Опасный метод

— Скользящая платформа до Конуоктека отправляется через десять минут, — сообщил металлический голос под сводами помещения.
Спокойно прошла к вагону, протянула талон на посадку Служащему в синей форме и вошла внутрь. Дорога займет немного времени, но мне необходимо подготовиться встрече.
Платформа отправилась в путь согласно расписанию. Под нами мелькнула стоянка наемного транспорта, и мне даже показалось, что я узнала фигуру водителя, привезшего меня сюда. Впрочем, это меня мало волновало. Я предвкушала встречу с сестрой, с которой давно не виделась.
Алька — единственная родная душа в этом мире. Она младше меня на несколько лет. Сестра была совсем маленькой, когда мы остались без родителей и без какой-либо помощи. Тогда-то мне пришлось быстро повзрослеть и взять на себя заботу о той, которая мало что понимала в произошедшей с нами трагедии.
— Конуоктек, — известил металлический голос из динамиков.
Вместе со мной вышла супружеская пара. Они явно торопились добраться до дома засветло. Весенний вечер вскоре превратится в чернильную ночь, а мне предстояло добраться до пансиона.
Крохотный городок уже утопал в зелени, в воздухе сладко пахло только-только распускающимися цветами. Как приятно выбраться из мегаполиса на природу! Будь у меня немного больше времени, обязательно прогулялась бы пешком до пансиона, построенного в отдалении от Конуоктека. Увы, приходилось торопиться.
Завязать разговор с престарелой супружеской четой не составило труда. Достаточно было предложить оплатить проезд на платформе в складчину. Наверняка в молодости они предпочитали не экономить, но сейчас многочисленные болезни предполагали траты.
Видавшая виды платформа, наверное, изготовленная в прошлом столетии, скрипела, рычала, подвывала, но летела невысоко в сторону городка.
— Как говорится, лучше плохо ехать, чем хорошо идти, — задорно подмигнул старичок, заметив недовольное выражение моего лица.
— Вы правы, — по-доброму улыбнулась в ответ.
В Нарикане прогресс идет полным ходом, применяются новейшие технологии. А здесь никто никуда не спешит, время идет неспешным шагом.
Мои спутники распрощались у своего дома, педантично рассчитались с водителем, а я отправилась дальше.
— В пансион, — сообщила, когда двери платформы с громким хлопком закрылись.
— Скоро закончится прием посетителей, — предупредил осведомленный местный житель.
— Мне хватит, — заверила его.
Мы снова взлетели, и водитель прибавил скорость, желая угодить пассажирке.
Вечер стремительно серел, торопясь превратиться в беспросветную черноту. Зажглись яркие бортовые огни, позволяющие освещать не только дорогу, но и предупреждающие встречный транспорт о нашем приближении.
— Я могу вас подождать, — предложил водитель, окинув взглядом пустую стоянку для транспорта гостей.
— Не стоит, — улыбнулась в ответ. — Обратно пройдусь пешком.
— До станции? — недоверчиво поинтересовался мужчина.
— Для меня это не проблема, — сообщила ему и поспешила к воротам.
Скользящая платформа со скрипом взлетела и неохотно отправилась прочь. В этот момент я уже стучала металлическим молоточком в дубовую створку.
Пансион располагался в одном из старинных замков. Когда-то давно последний владелец остался без наследников и передал свое имущество пансиону, ютившемуся в скромном доме на окраине Конуоктека. Не только древнее строение досталось пансиону, но и деньги на счетах щедрого дарителя, а потому статус заведения сразу же вырос. Из благотворительной организации, воспитывающей бедных сирот, он превратился в солидное педагогическое учреждение, куда отправляли учиться девочек из обеспеченных семей.
Альке здесь не нравилось. Именно из-за ее поведения я оказалась перед массивными воротами поздним вечером.
— Часы приема закончены, — пробасил женский голос.
Смотрительница выглянула в небольшое окошко и попыталась прогнать позднего визитера сверлящим взглядом.
— Румия, открывай. Меня примут, — строгим тоном, не терпящим возражений, сообщила ей.
— А-а-а, — нехорошо протянула смотрительница, распознав, кто перед ней, — непутевая сестрица Алики-и-и.
 
Даже гласные буквы в имени снискали ее осуждение.
Заскрежетала металлическая задвижка, а потом петли. Могли бы при таких расценках и смазать входную дверь! Но я сюда прилетела не для разборок со смотрительницей, а потому перешагнула высокий порог ворот и направилась к центральному зданию, где располагался кабинет директрисы.
Замок выстроили в те времена, когда враги могли напасть с любой стороны. Поэтому здание имело замкнутую форму многоугольника, а на расстоянии полета стрелы высилась каменная стена. Алька жаловалась, что в комнатах зимой пахнет сыростью, в подвалах бегают крысы, а преподавательницы проводят назидательные экскурсии по замку, пространно повествуя о событиях, произошедших в этом месте в давние времена. Мой вопрос, откуда благовоспитанная девица знает об обитателях подвала, остался без ответа. Зато сразу же она начала жаловаться на ранние подъемы.
Помню, смотрела тогда на сестренку и думала: «Мне бы твои проблемы!» С какой бы радостью оказалась на ее месте.
Во многих окнах горел свет. Я осмотрелась по сторонам, в который раз прочувствовав на себе монументальность строения и проникнувшись атмосферой. Буквально пару часов назад я любовалась на современный, стремительно развивающийся Нарикан. А здесь словно оказалась в далеком прошлом.
Пансион содержался за счет выплат родителей и опекунов. Надо сказать приходилось перечислять значительные суммы, но оно того стоило. После выпуска образование, полученное молодыми терами, позволяло занять достойное место в жизни. Те, кто хотел продолжить обучение, могли поступать в серьезные учебные заведения. Правда, многие предпочитали выходить замуж, но даже в этом случае привитые манеры увеличивали шансы сделать выгодную партию.
В общем, я старалась ради Альки, а сестренка старалась довести директрису и сбежать из-под строгого присмотра. Конфликт интересов налицо.
Центральный вход и холл подавляли величием. Не представляю, каково это — жить в замке совсем одному, пусть и со штатом прислуги. Даже сейчас, с несколькими десятками молодых тер и преподавательским и обслуживающим персоналом, чувствовалось подавляющее величие строения.
По широкой лестнице, затянутой в зеленую ковровую дорожку, поднялась на второй этаж и направилась вдоль коридора к кабинету директрисы. Бывать здесь за время обучения Альки приходилось несколько раз, потому ни у кого дорогу не спрашивала. Впрочем, сестра моя — личность известная, ее громкие проделки обсуждались благовоспитанными терами. Неудивительно, что пока я шла, слышала за своей спиной голоса, переговаривающиеся шепотом. Светлые волосы и ярко-зеленый брючный костюм резко контрастировали со строгими тонами, принятыми в одежде девушек и их преподавательниц.
— Входите! — раздалось из-за тяжелой дубовой двери в ответ на мой стук.
Еще одно различие между современностью и стариной.
Я потянула на себя створку, и она легко подалась без лишних звуков и скрипов. В кабинете начальства на удобстве не экономили.
— Тера Лиона? — слегка удивилась директриса и поднялась из-за стола мне навстречу. — Почему не предупредили о своем визите? — прозвучал вопрос вместо приветствия.
Разумеется, для того, чтобы вы не успели приготовить приказ об отчислении Альки. Но вслух произнесла совершенно другое.
— Неужели? — искренне удивилась и приподняла брови. — Вроде должна была с вами связаться. Это проблема?
С последним вопросом устроилась в кресле для посетителей, достала из сумочки блокнот последней модели и принялась перелистывать страницы, создавая видимость поиска.
 
— Так вот же! — протянула голубой экран в сторону директрисы. — Оплата за обучение.
— Деньги мы получили, — холодно отозвалась она и снова устроилась за столом. — Но я хотела поговорить о вашей сестре!
— Она здорова? — я изобразила обеспокоенный вид.