Заключенный (ЛП)

Его улыбка так и не коснулась глаз. Никакой доброты или даже искорки, только лед.
— Спасибо вам, мисс Эванс, за то, что обратили на это мое внимание. Я позвоню шерифу и попрошу ввести меня в курс дела. Уверен, все разрешится довольно быстро.
Прежде чем пожать мне руку, его взгляд переместился к телефону на столе. Все вышло отстраненно и безлично, даже фальшиво. Как только он отпустил мою руку, я повернулась и направилась к двери. Он неподвижно сидел за столом.
Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней, чтобы перевести дыхание. Я осталась там не для того, чтобы подслушивать, но внезапно я уловила его разговор с другой стороны двери. Кровь застыла в жилах, когда его слова достигли меня.
 — Привет, это я. У нас проблема. Мисс Эванс, новая медсестра в госпитале, нанесла мне визит.
Комната погрузилась в тишину, пока он слушал человека на другом конце провода. А потом оправдались мои худшие опасения.
 — Неважно. Она знает слишком много. Позаботься об этом.
 Глава 15 
ИКС
ОТДЫХ ОТ Фултона оказался слишком коротким. Я только привык к тому, что нет необходимости постоянно оглядываться. Едва начал наслаждаться тем, что не нужно беспокоиться о том, кто может ко мне вломиться, или какая банда захочет прикончить меня.
Откинувшись на спинку кровати, я уставился на некогда белые стены и вдруг понял, насколько ужасно находиться в тюрьме. Здесь загнивают человеческие души, и запах, к которому я, понятное дело, привык за все эти годы — смесь морального разложения и вони немытых задниц.
Уютная больничная палата была раем в сравнении с нытьем и криками, терзавшими меня сейчас. Когда за мной закрылись камерные решетки, я крепко зажмурил глаза, желая вернуться в больницу. Я молил о том, чтобы какой-нибудь мудак кинулся на меня и так сильно избил, что я бы отправился обратно в клинику.
Привыкнув к царящему хаосу, я понял, что меня из соседней камеры зовет Скуп.
— Икс! — доносится громкий шепот.
— Здесь, — отвечаю я, не вставая с кровати. Голова все еще слегка болела, и на самом деле не очень-то хотелось подниматься.
— Я слышал кое-что. Твое дело сдвинулось с мертвой точки. Появились доказательства твоей возможной невиновности.
— Что? — Я сел, не обращая внимания на возникшую острую боль в голове. Подойдя к решетке, я прислонился к стене и прислушался.
— Похоже, твоя подружка взялась за дело всерьез и наткнулась на кое-что интересное. Она приходила в больницу?
— Ага. — Я уже давно перестал спрашивать, откуда он все знает. Он настоящий Гудини: может находиться в двух местах одновременно.
— И? — Он слишком любопытен. Я знал, что могу доверить Скупу свои чувства к Лайле, но не хотел давать ему такую власть надо мной.
— И ничего. Она сказала, что я не делал этого, и знаешь что?
— Что? — Его голос тихий и любопытный.
 — Думаю, я начинаю верить ей.
Он замолчал. Спустя пару минут до меня дошло, что он вернулся в постель. Я уселся на свою, уставившись на стену: иксы прожигали сетчатку глаз. Две первых отметки наверху были не такими глубокими, но они причиняли самую сильную боль. Со слезами на глазах их наносил тощий испуганный парнишка. Я неделями смотрел на них, повторяя их имена снова и снова.
Представлял Мойру и Энтони, мистера и миссис Риццуто — родителей Сары, как они жали мне руку и приветствовали в роскошном доме в нашу первую встречу. Такие приятные люди. Несправедливо, что они так трагически потеряли дочь.
Я завидовал тому, как сильно они любили друг друга. Это было видно невооруженным глазом, и я помню, как надеялся, что однажды мы Сарой станем такой же парой.
Вскоре я стал посыльным у мистера Риццуто и немного помогал во дворе. Я нуждался в деньгах. Мне приходилось экономить каждый пенни: я старался помогать маме и при этом накопить на колледж. Он относился ко мне, как к сыну, хотя я встречался с Сарой всего несколько месяцев. Даже предложил помощь с оплатой колледжа.
Они были хорошими людьми. По крайней мере, я так думал. И только позже узнал, что они собой представляли. Наркоторговцы. Лжецы. Их послужной список бесконечен, и Сара все время знала об этом. Тем не менее, чувство вины за ее убийство все еще гложет меня.
 
Откинувшись на спину, закрываю глаза, отгоняя прочь воспоминания. Скоро выключат свет, и я знаю, что если продолжу в том же духе, то проснусь в поту, ловя ртом кислород из-за ночных кошмаров. Вместо этого я подумал о Лайле и ее улыбке. Засыпая, грезил о ее сладких поцелуях и тихих вздохах. Я с нетерпением ждал следующей встречи с ней.
 — Это мой первый раз, — сказала Сара, приоткрыв от удовольствия рот. 
 — У меня тоже. 
 Я придвинулся к ней всем телом — чувства бьют через край, я едва сдерживаю грубые, порочные стоны, которые слетают с губ. 
 — Я так сильно люблю тебя, Кристофер, — выдыхает Сара. 
 — Я тоже. 
 А потом все окружение меняется, и я уже не занимаюсь сексом с Сарой. Вместо этого сижу в кресле напротив ее отца, мистера Риццуто. Сам он расположился на белом диване и с улыбкой смотрит на меня. У него в руках конверт, который он бросает мне. Я подхватываю его. 
 — Взгляни внутрь, — говорит он, затягиваясь сигарой. 
 Открыв конверт, я теряю дар речи. Он набит деньгами. Я насчитал тысячу долларов. 
 — Здесь слишком много. — Я сбит столку. 
 Он подходит ко мне и похлопывает меня по спине, как гордый отец. 
 — Это заслуженно. Ты проделал отличную работу. Рождество не за горами. Сделай маме приятный подарок. 
 Я посмотрел вниз на деньги в руках, а когда поднял голову, комната стала совсем другой. Все вокруг залито кровью. Сердцебиение ускорилось, все внутренности свело от ужаса. 
 Я обвел комнату взглядом, внимание привлек темный силуэт. Он несет бездыханную Сару. Движимый яростью, я толкаю его на землю, отчего сначала падает рука Сары, и только потом все остальное тело. Меня почти выворачивает наизнанку. 
 Вцепившись в его темное лицо, я избиваю его изо всех сил. Внезапно комната начинает вращаться и расплываться перед глазами, в руках появляется тяжесть. Я чувствую себя пьяным, хотя никогда не пил. 
 Безликий мужчина бьет в ответ и скручивает меня; его тяжелое тело придавливает мое к деревянному полу. Я вновь отчаянно пытаюсь дотянуться до его лица, но достаю только до шеи. Впиваюсь в кожу ногтями и разрываю ее, он кричит. 
 Я заполучил кусочек от этого сукина сына. 
 Все вокруг теряет очертания, звуки становятся приглушенными. Меня окутала тьма, но, прежде чем я отключился, передо мной возник образ отрубленной головы Сары с безжизненными глазами, уставившимися на меня. 
Содрогаясь, я резко сел весь в поту. В жилах застыла кровь, я испугано огляделся. Темные тюремные стены вернули меня к действительности. Я схватился за сердце, оно стучало так сильно, что казалось выскочит из груди. Сделав вдох, у входа я услышал Скупа.
— Икс? Ты в порядке? — спросил он, прислонившись к решетке.
— Да. Почему ты не разбудил меня?
Я снова пропустил построение к обеду и то, как открылась моя камера. Время завтракать — никогда не спал так долго. Офицер Ривз надерет мне задницу, если это войдет у меня в привычку.
— Я начал звать тебя, как только начали построение, мужик. Ты правда хорошо себя чувствуешь?
Вообще нет. Кошмары об этой ночи снились мне все последние десять лет, но никогда еще в них не появлялся человек без лица, с которым мне приходилось драться. Я почти уверен, что это больше, чем просто очередной страшный сон. Это воспоминание.
Спустя десять лет все стало проясняться. Это не моих рук дело. Там был кто-то еще. Он убил их: мою девушку и ее друга.
До меня дошел весь ужас ситуации. Откинувшись на спину, я попытался вспомнить еще что-нибудь, но безуспешно. Одно я знаю наверняка — меня накачали наркотиками. Вот почему нет никаких воспоминаний о ночи, когда произошли убийства. Меня подставили.