Так кто же развалил Союз?

Еще один всесоюзный референдум было решено провести по вопросу о земле − допустимо ли отдавать ее в частные руки? Поскольку российский парламент уже принял, около месяца назад, закон «О земельной реформе», допускающий это, Ельцин и его единомышленники в российском руководстве расценили намеченный референдум как очередное бесцеремонное вмешательство Центра в дела России: ведь до его проведения российский закон как бы признается приостановленным, а в случае отрицательного решения референдума и вовсе отправляется в корзину, на аграрной реформе ставится крест.
Раз от разу взаимное раздражение накапливалось.
 Союз остается союзом «социалистических» республик 
Очень болезненно восприняло большинство союзных депутатов попытки изгнать из названия СССР явно устаревший эпитет «социалистические» в применении к республикам. «Российская газета»:
«Одному депутату, родившемуся в Союзе, мать завещала там же и умереть (подразумевалось, естественно, − в Союзе Советских Социалистических Республик. − О.М.) Он просил Съезд не нарушать наказ матери… Депутат Федотова солидаризовалась с требующими скорейшего подписания договора потому, что «женщины страны очень этого желают»… Сильно опасалась депутат за «любимую аббревиатуру − СССР», как бы не выхолостили из нее социалистичность».
В общем много было граждан, чьи «социалистические» желания и пожелания требовалось уважить.
Как мы видели, Союзный договор на съезде так и не приняли, но «любимую аббревиатуру» депутата Федотовой − СССР, с расшифровкой «Союз Советских Социалистических Республик» − специальным постановлением оставили. Особенно рьяно за это выступал председатель Верховного Совета Лукьянов. Он и в дальнейшем будет отважно бороться за сохранения первородного названия Союза, хотя в конечном счете вынужден будет отступить.
Кстати, вместе с постановлением о сохранении «социалистического» Союза на съезде было принято и постановление о его сохранении как обновленной федерации равноправных СУВЕРЕННЫХ республик. В дальнейшем слово «суверенных» будет все энергичнее и настойчивее вытеснять из предлагаемого названия Союза слово «социалистических», несмотря на завещания депутатских матерей, страстные желания «женщин страны» и энергичные противостоящие этому усилия спикера Лукьянова.
 Съезд отвергает диалог с республиками 
Как уже говорилось, в последние месяцы республики, одна за другой, принимали декларации о суверенитете. Естественно, лидеры − это мы тоже видели, − требовали от Центра, чтобы он признал эти декларации и начал полноценный и равноправный диалог с ними. Однако Центр, имея в виду союзную исполнительную власть, не торопился с этим. А что же власть законодательная?
Вопрос о признании республиканских суверенитетов поднимался на съезде неоднократно. Депутат Эдуард Козин предложил Съезду принять заявление:
«Съезд признает декларации о суверенитете, независимости, принятые парламентами республик... Съезд приветствует суверенные республики... призывает их к конструктивному сотрудничеству».
Однако Съезд 25 декабря вызывающим образом отверг это предложение: «за» проголосовали лишь 419 депутатов (18,7 процента). Иными словами, главный союзный законодательный орган страны вступил в противоборство с республиками на стороне центральной исполнительной власти. По-видимому, это, как и многое другое, определило его дальнейшую печальную судьбу. Республики и не подумают отказываться от своего суверенитета. Так Нурсултан Назарбаев в одной из бесед с журналистами во время съезда прямо сказал, что для республик главное не решения Съезда («они не будут выполняться»), а решения республиканских парламентов и прежде всего − их декларации о суверенитете.
 Россия объявляет Союзу бюджетную войну 
Боевые действия продолжала и другая сторона.
24 декабря на встрече с народными депутатами СССР от России Ельцин заявил:
 
− Решение (Съезда. − О.М.) о референдумах по вопросу об СССР и частной собственности на землю «зарубило» три российских закона... На месте Горбачева я бы сейчас не вступал в конфронтацию с республиками.
По словам Ельцина, если Центр возобновит конфронтацию, Россия может принять и ответные меры:
− 70 миллиардов рублей из России уходят в Центр. Мы решили эту артерию перекрыть и передать Центру только 23 миллиарда рублей. Пусть Союз подумает, нужно ли ему 18 миллионов аппаратчиков, надо ли ему 100 миллиардов рублей на оборону и 24 миллиарда – на космос.
Как видим, в то время была возможность на официальном уровне потребовать сокращения непомерно великой чиновничьей рати, непомерных расходов на армию и производство оружия… Другое дело, что в российской истории такие требования – я не говорю о том, реализуются они в дальнейшем и не реализуются, – бывают лишь мимолетными эпизодами. И армия чиновников, и оборонные расходы продолжают и продолжают распухать…
26-го, еще до окончания съезда, эта угроза Ельцина реализовалась: Россия приняла собственный бюджет, в соответствии с которым Союзу перечислялась «усеченная» сумма.
Горбачев был взбешен. Выступая на съезде в заключительный день его работы, 27 декабря, он высказал все, что он думает по поводу действий российских парламентариев:
− Это развал, и не только экономики, но и Союза!.. Я подбираю слова парламентские, а тут ведь можно и другие применять... Через два-три месяца все будет развалено, и весь народ окажется на улице...
И пригрозил:
− Здесь я буду действовать как президент, и не удивляйтесь, если будет так.
Было не очень понятно, какие свои действия Горбачев тут имел в виду. Рычагов для укрощения республиканских бунтарей у него становилось все меньше. Впрочем, кое-какие еще оставались. Горбачев предложил съезду принять резолюцию об отмене российского бюджета.
«Коммерсант-weekly» так писал по поводу этого нового всплеска противостояния:
«В марте… уходом Литвы из Союза начался обвал Империи… В декабре самая большая республика Союза прибегла в своем споре с Союзом к последнему доводу: фактически прекратила финансирование Центра. Сильно девальвировав при этом несомненные тактические успехи Горбачева на съезде (постановления о референдумах, утверждение Янаева). Существенно при этом, что Россия − в отличие от Литвы − бунтует не одна (если быть точным, Литва тоже тогда не пребывала в одиночестве. − О.М.) Президент Казахстана Назарбаев не поддержал предложенную Горбачевым резолюцию, отменяющую российский бюджет. И предложил всего лишь просить Россию «в порядке исключения продлить финансирование Союза на I квартал, с уважением просить, как хотите просить».
Принять резолюцию, предложенную Горбачевым, Съезд так и не решился − ограничился лишь тем, что принял к сведению его сообщение «о положении, сложившемся с формированием бюджета на 1991 год».
Правда, несколько позже, в феврале 1991-го, Верховный Совет СССР, с подачи премьера Валентина Павлова, своим постановлением «вернул» в союзный бюждет недоплаченные ему Россией деньги. «Война законов» продолжалась.
 Кто победил? 
Как и при настоящих боевых действиях, в обиход входила привычка оценивать, кто на данном этапе победитель, кто побежденный. Хотя мнения противоборствующих сторон тут, разумеется, редко совпадали. Итоги завершившегося съезда пресс-секретарь президента Виталий Игнатенко оценил как безоговорочную победу Горбачева:
− Горбачев на этот раз получил почти все, что он хотел. Он, конечно, выиграл этот съезд вчистую.
Газеты отмечали, что с формальной точки зрения это действительно так: было принято большинство президентских предложений − об изменениях в Конституции, о проведении референдумов, о ротации Верховного Совета, об избрании Янаева вице-президентом… Но в общем-то это все были достаточно мелкие, не принципиальные победы. В главном же Горбачев проиграл − он не сумел добиться одобрения Союзного договора.