват, но все равно чувствую свою вину. Простите меня?
— Малькольм, ну конечно! — воскликнула я, вскочила и шагнула ему навстречу, протянув руку для рукопожатия. Малькольм же расценив по-своему, бережно взял ее и поцеловал.
— Ну вот и славно! — хлопнул в ладоши целитель, про присутствие которого мы все забыли. — Ваша светлость, когда обряд?
И целитель вперил любопытный взгляд на Расмуса.
— Господин Дреко, мне кажется, вы предвосхищаете события. У нас еще испытания на носу, — ответил Расумус.
— Ой, да бросьте, — бесцеремонно оборвал его целитель. — Я же вижу и метку, и вашу связь, любой целитель ее увидит. И зачем напрягаться тогда с испытаниями? Если за вас уже все решила судьба и Богиня.
Целитель весело улыбнулся и его удивительные брови вздернулись вверх.
— А нашему княжеству очень подошла бы такая милая княгиня, — он мне подмигнул. А я широко улыбнулась ему. Славный целитель. И, видимо, знает Расмуса так хорош, что позволяет себе вольности.
— Я готов провести его хоть сейчас, — и Расмус такими горящими глазам посмотрел на меня, что я покраснела с головы до ног. — Но если дойдет до королевы Софии…
Он не договорил и о чем-то задумался.
— Впрочем, надо подумать над этим вопросом, — пробормотал он, а потом как будто очнулся, посмотрел на целителя и кивнул ему.
— Господин Дреко, полагаю, на этом все? Будут еще какие-нибудь распоряжения? Нужно ли Малькольму для закрепления результата еще принимать зелья?
— Нет, нет, того, что я дал, вполне достаточно. А после сна весь приворот полностью уйдет из крови, — радостно сообщил целитель. А Расмус напрягся.
— То есть сейчас он вышел еще не полностью?
— Да, пока, к сожалению, возможны некоторые отголоски, поэтому эту парочку лучше еще какое-то время держать подальше друг от друга, — рассмеялся господин Дреко.
— Не вижу ничего смешного, — мрачно сказал Расмус.
Господин Дреко кивнул, соглашаясь.
— Вы, конечно, правы. Это у нас, у целителей, такой извращенный юмор, не обращайте внимания. Ну что ж, если вдруг понадоблюсь, вы знаете, где меня найти. Госпожа Агния, это честь и большая радость для меня познакомится с вами лично, — он почтительно поклонился мне, кивнул Расмусу и Малькольму и вышел.
— Ну что ж, а я, пожалуй, пойду разбираться сс вивернами, — и Расмус так улыбнулся, хищно, нехорошо, что мне стало страшно за тех двоих ненормальных, которым он сейчас будет учинять разборки. — Малькольм, ты со мной?
Улыбка Малькольма была не менее кровожадной. Я содрогнулась.
— А я, пожалуй, пойду к себе, все-таки готовиться к вечеринке. По крайне мере, у меня появилось время сделать светящийся шар.
Расмус подошел ко мне, обнял, потом с видимым усилием отстранил от себя и поцеловал руку.
— Иди. Я разберусь и зайду к тебе, хорошо?
Я кивнула, попрощалась с Малькольмом и отправилась в свою комнату творить, на кончиках пальцев ощущая привычный зуд предвкушения чуда.
 
Глава 27 
В комнату я добралась без приключений. Никто меня не подкараулил за углом, в комнату никто не пробрался и, что удивительно, ничего не испортил. Мои шары меня ждали. Я разложила все стекляшки на столе и начала подгонку под шар-болванку. Прикладывала-подрезала-приклеивала. Там же, в мастерской, Рорар дал мне аналог нашего клея. На него отлично насаживались зеркальные кусочки. Я вертела, крутила, мешала разные цвета и формы. И меня настолько захватила работа, что я не слышала, как открылась дверь. Подскочила на месте, когда своем рядом раздался голос Малькольма.
— Агния!
Я от испуга и неожиданности чуть на выронила шар, который как раз крутила и рассматривала со всех сторон, чтобы убедиться, что все пустые места заполнены.
— Черт, Малькольм, стучаться не пробовал? Я чуть работу из-за тебя всю не запорола, — я зыркнула на него так грозно, что он отступил на шаг.
— Я стучал минут пять. И громко стучал. Но ты, видимо, так увлеклась, что ничего не слышала. Даже как я подошел к тебе, — с упреком ответил он.
— Пости, я когда работаю, ничего не слышу, — виновато ответила я. — Вы уже все вопросы решили?
Малькольм кивнул и поморщился.
— Это действительно Магрит с леди Августой придумали испортить твой гардероб. Видимо, Магрит посчитала, что раз Злате он уже без надобности, то и делать с ним можно все, что хочешь. Расмус был в ярости, еле успокоил его, — Малькольм помолчал. — Он послал меня к тебе, сказать, что сегодня за ужином сделает заявление, и что он очень будет ждать тебя.
— А почему он сам не пришел и не сказал это? — я с подозрением посмотрела на Малькольма.
— Он решил полетать, успокоиться, — поморщился Малькольм. — Ну и заодно выпустить пар. Очень уж его взбесила эта парочка заговорщиц. Меня тоже, но я по крайней мере не связан брачной меткой. А так получается, что они покусились на сокровище дракона, причем, собственная же мать, которая сама потеряла пару и знает, каково это.
Малькольм помолчал.
— Ния, ты простишь меня? — спросил он и виновато заглянул в глаза. — Я со стороны, наверное, казался таким идиотом.
Он практически простонал это и закрыл ладонью лицо, правда, следя в щелки между пальцами за выражением моего лица.
— Малькольм, да я и не сердилась на тебя! — всплеснула я руками. — Мне просто было непонятно, что на тебя вдруг нашло. Ну и потом, ты же не виноват во всем этом. Хочешь чаю, в знак примирения?
— Хочу, но не могу, — с сожалением ответил Малькольм. — Нужно еще дать распоряжения насчет сегодняшнего вечера. Кстати, испытание состоится завтра. Ты готова? И какой план? Что тебе понадобится для вечера?
И Малькольм заинтересованно подошел ближе к столу, рассматривая мой шар, пока только один готовый.
— Вот хорошо, что ты спросил! — я шлепнула себя пол лбу. — Все время то забываю у тебя спросить, то что-то мешает. Мне очень нужна музыка. Я так понимаю, что у вас что-то вроде оркестра? Живые музыканты всегда играют на танцах?
— На балах, ты имеешь в виду? Ну да, — кивнул Малькольм.
— Так. А что-то вроде деревенских танцев у вас есть? — я с любопытством посмотрела на Малькольма.
— Что значит — деревенских? — непонимающе посмотрел на меня Малькольм.
— Ну типа такого.
И я, подпевая себе мотивы, изобразила ему польку-бабочку. А потом вообще подхватила его под локоть и покружила с ним по комнате под его совершенно обалдевшее лицо и под свой веселый смех. Правда, где-то на задворках сознания услышала грозный рык и тут же отпрыгнула в сторону от Малькольма. Ну да, точно, я ж обещала держаться подальше от всех драконов мужского рода подальше.
— В общем, Малькольм, мне нужна энергичная музыка, темнота с лучами света, которые будут падать на мои шары. А еще фуршет с канапешками, закусками и напитками.
Пришлось объяснять Малькольму еще одно непонятное слово. И оказалось не все так страшно. Фуршеты с канапе и закусками у них как раз были приняты, правда, канапе так не назывались. И они не накалывали их на шпажки. Я нарисовала, как это выглядит, красноречиво рассказала, насколько это удобно. Малькольм внимательно слушал, задумчиво кивал, мысленно уже прикидывая, как и из чего сделать шпажки. А когда я сказала, что на них можно наколоть вообще все, что угодно, главное порезать маленькими кусочками, так его глаза загорелись в предвкушении. Кажется, теперь в княжестве появится новое блюдо и традиция…