Путь океана: зов глубин (СИ)

Завороженная, Селин с непостижимым наслаждением смотрела, как над татуированной скулой капитана проявляется пылающий след.
Следующую пощечину Марсий перехватил, не глядя, почти у самого своего лица. Взгляд его стал жёстким, но лишь на мгновение. Капитан горько усмехнулся.
— А. Значит, показалось… Мои извинения.
— Какой дешевый фокус! И часто срабатывает с барышнями⁈ Ах, так вы ожидали, будто меня привлекают доносчики и мужланы вроде вас⁈ — прошипела Селин, стараясь справиться с охватившим её внезапным волнением. — О, даже не смейте надеяться: я никогда не забуду содеянного вами! Вы уничтожили репутацию человека только за то, что он, в отличие от вас, мыслил шире примитивных рамок Кодексов! В то время как вы себе такого позволить не можете! Слепо верите своей деспотичной Гильдии, и вас это устраивает!
— Миледи, вы же понятия не имеете, о чём говорите… К слову, ваш запал раззадорил меня ещё больше…
Небывалая злость захлестнула де Круа полностью. Этот самодовольный наглец пожалеет о том, что посмел посягнуть…
Но звон в ушах усилился и стал складываться в доселе незнакомую музыку.
Селин разрывалась между рациональным позывом оттолкнуть капитана и… парадоксально естественным желанием крепче ухватиться и прильнуть к нему сильнее.
Было что-то дикое и сладкое в том, как отозвалось тело на его прикосновения. Селин вдруг вцепилась в ворот рубашки и резко притянула Марсия к себе.
* * *
Первые лучи солнца пронзили окна сетью ярких розовых пятен и осветили капитанскую каюту. Блики играли на навигационных приборах на столе, на шкафу с внушительной коллекцией диковинных книг и моделей самых разных кораблей, включая и причудливые.
Селин приподняла голову от подушки и, удивленно оглядевшись, сжалась от стыда.
Огромная татуированная рука с протезом ниже локтя, перекинутая через её обнажённое тело, казалось, весила целую тысячу фунтов.
Выбравшись из-под неё, де Круа уселась на постели. Она спешно натягивала белье и ошарашенно смотрела то на свои голые колени, то на спящего Марсия. Сбившееся одеяло открывало почти всё его тело, так плотно покрытое от шеи до самых стоп искусными узорами татуировок, что просветов нетронутой рисунками кожи почти не было видно.
Лицо капитана выражало абсолютно неуместные безмятежность и расслабленность, отчего на секунду Селин показалось, будто он… не дышит. Этот здоровяк вообще жив? Необъяснимо дурное предчувствие заставило внимательнее вглядеться в его лицо и коснуться подрагивающей артерии на шее, как вдруг Марсий сонно её обнял и прижал к себе.
— Кап-питан. Как вы смеете! — пропыхтела де Круа, сопротивляясь.
— Опять игры? Если тебе нравятся — я не против, — промурлыкал Марсий, игнорируя ее недовольство и поцеловал в лоб.
— Немедленно отпустите меня!
— Селин, да что происходит⁈ — пробормотал он, вздохнул и разжал захват.
— Я вам не Селин! С чего вы взяли, будто можете меня так называть? Извольте обращаться ко мне по чину! — она сердито оглядела себя и прикрылась одеялом, — Всё, что произошло — не более, чем возмутительная случайность!
Селин принялась натягивать остальную одежду, и бесконечные пуговицы и шнуровки перемежались крепкими даже для леди словечками.
— Да-да. Точно, миледи. Случайность. Такого больше не повторится.
Последнюю фразу они оба произнесли одновременно, и Марсий потер бороду в явной попытке скрыть улыбку.
— Миледи, да не спешите вы так… Или всё было настолько плохо?..
Де Круа шептала про себя проклятия и судорожно продолжала зашнуровывать корсет.
Она подобрала платье и с сожалением посмотрела на Марсия, сонно потирающего лицо.
— Мне хочется как можно скорее остаться одной!
Капитан приподнялся на постели, наморщил лоб и развел руками.
— Понял. Удовлетворить вас в полной мере у меня не вышло. И ваше недовольство справедливо…
— Да чёрт бы тебя… вас побрал, Марсий!!! — не выдержала Селин и выскочила из капитанской каюты.
* * *
Обхватив колени, де Круа сидела в уже остывшей пенной бадье и ждала, когда небеса разверзнутся, и прямо через открытое окно её испепелит молния, как того нечестивца из предании о святом Арканиусе.
 
Случившееся в капитанской каюте было недопустимо.
Да что это с ней? Не сошла ли она с ума — бросаться в объятья и распутничать с первым встречным⁈
Она вдруг с ужасом поняла, что на месте капитана мог оказаться кто угодно.
Вообще кто угодно.
Кто угодно, кто настолько же сильно походил на… Витала…
Внезапно промелькнувшие перед глазами воспоминания о вчерашней ночи вдруг заставили кровь резко прилить к лицу.
Её руки сами тянутся к его кушаку. Горячая жёсткая ладонь нескромно скользит у неё под одеждой, оставляя за собой след из мурашек. Не разрывая пьянящего поцелуя, Селин вдруг притягивает его к себе и вцепляется в широкие плечи. Остатки здравого смысла плавятся в захлестнувшем её желании…
Де Круа вздохнула и закрыла горячие щёки мокрыми ладонями. Похоже, она выбрала худший из способов заглушить боль. Ведь наверняка же почувствовать себя снова живой можно было и как-то иначе!
В дверь постучали.
— Я занята!..
В голосе прозвучало слишком много отчаяния для леди. Впрочем… могла ли она в считаться таковой после совершённого прошлым вечером падения?..
— Хорошо, я подожду, — послышался низкий голос Марсия из-за двери. — Я вам пирожных принес с завтрака. И ту книгу, что показал вчера. Она же вас всё ещё интересует?
Действительно. Именно пирожных ей сейчас не хватало! Однако на книгу она бы взглянула…
Стук повторился.
Нет, просто так он конечно же не уйдет. Придётся объясняться.
Селин вытерлась, почти до самых глаз завернулась в халат и открыла. Капитан по-хозяйски вошёл, поставил поднос на стол и положил рядом книгу.
На лбу Марсия замерли несколько озадаченных борозд.
Он взглянул на запертую дверь и попытался привлечь Селин к себе. Та сердито уклонилась.
— Вчера ночью вы были более, чем довольны моим обществом, миледи. Что же стряслось на утро?
Она прикрыла глаза и вздохнула.
— Марсий, все было ошибкой. Вам разве не очевидно? Впрочем, вероятно это вы чем-то недовольны? А хотите, я вам поаплодирую, и может, тогда вы, наконец, оставите меня в покое? Ведь именно этого вы и желали с самой нашей первой встречи, не так ли?
— Это всё ваш злой тон. Вам стоит с ним что-то сделать. Если только не хотите завести меня ещё сильнее…
Де Круа хотела было что-то сказать, но запнулась, поджав губы, и ошарашенно уставилась на него.
— Никогда… Никогда ещё мне не мстили столь цинично и столь коварно. Признаться, не ожидал такого от вас, — грустно произнес Марсий, плюхнулся на стул и продолжил. — Вы в своем гневе, между прочим, даже причинили мне сильнейшую боль…
Селин прикусила губу и замерла. Она уже начала свыкаться с мыслью, что доставляет людям одни страдания. И не понимала, как с этим быть.
— Да-да. Вы меня не только одарили пощечиной, укусили, да к тому же в один из самых ответственных моментов попытались придушить? Довольно необычное представление о любовных играх, доложу я вам, — он потер шею, и запаниковавшая Селин, взглянув ему в лицо, поняла, что он… вот-вот рассмеется.
Ей же было не до смеха. Что на неё нашло? Перед глазами вдруг мелькнуло побагровевшее лицо Марсия с приоткрытым ртом, которым он тщетно пытается ухватить воздух, и его удивленный затуманенный взгляд. Неужели с ней опять провалы в памяти?
…с трудом сдерживаемый пыл и трепет питает восхитительное чувство господства над этим совершенно одержимым ею сейчас мужчиной.
Захлёбываясь в невозможности собственного разнузданного бесстыдства и в ощущениях контроля над разгоряченным, жадным дыханием Марсия, де Круа отдаётся сладкой, пьяной, всепоглощающей бездне…
Селин стало не по себе.
— Но мне слишком понравилось — и вам, кстати, тоже, не отрицайте! — чтобы я сейчас же начал верещать от праведного негодования…