Шоколатье по(не)воле (СИ)

— Я бы могла помочь Петру Матвеевичу, — робко предложила. — Я никак не привыкну… часто чувствую себя лишней. Мне не составит труда составить компанию Петру Матвеевичу.
Аля прониклась к Петру, ей казалось, что они чем-то похожи: она не могла вернуться домой, он не мог использовать свою магию. Братья были против ее предложения. Как только девушка удалилась готовиться к прогулке, в гостиной разгорелся нешуточный спор.
— Я все же настаиваю, что Алевтине не стоит сопровождать Петра! — не унимался Иван.
— Боишься конкуренции, братец? — ехидно заметил Петр.
— Не говори ерунды! Ей самой нужна «нянька»!
Василий не понимал протеста Ивана, но был согласен, что Алевтина не особо подходит на роль помощницы для взрослого мужчины.
— Я согласен с Иваном. Хрупкая девушка не годится для этого. Может, нам кого из дворовых мужиков попросить?
— И о чем мне вести беседу с прислугой? Вы все при делах, а мне и словом перекинуться не с кем! — на лице Петра заходили желваки. — Хотите лишить меня единственной возможности не чувствовать себя калекой?
Степанида Сергеевна запаниковала, увидев, что Петр злился. Она хорошо помнила слова лекаря, что сыну нужен покой.
— Алевтина будет сопровождать Петра и точка! — оборвала спор сыновей женщина и умоляюще посмотрела на мужа — она надеялась, что с девушкой прогулки ослабшего сына не будут длительными, и он больше будет отдыхать, как ему и прописано.
— Я согласен с вашей матерью, ничего страшного нет в том, что Алевтина Александровна составит Петру компанию.
— Но отец… — возмутился Иван.
— Это наше окончательное решение! 
Иван не стал задерживаться за столом, учтиво поклонился родителям и вышел, хлопнув дверью гостиной сильнее обычного.
Лицо Петра озарила улыбка, ему все-таки удалось отстоять свое право на общение с девушкой.
— Тебя не смущает, что ты не прислушался к Ивану? — Василий не удержался от колкости в адрес брата.
— А что ты предлагаешь? Запереться в своей комнате и не маячить у вас перед глазами?
— Да кто тебе запрещает? Маячь! Просто причем тут Алевтина?
— Ты так и скажи, что сам положил на нее глаз! — уже перешел на крик Петр. — Да я и не заставлял ее особо, она сама вызвалась, — уже более спокойно произнес.
— Василий, Петр, прекратите немедленно! — вмешалась мать. — Нет ничего хуже, когда родные ссорятся!
— Вы уже не дети, а ведете себя, как мальчишки! — поддержал жену Матвей Владимирович. — Вот, возьми, сын, — мужчина протянул Петру свою трость с хромированной ручкой. — Надеюсь, это временная мера.
Петр с благодарностью принял отцовскую трость и грустно улыбнулся. Матвей Владимирович с сыновьями направились по делам. Степанида Сергеевна — к портнихе забрать готовые наряды и присмотреть украшения. Петр оперся на трость и медленно вышел в коридор. Он попробовал дотянуться до шляпы, но получалось плохо.
— Дожил! Шляпу не могу самостоятельно надеть, — грустно буркнул под нос и увидел шедшую по коридору прислугу. — Евдокия! 
Девушка вздрогнула и замерла. В ее памяти еще были свежи воспоминания, как грубо ее целовал Петр.
— Да, — тихо сказала. 
— Вы бы не могли подать мою шляпу? 
— Конечно… 
— Спасибо большое. — Мужчина понял, что девушка старается на него не смотреть и все время прячет свой взгляд. — Все хорошо? 
Девушка кивнула и постаралась быстро уйти. Петру показалось подобное поведение Евдокии странным, но на пороге появилась Алевтина, она робко улыбнулась. Белая шапка с меховой опушкой и короткая шубка очень ей шли.
— Вы готовы, Петр Матвеевич?
— Для вас я всегда готов, Алевтина Александровна! — подмигнул он.
Он постарался по-джентельменски открыть входную дверь и пропустить даму вперед. Аля поблагодарила его и, обдав легким ароматом цитруса и корицы, вышла. Петр вдохнул запах ее духов. Он был рад остаться с девушкой наедине. Теперь уж он не упустит возможности узнать ее поближе. Хоть какая-то польза была от его болезни.
Глава 17
Накануне бала Аля уговорила Степаниду Сергеевну разрешить Евдокии сопровождать ее. Сливова искренне не понимала зачем, но спорить не стала. Мужчины ожидали женщин в гостиной, чтобы отправиться во дворец. Наконец, они появились.
 
Алевтина сегодня была особо красива: волосы струились легкими волнами по плечам, украшение на шее подчеркивало выступающие ключицы, золотая заколка с брильянтовой россыпью переливалась. Лиф платья из золотой парчи зрительно подчеркнул грудь, а ее талия казалась тоньше. Пышная юбка была воздушной и при движении она отливала серебром, словно искрящийся снег в лунном свете. Степанида ни в чем не уступала Алевтине: насыщенный синий атлас ей очень шел, массивные украшения ручной работы дополняли образ.
— Мы готовы! — Степанида Сергеевна улыбнулась. 
Петр ухаживал за Алевтиной, насколько ему позволяло здоровье. Он осторожно помог ей накинуть шубку и задержал руки на ее плечах. Это не осталось не замеченным братьями. Василий решил проигнорировать, а Ивана это задело за живое. Он второпях, не застегивая пальто, выскочил на улицу, не дожидаясь никого.
— Что это с ним? — удивился Матвей Сергеевич.
— Тш-ш, не стоит сейчас об этом, — полушепотом остановила Степанида Сергеевна. — Петенька, вы проходите вперед, — сказала уже громче. 
Парочка быстро прошла вперед, освобождая проход в коридоре.
— Вы зря потакаете Петру, — заметил Василий.
— Отчего же?
— Ухаживания за Алевтиной не принесут ему здоровья, а добавить проблем могут.
— С чего такие выводы, сын? — Матвей Владимирович очень часто соглашался с его мнением.
— Вы разве не заметили, что Петр не смотрит на Алевтину как на родственницу? Он довольно любвеобильный, местные красавицы уже давно не вызывают у него таких ярких эмоций, а вот Алевтина — весьма успешно.
— Ему сейчас нужно отвлечься, и пусть просто общение поможет ему в этом.
— Но матушка… 
Отец отрицательно покачал головой и дал понять, что не стоит продолжать этот разговор.
Мужчины ехали отдельно от женщин. 
Евдокия не могла нарадоваться, что ей представилась такая возможность. Она мечтательно обдумывала, с каким уважением к ней отнесутся девушки из ее поселка. Выходило, что она единственна, кому удалось попасть во дворец. 
Алевтина, волнуясь, смотрела вдаль, пока высокие стены дворца не проступили из-за снежных облаков. Она испытывала смешанные чувства. Аля и представить не могла, что, как принцесса из сказки, отправится на бал. Но минутная радость омрачалась тревогой из-за ее запретного магического дара.
— Не волнуйся, — сказала Степанида Сергеевна, — все будет хорошо.
Аля нервно улыбнулась — она просто умелица вляпываться в неприятности и подводить других.
Огромное дворовое пространство было заполнено многочисленными колясками и закрытыми экипажами. Широкая лестница привела гостей под высокие своды дворца. Аля почувствовала себя мелкой букашкой, настолько были огромны и величественны залы. Дворецкий шагнул Сливовым навстречу и мельком осмотрел всех. Взгляд немного задержался на Алевтине и еще более удивленно на прислуге возле нее.
— Приветствую вас, — он чуть склонился с приветствием. — Господа, прошу, следуйте за мной! Вам будет предоставлена одна из гостевых комнат на случай, если потребуется отдохнуть.
— Весьма кстати! — сказала Степанида Сергеевна. Она присела в полуреверансе и повернулась к Алевтине и Евдокии. — Евдокия, запоминайте дорогу. В любой момент нам могут понадобиться ваши услуги.
— Я покажу девушке комнату для сопровождающих, — громко сообщил дворецкий.
Мужчины передали дворцовым слугам свои одежды и направились на мужскую половину, они присоединяться к своим дамам позже.
 
Пока женщины шли, Алевтину не покидало стойкое чувство, что за ней кто-то наблюдает. Она обернулась. Незнакомец прожигал ее спину: высокий, статный, его волосы зачёсаны назад, а маленькие усики закрученные на их кончиках. Он встретился с ней взглядом и кивнул. Але стало не по себе — она впервые видела этого человека и никак не могла понять, почему из стольких гостей он обратил внимание на нее?