Зверь. Том 1 (СИ)

Боммм! Боммм! — прокатилось по комнате.
Амальгамщик остановил своё вылезание. Правда, всего на пару секунд, а после продолжил выбираться наружу.
— Ой, так каждый может! Ты лучше «Мурку» сбацай! — хихикнула Чопля.
Показалось второе плечо. Рядом высунулся кончик меча. Ага, время приколов прошло. Пусть мы и разозлили Амальгамщика, но теперь лучше держаться подальше, если хотим, чтобы наши руки и ноги оставались при нас и дальше.
— Ваша требуха будет размазана по стенам! — рявкнул Амальгамщик, выбираясь по пояс.
Его меч описал полукруг, метясь по моим стопам, но я взвился в воздух. Уже перелетая через него, я что было силы опустил дубинку на шлем. Усиленная живицей дубинка шарахнула по шлему и вызвала ещё один гулкий удар. Амальгамщик снова остановился на миг.
Что это? Он теряется от громких звуков?
А как это может помочь нам? Если лупашить его по башке, то от грохота мы первые оглонем, а его это вряд ли остановит. Вон как снова начал вылезать. Уже по колени выбрался.
Что и говорить — доспех прекрасен. Вся экипировка блестящая, хромированная и опять напоминает дорогущий мотоцикл. Вот только оседлать такой байк никому не под силу…
— Эдгарт, а как его бить-то? — спросила Чопля.
— Да хрен его знает, — честно признался я. — В гримуаре об этом ничего неизвестно.
А между тем Амальгамщик выбрался весь из лужицы. Он расправил плечи и расхохотался зловещим раскатистым смехом.
— Чопля, держись у потолка, там он может не дотянуться.
— Ага, не дотянется! Вон у него какой мечара длинный. Явно не колбаску собрался рубить!
Рыцарь двинулся ко мне, занося меч. Его шаги звонко раздавались по плитке комнаты. На поверхности оставались царапины.
Первый удар я блокировал дубинкой, отведя в сторону острое лезвие.
Ого! Вот это мощь! Прямо чуть не вырвал дубинку из руки. Кисть слегка заныла.
Зараза! Надо было использовать скользящую блокировку. Так-то этот детина мою кисть в несколько ударов высушит и потом уже без проблем пробьет блок.
Я прошел под левой рукой, летящей мне в челюсть, и ударил по печени. Снова громыхание стали, но… от моего кастета на блестящей поверхности не осталось даже следа. Как будто я только что не приложил со всей дури по сочленению нагрудника, а дружески похлопал по плечу.
Вжух!
Меч со свистом рассек воздух там, где я только что стоял. Я перекатился и наткнулся на стену. Оттолкнулся и проехал между ногами Амальгамщика. Не смог удержаться от подлого удара в пах.
Баммм!
Сука! Чуть ногу не сломал! А этот даже не дрогнул. Как будто у него там не яйца, а шары для боулинга!
Удар перчаткой пришелся на подставленные руки. Я едва не вскрикнул от боли.
Зараза! Сколько же дури у этого зеркального болвана!
На предплечьях точно синяки останутся. А был бы на моём месте кто-то менее подготовленный — обязательно словил бы перелом обеих рук.
Удар меча поразил плитку пола, только осколки брызнули в стороны. Меч глубоко вошел в бетон, отчего вырвать получилось не сразу.
— Обход, пас и удар! — крикнула пикирующая Чопля.
Баммм!
— Го-о-о-о… О-о-о! Как же больно! — она отлетела прочь, зажимая ногу, которой только что влепила по выставленной заднице Амальгамщика.
Он вырвал меч и взглянул на меня ненавидящим взглядом. Похоже, что до этой минуты над ним никто так не прикалывался. Его противники или дрожали от страха, или бросались в бой, ослепленные надеждой выжить.
Мы же не относились ни к первым, ни ко вторым. Мы ржали, глядя в прорези его шлема. И его это явно подбешивало.
Я пытался что-нибудь придумать. Яростно пытался. Если мои удары не достигали цели, а вот плевок Чопли… Мой взгляд упал на его плечо. Там всё также оставался след от слюны. Что-то забрезжило в мозгу, что-то близкое и в то же время такое простое.
— Молитесь, смертные, ибо пришел ваш последний час! Ваши души отправятся обратно к дьяволу!
Ну до чего же пафосно? Зачем так театрально? Как будто этот актер перед зеркалом отрабатывал годами!
В голове щелкнуло. Точно! Зеркало!
— Чопля, а ну живо к шкафу! Пока я его отвлекаю — посмотри, что там есть и громко… Зараза! Как же больно бьется! Смотри, что там есть?
 
Меч сверкал в небольшой комнате всполохами молний. Я уворачивался, извивался змеёй и раз за разом уходил от ударов. Пока что это удавалось, но на долго ли меня хватит? Кровь уже начала стучать в ушах, металлический вкус возник во рту.
Элексиры помогают, но… Их действие конечно.
Я увертками и прыжками оттянул Амальгамщика подальше от шкафа с медикаментами. Чопле не нужно было повторять дважды — когда надо, она схватывала с первого раза. Подлетев к шкафу, она распахнула дверцы.
Я в это время подпрыгнул, проносясь над пролетающим мечом, и снова звезданул по шлему. Как и в прошлые разы — это не принесло никакого эффекта.
— Тут какие-то порошки, вроде хлорка и ещё пузырьки с какой-то жидкостью! — откликнулась Чопля.
— Швыряй их всех в Амальгамщика! Надо как можно больше испачкать его!
— Что? — не поняла Чопля.
— Да в гримуаре было написано, что каждый, кто отразится в доспехе, будет побежден Амальгамщиком! А если мы не будем отражаться? Ой, зараза! Чуть башку не снес! Да покури мальца, боец! Нет? Вот ты гандон! Это же моя любимая куртка! Чопля, тебе зашивать!
— Чо пля? Мне куртку зашивать? Да он совсем охренел? — раздался возмущенный писк Чопли, а потом в зеркального воина полетел весь боекомплект из шкафа.
В воздухе плеснуло спиртом, взорвались пакеты с хлорамином. Чопля не скупилась на снаряды.
Она метала их один за другим, метко попадая в те места, куда целилась. Сначала спирт, потом припорошить. И новое место — та же операция. Ещё и ещё. Раз за разом.
Я же в это время стремительно удирал от ударов и уклонялся от взмахов. И…
Удивительно, но Амальгамщик начал замедляться! Как будто воздух вокруг него становился плотнее. Вскоре его движения начали напоминать дерганья в воде. Он уже был весь покрыт ровным слоем резко пахнущего порошка. В комнате почти нечем было дышать, в горле саднило, в глазах щипало, но…
Зато Амальгамщик замедлялся!
— Что дальше, ведьмак? — крикнула Чопля.
— Больше ничего не осталось?
— Ещё есть простынки, хочешь его замотать в мумию?
— А что, это мысль! — воскликнул я. — Рви их и связывай между собой!
Теперь уклоняться и уворачиваться стало легче — полуослепший Амальгамщик уже не так активно махал мечом.
— И что? Так и помрем здесь в компании связанного зеркального полудурка?
— Зачем помирать? С первыми петухами он ослабеет и тогда попробуем вырваться. Да успокойся ты, боец вонючий. Передохни мальца.
— Я размозжу ваши пустые головы! — всё с тем же пафосом восклицал Амальгамщик. — Я намотаю ваши кишки на эфес меча!
— А вот хо-хо тебе не хо-хо? — воскликнула Чопля, усердно разрезающая простыни на полосы. — Ты лучше губу намотай, а то раскатал по всей комнате!
Я увернулся от пируэта и снова огрел дубинкой по шлему. И снова с тем же эффектом. Даже живица не помогла.
— Ой, а вы ещё не закончили? — раздался от двери знакомый тонкий голосок. — А я думал, что уже всё…
  
Глава 29
 
В то время, пока ведьмак и пикси сражались с Амальгамщиком в морге, Москва жила своей жизнью. По дорогам шуршали шины автомобилей, по воздуху проплывали корыта такси и частные лодочки.
Возле поместья Черноглазовых по воздуху медленно проплыло летающее двухместное корыто. Как раз в это время во дворе проходило чествование именинника, Александра Валериевича Черноглазова. Он праздновал своё восемнадцатилетие. Молодежь высыпала на улицу. Многие танцевали под громкую музыку, кто-то просто болтал о том о сем с приглашенными. Сам же новорожденный в это время обнимал невысокую миловидную девушку и что-то шептал ей на ухо.
Александр Валерьевич был высок, лицо имел симпатичное, фигуру стройную. Впрочем, для полуэльфов это было нормой. Уши не такие длинные, как у лесных предков, но вполне выдавали полукровку. Девушки из высшего общества считали это пикантным…