Разлюби меня, если сможешь (СИ)

Этот мир для меня совершенно незнаком. Сложив руки на груди, я с искренним удивлением наблюдала за нагими девушками, которые без тени стеснения могли продефилировать по студии, совершенно не обращая внимания на посторонних присутствующих людей, особенно мужчин.
От толпы отделился крепкий мужчина в чёрной футболке, подчёркивающей рельефные мышцы и обтягивающих упругие ноги джинсах. Аккуратно уложенные волосы блестели в свете софитов. Незнакомец поздоровался с Сашей и Сергеем, перекинулся парой слов. Саша напрягся, выпрямив спину, нахмурился и засунув руки в карманы брюк, направился ко мне. Теперь напряглась я. Что-то пошло не так.
— Саш, ты только не волнуйся, — Саша провёл рукой по своим волосам, как будто стряхивая свалившиеся на его голову неприятности, — у нас возникли проблемы.
Если Саша обратился ко мне так, то дело явно принимало серьёзные обороты, если он даже забыл, что меня никто не называет мужским именем, кроме Марго, конечно. Я повела бровью и склонила голову на бок, показывая, что готова его выслушать.
— Ты наверняка видела заказчика сего мероприятия, так вот он только что сообщил, что все модели отсняты, все условия выполнены….. почти. Так вот это «почти» будет стоить нам неустойки, в размере полной оплаты за наш счёт всей рекламы, услуг модельного агентства, аренды фотостудии и услуг фотографов, — плечи Саши опустились вниз, — мы разорены. На счету едва хватит денег покрыть все расходы.
— Какой момент мы упустили? — спрашиваю, а сама мысленно виню себя, что не просмотрела документы лично.
— В договоре есть пункт. Дословно: модель в интересном положении для демонстрации комплекта «VeronaStil». Что это значит?
— Добрый вечер, Александра Владимировна! — с явной издёвкой протянул мне руку для приветствия наглец, который наживается на рекламных агентствах, разоряя их неустойками за несоблюдение обязательств, прописанных в ранее заключённом договоре. Я проигнорировала руку, вздёрнув подбородок и еще сильнее обхватив себя за плечи. Свободный крой персикового платья, в которое я сегодня облачилась, подчёркивало цвет кожи и мастерски скрывало мою беременность за счёт узора веток сакуры, «растущих» от плеча.
— Добрый вечер, Камал! — вернула я приветствие и в моей голове родилась идея. Я не сдамся без боя и утру нос этому типу, только нужно кое-что проверить, — Простите, мы оставим вас на 15 минут, — и нагло улыбнулась.
— Александр Алексеевич, пройдемте со мной, — позвала я Сашу.
Прикрыв дверь в своём кабинете, я перечитала пункт договора, на который не обратил внимание ни один из сотрудников нашего агентства, которые прорабатывали эти документы, а лишь потому, что все они были мужчинами.
В пункте 17.2. значилось, что при его несоблюдении последует неустойка, её условия прописаны в приложении № 1 к договору.
— Саш, где приложение? — я снова перелопатила ворох документов, но нужного листа так и не нашла, а Саша только развёл руками. Ну как так-то? Катя тоже развела руками, уверяя, что и в глаза не видела никакого приложения, но раз подписанный экземпляр есть у заказчика, значит и у нас он тоже был. Это подстава чистой воды. Еще раз перечитав условия, я решительно направилась на 5 этаж, где мы арендовали студию.
Заказчик сидел свободно, раскинувшись в кресле, поглаживая рукой подбородок. При виде меня хитрая улыбка расползлась на лице мужчины. Ну ничего, сейчас я сотру её с этой наглой морды. Я прошла за ширму, где модели преображались перед сьемкой, взглянуть на тот самый комплект белья, который предназначался для «модели в интересном положении». Ну что ж, очень даже прилично. Я погладила рукой нежную ткань.
Яркий свет фонарей больно ударил в глаза после полутьмы за ширмой. Я отыскала взглядом Камала — хочу видеть его выражение лица. Он стоял с ребятами недалеко от декораций и пил кофе. Оказавшись на подиуме, я сбросила халатик, стянула резинку с волос, и они тут же заструились и окутали плечи и спину. Всё это время я смотрела ему в глаза.
Было заметно, что он не понимает, что происходит, пока я не повернулась и не зашагала в его сторону. Мужчина поперхнулся напитком, после чего Саша с Сергеем, которые до этого стояли спиной ко мне, резко повернулись.
 
Тугой лиф ровно наполовину прикрывал мою грудь, которая налилась в беременность и выглядела очень аппетитно, вздымаясь над атласной кромкой. Прозрачные полы маечки, отделанные тонкой паутинкой кружева, соединенные в центре лифа брошью в виде лилии, разошлись от движения, оголив мой живот. Трусики — танго, плотные спереди и полностью кружевные сзади сидели как влитые. Аккуратно ступая, чтобы не поскользнуться, вспоминая как это делали профессиональные модели буквально час назад, в белоснежных капроновых гольфах с замысловатым узором прямо по полу, я вплотную подошла к Камалу и наигранно прикрыла ему отвисшую челюсть.
— Но…., — только и смог вымолвить он.
— В договоре не указано имя «модели в интересном положении», поэтому ею может быть любая девушка, которую мы предоставим. И это буду я!
Повисло молчание. Саша смущенно опустил глаза в пол, зато Сергей, пожирая меня глазами, откровенно разглядывал. Я вернулась на подиум и присела на диван, немного растерявшись. Что делать дальше я не знала.
— На груди пустовато, украшение бы…., — дал команду фотограф, выкрикивая в темноту через плечо.
— У меня есть, — я выудила из сумочки медальон, который повесил на шею моей дочери незнакомец.
Штучка была дорогая, старинная и безумно красивая. Я снова раскрыла две половинки. В нём не было фотографий, как я ожидала и надписей тоже не было. Я провела пальцем по нарисованным пяти нотным линейкам с изображением всего четырёх нот, которые мне ни о чём не говорили. Эту загадку мне ещё предстоит решить.
Надев украшение, я подошла к зеркалу. От лазурного камня, красовавшегося в центре сердечка, мои глаза приобрели дьявольский блеск и стали еще зеленее. Я поправила белокурые волосы. Пора.
Во мне проснулась небывалая энергия и какая-то неведомая сила сама заставляла меня принимать позы, которые во всей красе демонстрировали бельё, при этом сохраняя нежность моего положения, вызывая страсть и умиление одновременно. Восторженные комментарии фотографа подтверждали, что всё идёт отлично.
После того, как всё закончилось, я подошла к окну, присела на низкий широкий подоконник, скрестив ноги, заправила прядь волос за ухо и приняла чашку горячего чая из чьих-то рук. Устала. Безумно устала.
Надо мной нависла тень. Камал.
— Что ж, Александра, должен вам признаться, что крайне удивлён.
Я встала и вздёрнула подбородок, некомфортно, когда на меня смотрят сверху вниз.
— Finita la commedia! Arrivederci, Камал!
Действительно, представление окончено. Я выиграла этот бой, но сердце мне подсказывало, что это не последняя наша встреча с этим мужчиной. Сама не знаю зачем, я обернулась. Взгляд его почти чёрных глаз прожигал насквозь. Склонив голову на бок, он наблюдал, как я удаляюсь, при этом перебирая пальцами чётки. Однозначно — не последняя.
30
Стол в ресторане был уже сервирован к нашему приезду. Я забрала дочек из детского сада до того, как поехала проверить обстановку в студии, как будто знала, что застряну там надолго. Олеся решилась оставить сына с няней и присоединиться к нашей ночной трапезе. Тихая спокойная мелодия успокаивала. Неброский интерьер в молочно-персиковом цвете был под стать моему платью.
Ужасно хотелось есть. Расположившись на диванчиках, мы принялись делиться впечатлениями.
— Оказывается, я тебя совсем не знаю! Девушка, вы кто? — засмеялась сестра, — Как тебе вообще пришла эта идея?
 
— В экстренных условиях, мозг выдаёт такое руководство к действию, что я сама потом в шоке! Но, кстати, говоря, бельишко отшито качественно и очень интересные модели.
— Да уж! — отозвался Сергей. Мы разразились смехом.
— Подожди, сейчас покажу! — я полезла в сумочку за телефоном, но его там не оказалось, — Телефона нет, — констатировала я факт, — Неужели я его забыла в офисе? — принялась я разговаривать сама с собой, — Я возвращаюсь, мне может звонить няня, да и вообще как я без него?