Мастеровой (СИ)
– Это чем? – поинтересовался Федор.
– Прежний Кошкин был обыкновенным мастеровым, – терпеливо объяснил «волк». – Хорошо работал, жил в казарме, посещал трактир – жил как все. Прибыв в Тулу, первым делом снял квартиру в доме, где живет богатая публика – с ванной и клозетом. Плата не смутила.
– Так всегда мечтал барином пожить, – объяснил Федор.
– Помолчи! – приказал «волк». – А не то вновь Игнат займется. Слушай далее. Новый Кошкин заговорил по-французски, да еще бойко. Это где ж мастеровых языкам учат? На заводе поразил всех знаниями. Усовершенствовал производство, изобрел револьвер. По нему, кстати, тебя и нашли, – усмехнулся «волк». – Опрометчиво было называть его своим именем.
– Это генерал велел, – буркнул Федор.
– Пусть так, – кивнул «волк». – Как бы ни было, но стал совершенно другим. А все подселенная душа. Она, кстати, кем была?
– Инженером-оружейником, – сказал Федор.
– Вот и разобрались, – хмыкнул «волк». – Так бы сразу.
– Вы дозволите спросить?
– Говори! – разрешил «волк».
– Что со мной будет?
– Это князь решит, – пожал «волк» плечами.
– Он знает обо мне?
– Пока нет, – «волк» встал. – Сюрприз будет. Игнат, тащи его в коляску! Едем на вокзал.
Боевик вскочил, в этот миг Федор выстрелил. Игнат рухнул как сноп. Пуля в грудь – это серьезно. «Волк» вскинул пистолет, но опоздал – Федор выстрелил раньше. Все-таки револьвер в таких делах быстрее. Получив пулю в живот, «волк» выронил пистолет и упал на бок. Федор встал, подошел к нему и ногой перевернул на спину. «Волк» застонал.
– Отвези меня в больницу, – попросил, прижав руки к животу. – Обещаю, что отстану. Никогда более не увидишь.
– Отвезу, – пообещал Федор. – Если скажешь правду. Кто еще знает обо мне?
– Только мы двое, – простонал раненый. – Никому не говорил. Я всегда так делаю.
– Делал, – уточнил Федор и поднял револьвер.
– Ты же обещал! – возмутился раненый.
– У тебя пулях в кишках, – объяснил Федор. – Все дерьмо из них вытекло в живот. Доктор не поможет, помирать будешь в мучениях. Я от них избавлю. Помолиться хочешь?
– Чтоб ты сдох! – плюнул раненый. – Все равно тебя найдут. А не я, так другие.
– Это как сказать, – хмыкнул Федор и нажал на спуск.
Раненый дернулся и обмяк. Отойдя от него, Федор проконтролировал Игната. Тот был мертв. Пуля, выпущенная из коротыша, угодила ему прямо в сердце. Федор сунул револьвер в кобуру и обыскал убитых. Первым делом вытащил из жилетного кармашка «волка» ключ от наручников. Сняв браслеты, зашвырнул их в реку. Вывернул карманы убитых. Оружие, бумажники, документы свалил у костра, где внимательно рассмотрел. Документы бросил в костер, где их пожрал огонь. Вытащил деньги из бумажников, свистнул, оценив их количество, и засунул в карман. В портмоне «волка» обнаружились визитки. Федор взял одну и поднес к костру. «Хоффман Карл Готлибович, – гласил отпечатанный на мелованной картонке текст. – Частный сыщик». Далее следовал адрес и телефон.
Федор сунул визитку в карман, остальные вместе с портмоне полетели в огонь. Подобрал связку ключей, обнаруженных у «волка». После чего стащил с себя одежду. Перед этим зашвырнул в реку оружие похитителей – пистолет «волка» и наган Игната. Поеживаясь от холода – октябрь как-никак, он оттащил трупы к берегу, а затем, зайдя в воду, поочередно спровадил их к стремнине. Тела скрылись под водой с тихим плеском.
– Полежат с недельку, раздуются и всплывут, – прокомментировал Друг. – Течением понесет к Оке. Может, там поймают, – он хохотнул. – Концы в воду.
– Душегубы мы с тобой! – буркнул Федор, подбежав к костру. Его кожа посинела, зубы выбивали чечетку. – Обязательно было убивать?
– А у нас имелся выбор? – возмутился Друг. – Или мы их, иль они нас. Этот князь нас бы сжег или что он там умеет? На хрена такое удовольствие! Ты их рожи заценил? Навидался я таких – наверняка у каждого по кладбищу за спиной…
Под его ворчание Федор обогрелся у костра, натянул одежду, после чего подбросил хворосту в огонь и внимательно осмотрел все вокруг. Следов от похитителей не осталось, если не считать примятой травы и полос от волочения тел. Ничего, выпрямится трава. Да и кто станет искать? Мало кто костер на берегу жег и к воде ходил? Подойдя к пролетке, Федор сел на облучок и погнал лошадку к Туле. Не доехав до центра, спрыгнул с облучка и, сказав кобылке: «Но!», бросил вожжи. Та повлекла пролетку дальше. Лошадь – умное животное, дом найдет. Нет сомнений, что похитители наняли экипаж здесь, пусть возвращается к хозяину. Тот обматерит арендаторов, но кипеж подымать не станет – лошадь с экипажем воротились.
По пути домой Федор заглянул в трактир, где выпил водки – от простуды, и чтобы снять стресс. Похлебал щей с говядиной и отправился к себе. Дверь ему открыл швейцар.
– Припозднились вы, Федор Иванович, – буркнул недовольно.
– С дружками в трактире засиделся, – объяснил Кошкин и дыхнул перегаром. – Не сердись, Клим. Вот тебе за беспокойство! – он сунул ему гривенник.
– Благодарствую! – расцвел швейцар. – Сладко почивать!
В комнате Федор стащил с себя одежду, умылся и почистил зубы. После чего завалился в кровать. Спал он крепко, снов не видел и встал рано. Оделся и отправился на завод. Там первым делом разобрал коротыша и свалил детали в ящик с металлическими отходами. Так велел Друг. В переплавку пойдут. В верстаке взял новый коротыш, снарядил, сунул в кобуру. Затем заглянул к Рогову.
– Мне бы отпуск взять, – попросил начальника. – Дня на три. Притомился что-то.
– Немудрено! Так трудиться! – хмыкнул офицер. – Меня совесть грызла, на тебя глядючи. По двенадцать часов в день работал. Можешь брать неделю, подпишу.
– Три дня хватит, – отказался Федор. – Отосплюсь, отъемся, навещу дружков в Москве.
– Поезжай! – кивнул Рогов.
Федор и поехал. Во второй половине дня поезд привез его на Курский вокзал в Москве. Вернее, Курско-Нижегородский, так он назывался. На вокзале Федор взял извозчика и отправился по адресу, указанном в визитке Хоффмана. В дом, однако, заходить не стал. Отпустив извозчика, заглянул в кондитерскую напротив, где занял столик у окна. Заказав горячий шоколад и безе, не спеша ел и пил, поглядывая в окно. Скоро определил нужный объект. Расплатившись, вышел из кондитерской и остановил бежавшего к дому мальчугана с кульком.
– В этом доме служишь? – спросил.
– Да, – ответил паренек. – Что вам, господин?
– Рубль заработать хочешь?
Мальчик закивал так, что, казалось, оторвется голова.
– Отнеси кулек и беги в кондитерскую, – предложил Федор. – Угощу пирожными и шоколадом. А еще рубль сверху.
– Сей момент, господин! – выпалил мальчуган и устремился к дому.
Через пару минут он сидел за столиком в кондитерской и поглощал пирожные. Федор наблюдал за ним с улыбкой.
– Тебя как звать? – спросил, когда малец подобрал с тарелки последние крошки.
– Петька, – шмыгнул носом тот.
– Значить так, Петруха. Собираюсь снять квартиру в этом доме, – он указал рукой в окно. – Хочу знать, что за люди там живут. Может, буйные какие. Пьют, шумят ночью. Я такого не люблю.
– Буйных нет, – замотал головой Петька. – Публика приличная. Адвокат, купец, чиновники. А еще гадалка. Даже частный сыщик есть. Но к нему, считай, не ходят.
– Расскажи! – велел Федор и достал из кошелька рубль.
Часа не прошло, как он знал, что хотел. Петька, получив награду, убежал довольный донельзя. Федор погулял по улице, а затем вошел в подъезд дома.
– Мадам Ленорман здесь живет? – спросил у швейцара, сунув тому гривенник.
– Нумер десять на втором этаже, – ответил тот. – У себя они.
Федор кивнул и поднялся по лестнице. Миновав дверь с номером «10», подошел к следующей. Повернул ручку звонка – раз, другой. Тишина. Мальчуган не соврал – в квартире никого. Хозяина нет, а лакей отсутствует – для чего ему здесь торчать? Достав связку ключей, Федор отпер дверь и зашел внутрь. Кабинет Хоффмана он нашел быстро – дверь в него оказалась единственной, закрытой на замок. Отворив ее ключом, Федор вошел внутрь и направился к письменному столу: Друг сказал: искать нужно здесь, два ключа в связке точно от замков ящиков. Так оно и оказалось. В ящиках обнаружились блокноты и толстая тетрадь. А еще деньги – в банкнотах и золотых монетах. Все это Федор свалил в захваченный с собой саквояж. После чего аккуратно запер за собой ящики и двери и покинул квартиру. Поймав извозчика, приказал везти в гостиницу. Там он снял номер и, затворив дверь, рассмотрел добычу. Пролистал блокноты. Обнаружив там свою фамилию, хмыкнул и закрыл. Завтра все сожжет. Изучил тетрадь. Содержание изумило. Хоффман вел подробное досье на Осененных. Кто на ком женат, дети, родственники и знакомые. А еще любовники и любовницы, отношения в семье и меж родами. Склонности и пороки. Последних было столько, что брала оторопь.