Засланец божий 7 (СИ)
Даже еще не закончив колыхаться от взрыва, Аримаг заметно напрягся и выдал такой гороховый залп, что уши заложило. И даже находясь на, как я думал, безопасном двухметровом расстоянии, я отправился в полет. Благо, костюм охотника на нежить был зачарован на прочность, хотя и он, признаться честно, затрещал от ударной волны. А я-то думал — это спящего медведя будить опасно!
Поднявшись с земли, я с удивлением обнаружил, что пухляш продолжает дрыхнуть, сквозь сон почесав жопу и достав из нее заправленный халатик. На этот раз я почесал не бритый пару дней подбородок. А мужик оказался крепче, чем я думал! Чтобы легче думалось, я сотворил бутылочку Жигулевского и с легким приятным пшиком откупорил тару. Как ни странно, именно это Архимага и пробудило. Ну, почти. Услыхав знакомое шипение, Снегурочко сначала поводил по воздуху носом, не открывая глаз, потом повернулся на спину и уселся на землю, начав крутить головой по сторонам. После чего бутылку у меня из рук выдернуло невидимой силой и поднесло к пухляшу. И вот наконец, сделав несколько глотков, он открыл глаза и с блаженной улыбкой посмотрел на меня.
— Доброе… А что сейчас? — радостным голосом спросил Архимаг, покрутив головой вокруг.
— Пусть будет утро. — пожал я плечами. — После нового года, оно всегда так. Когда очнулся — утро, если очнулся — доброе.
— Хорошая мысль. — покивал толстяк головой и залпом допил бутылочку, после чего с жалостью посмотрел в нее, как в подзорную трубу и грустно вздохнул, опуская пустую тару. — И погуляли тоже хорошо.
— Я бы даже сказал — охуэнно. — кивнул я в ответ. — Я тут с каким вопросом то. Надо ту веселянку, что мы закупили и что осталась еще, в один вулкан перекинуть. Откроешь портал?
— Да как песок потоптать. — отмахнулся Архимаг. — В какой вулкан кидать? Сейчас активен Шшаррагаш на юге, если не ошибаюсь. Орочьи степи накурить хочешь?
— Неплохая идея. — оценивающе поджал я губы. — Но вообще надо в этот… Гар-Шуань, что ли. Не доводилось бывать? Там еще дварфы живут, куйню куют. С меня ящик жигулевского.
— Конечно доводилось. — даже как-то немного разочарованно вздохнул Архимаг, и перед ним на земле возникла миниатюрная иллюзия вулкана-кузницы, верхнего яруса. — Куда надо портал?
— Ну, в идеале — немного поглубже, чтоб далеко не бегать. — Там лава внутри, и кузница. И еще куча приспособ разных.
— Ого, вас допустили в святыню Гара? — удивился было Архимаг, но потом, видимо, начал просыпаться. — Ой, точно, вас же младшие вполне признали, чего это я… Ух, делаааа, это ж я сам и забросил вас туда!
— А вот этого не помню. — пожал я плечами. — А что, тоже доводилось в святилище лавовом бывать?
— Доводилось. — с легким налетом ностальгии улыбнулся пухляш. — Мы же им вентиляцию делали, и металлопритяжение на каменный мост накладывали тоже академики. А они нам взамен накопители монолитные вырастили. Вон те, что снизу светятся.
С последними словами он кивнул на летающую Академию, и я еще раз посмотрел на светящиеся круги под башнями.
— Ну так что, куда товар выгружать? — произнес Архимаг, и я вновь перевел взгляд с Академии на него с его иллюзией, на этот раз изображавшую внутреннее помещение с лавой.
Я ткнул пальцем в то место на магической голограмме, где начал складывать веселянку, и Архимаг, кивнув, убрал иллюзию и открыл сбоку от себя небольшое пространственное окошко, за которым я увидел пещеру и лежавшие в ней мешки. Пухляш кивнул каким-то своим мыслям, изображение сместилось чуть выше, и в воздухе над мешками возникло бирюзовое свечение, через пару секунд превратившееся в окошко горизонтального портала несколькиметрового диаметра. И из этого портала посыпались лежавшие в Академии мешки. Вот это концентрация! Сидя под деревом, открывать порталы через полпланеты! И хрен с ним, что толстяк сейчас был напряжен, словно ежиками какал, главное — что может! Я такое, наверняка, за тыщу лет хрен бы провернул, тут же разума надо — мама не горюй! Легкий гулкий удар по голове даже цифру подсказал — тысяч двадцать в этот параметр, и четверть этого значения в контроль маны. Второй удар подсказал, что те самые накопители, что под башнями, могут давать подобные добавочные параметры, если в них слито достаточно очков опыта либо душ. А создавать артефакты за счет донорских очков опыта вполне себе можно. То же самое Око-Глазик тому — самый яркий пример.
Тот факт, что норны весь свой духовный опыт сливали в шар, несмотря на то, что это по сути было вместилище души звезды, да и внешние источники очков развития задействовать не брезговали, мне подсказал третий удар невидимой подушкой по голове. Хм. Надо будет потом мелкую попросить глянуть, че за фигню мы намутили с душой. Или может даже так помнит. Однозначно, это намного лучше, чем было, что боли при каждом воспоминании нет. А если это просто болевые окончания у души уже просто отмирать начали? Вдруг такое возможно?
И вот так, пока я тряс контуженной головой, Архимаг уже отгрузил весь товар, закрыл все порталы-окошки и сейчас молча сидел, и показушно-грустно рассматривал пустую бутылку.
— Да помню я, помню. — усмехнулся я в ответ на этот театр одного актера. — Сейчас сотворю.
И тут меня осенило. А что я все синтезирую это, да синтезирую? Что мне, вашу мать, мешает астралопортироваться на родину и притащить настоящего жигуля?!! Для пробы попытался синтезировать металлический десятник, и пусть не так легко, как пивас, но мне это вполне удалось! Даже золотишко местное сложнее создавать, на самом то деле. Золото — металл маноемкий, а червонцы наши — они ж из латуни какой-то отлиты. Так что я переместился в астрал и, сосредоточившись на образе зарослей клена и прочего кустарника неподалеку от моей съемной квартиры, совершил перемещение. Темно. Судя по всему, на родине глубокая ночь. Значит, супермаркеты не работают, и нужно топать сразу в сторону круглосуточного магазинчика неподалеку от съемной квартиры.
Вот тоже ведь, придумали закон, что после одинадцати ночи и до восьми утра спиртягу продавать нельзя! По первости, когда к закону этому еще не привыкли, даже забавный случай был. В маркетах, чтобы махинаций не было, ввели ограничение на кассах на программном уровне, чтобы алкашка не пробивалась в неположенное время. И вот так вот пошел я в магаз, что с семи работал. Пришел где-то без десяти восемь, чтоб и продуктов взять, и пивка сразу на вечер. Чтоб, значит, два раза не бегать. На кассу пошел уже, как я думал после восьми. И кассирша так же думала. Нажимает она кнопку, чтоб чек пробить — не пробивается! Стояли, ждали минуту, пока на кассе часы пропикают нужный час. Что забавно, никто в очереди (прикиньте, в такую рань за мной уже пара человек столпиться успела!) ни слова не сказал, даже также повозмущались по поводу этих законов.
В общем, все, конечно, знают хорошие места, но никто их не сдает левым людям. А то так стукачу какому расскажешь, где можно пивасика банального взять, за наличку, без чека по ночному часу и все — прикрыта лавочка! Да и в лавочке самой тоже, абы кому не продают. Только проверенным людям, за кого поручатся такие же, еще более проверенные годами уважаемые господа. Само собой, в таких магазинчиках типа «ларекудома», ценник повыше, чем в маркетах. Они поэтому и позакрывались уже почти все. Всякие шестерочки их основательно так потеснили. Но есть еще места, где такой вот «У Армена», что зародился раньше перестройки, сумел выдержать конкуренцию.
— Ого, Денис, где пропадал? — искренне удивилась моему визиту тетя Галя, отрываясь от планшета с каким-то сопливым сериальчиком. — Тут чего уже только не напридумывали про тебя! Мол, и мотоцикл твой на трассе нашли разбитый и рядом тебя, в фарш перемолотого, и в монастырь ты ушел, на Натаху свою обидевшись. Ой, наверное, не стоило ее упоминать?..
И с хитрецой такой смотрит на меня, сучка. Забавная она, на самом деле. Уникальный человек. Без всяких долговых тетрадок наизусть знает, кто сколько и чего в долг взял. Да, и такие места еще есть! Это вам не Москва! С такой памятью многого добиться можно было бы, если захотеть. А она вот. Говорят, что с самого открытия тут. Но честно, не верится в это — выглядит она не старше сорока. Но все зовут ее Тетя Галя. Даже Иваныч, доходяга местный, лет пятидесяти. Может, и вправду она даже для него — тетя. А может, просто потому что так принято.