Мастеровой (СИ)
– Так! – сказал Рогов. – А что, если…
Мужчины погрузились в разговор. За ним и застали их, вернувшиеся в гостиную женщины.
– Никогда не было, а вдруг опять! – засмеялась Алевтина. – Праздник, дамы за столом, а они о своих железках. Барышня скучает. Не передумали выходить замуж за оружейника? – спросила Юлию.
– Буду размышлять, – кивнула Соколова.
– Настоятельно рекомендую.
– Хватит тебе, Аля, Юлию Сергеевну пугать! – засмеялась Полина. – Мужья у нас – золото, да и Федор не уступит. Но порою следует приводить их в чувство. Господа офицеры! – повысила она голос. – Уделите внимание дамам! Не то они обидятся и уйдут. И тогда для вас наступят нелегкие времена.
– Прости, дорогая! – Куликов вскочил и, подбежав к жене приложился к ручке. – Алевтина Григорьевна и Юлия Сергеевна! Виноваты, каемся. А все он, – офицер обличающе указал на Федора. – Предложил нам участвовать в конкурсе и заработать сто тысяч рублей.
– Сколько? – ахнула Алевтина.
– Вы расслышали правильно, – подтвердил Куликов. – И идея хороша. Мне понравилась.
– Нам – тоже, – кивнула Полина. – Но займетесь ею на заводе. А сейчас вернемся к празднованию. Святки как-никак…
[1] Техники на военных предприятиях того времени носили форменную одежду. Не мундиры, но похожие.
[2] Стихи Ларисы Рубальской.
[3] Характерно для того времени. Просто так проводить время вместе предосудительно, объявив себя женихом и невестой – сколько угодно. Невестам даже разрешалось посещать арестованных и отбывающих наказание в тюрьме женихов, причем, нужно было всего лишь назвать себя таковой. Та же Крупская отправилась к сосланному в Шушенское Ленину в статусе невесты. И никто не запретил.
[4] ГАУ – главное артиллерийское управление при Военном министерстве.
Глава 11
Испытать пулемет Федор решил на полигоне, где пристреливали собранные на заводе винтовки и «максимы». Собирался ехать туда один. Но не тут-то было. Поприсутствовать захотели Куликов с Роговым, следом подтянулись другие офицеры. Желание изъявил и генерал, которому сообщили о событии. Как не распинался Федор, уверяя: это лишь проверка автоматики, на полигон отправилась колонна экипажей. Возглавляла их карета генерала.
Руководство полигона расстаралось. В дощатом павильоне выставили столы с закусками и штофами. Дымила полевая кухня, солдаты раздували самовары. Но генерал отверг предложение закусить с дороги.
– В первую очередь дело, господа! – объявил решительно. – Где там наш изобретатель?
Федор с пулеметом в руках подошел к специально выставленному для него столу. Водрузил на него оружие и начал объяснять устройство. Слушали внимательно. Завершив рассказ, Федор произвел разборку пулемета, показав каждую деталь окружившим стол офицерам.
– Что скажете, господа? – поинтересовался генерал.
– Конструкция несложная, – отозвался полковник с сединой на висках. – Это не «максим». Изготовить не составит труда. Фасонных деталей, считай нет. Боевые упоры напильником можно подогнать. Все пружины витые, кроме диска. Но и там она вроде граммофонной. Разве что принцип работы автоматики незнаком. Отвод пороховых газов из ствола, насколько знаю, применяется в пулемете Браунинга, но тот станковый. Здесь же легкий. Но не думаю, что это станет проблемой. Сделаем.
Другие офицеры закивали, подтверждая его слова.
– Осталось посмотреть, как стреляет, – заключил генерал. – Приступай, Кошкин!
Федор собрал пулемет и отнес его к стрелковому гнезду, представлявшему собой наземное сооружение из мешков с песком. Установил на ствольную коробку диск патронами, оттянул назад рукоять перезаряжания. Сдвинул вниз предохранитель[1]. Оперся сошками на бруствер и нажал на спуск.
Пулемет коротко рокотнул, плюнув очередью из трех патронов. Гильзы полетели вниз. Приложившись снова, Федор повторил короткую очередь, а затем нажал на спуск и не отпускал, пока диск не опустел. Пулемет гремел, вращалась крышка диска, пули выбивали вихри из сугробов у мишеней, гильзы, падая на снег, шипели и дымились. Завершив стрельбу, Федор снял опустевший диск, проверил оружие и повернулся к наблюдавшим за ним офицерам.
– Ваше превосходительство! Господа офицеры! Техник Кошкин испытания закончил. Автоматика пулемета работает нормально. Осечек и задержек не случилось.
– Как это закончил?! – возмутился генерал. – А ну-ка… – он подошел к Федору и отодвинул его от пулемета. – Ставь диск! – велел, указав на ствольную коробку. – Сам попробую.
– Пулемет экспериментальный, – попытался отговорить его Федор. – По сути металлический макет. Может случиться неприятность. Пострадаете.
– Ствол пороховую пробу[2] проходил? – уточнил генерал.
– Так точно! – доложил Федор.
– Значит, ничего не случится. Давай диск!
Федор дал, благо заранее приготовил набитые. Вдруг с каким беда выйдет? Пружина там сломается или подавать перестанет. Генерал сам закрепил диск на ствольной коробке, оттянул рукоятку заряжания и приложился. Для начала выпустил короткую очередь, а затем начал долбить по мишеням, осыпая те снежной пылью.
– А изрядно! – объявил, когда диск опустел. – Отдача небольшая, управлять огнем легко, скорострельностью не уступит «максиму». Кто желает испытать?
Желающие нашлись. Федору пришлось снаряжать диски заново, те, что приготовил, расстреляли вмиг. Это было хорошо – ствол успевал остывать в паузах. Наконец офицеры настрелялись и по приглашению начальника полигона потянулись к павильону. Солдаты в белых фартуках поверх шинелей стали заносить в помещение исходящие парком тарелки с кашей, расставлять их на столе, разливать по стопкам водку. Генерал поманил Федора, пытавшегося пристроиться в отдалении, и указал на место рядом с собой.
– Господа! – сказал, подняв стопку. – Предлагаю выпить за здоровье техника Кошкина, его светлую голову и золотые руки. Честно говоря, не верил, что он справится с заданием. Никогда еще в России ни один изобретатель не создавал пулемета, да еще такого. Первый образец, но какой толковый! Стрелять – удовольствие, ни осечек, ни задержек. Понимаю, что работы еще много, но уверен: у Кошкина получится. За него!
Офицеры дружно выпили и навались на еду. Морозная погода способствовала аппетиту. Минут пять все дружно работали ложками, поглощая кашу с мясом. Начальник полигона сделал знак солдатам и те вновь наполнили стопки.
– Еще хочу поблагодарить капитана Рогова, – продолжил генерал, взяв свою. – Он отлично справился с поручением. Пулемет представлен в срок и заслуживает похвалы. Более того, как мне донесли, вместе с капитаном Куликовым Рогов занялся изобретением орудия на конкурс. Это так, Михаил Игнатьевич?
– Да, – ответил офицер.
– Не Кошкин ли вас надоумил?
– Так точно! Он.
– Знал, что без него не обойдется, – улыбнулся генерал и шутливо погрозил Федору пальцем. – Думаешь, у них получится? – спросил техника.
– Там нечего сложного, – ответил слегка захмелевший Федор. – Труба, опора и двунога. Затруднение может составить снаряд – таковых еще не производили. Но справимся.
– Слышали, господа! – повысил голос генерал. – У нас есть шанс победить в двух конкурсах. Если так случится, то получим заказы из казны, щедрые ассигнования. Конкурсы просто так не объявляют. Что это значит для завода, объяснять излишне. В прошлом годе мы изготовили сорок винтовок, больше нам не заказали. Цех пустует, мастеровые – в отпусках. Вполне можем возвратить их и делать новое оружие. Нельзя упустить такую возможность. Посему мой приказ: оказать всемерное содействие технику Кошкину, капитанам Рогову и Куликову. Любой их запрос выполнять, немедля, и со всем тщанием. Все поняли?
– Так точно, ваше превосходительство! – загомонили офицеры.
– Я в свою очередь попрошу военного министра содействия в выделке сотни пулеметов и проведения испытания в войсках. Конкурент у нас серьезный. Пулемет Мадсена выпускается давно и известен в России. По нему собрана солидная статистка поломок и особенностей. Нужно, чтобы к заседанию комиссии таковая имелась и у нас, причем, с лучшими показателями. Когда начнем выпуск пулеметов? – глянул он на Кошкина.