Зверь. Том 1 (СИ)
Грудь беленькой была на размер меньше, но тоже аппетитная. Пусть и прикрыта задорной маечкой, но тоже вызывает исследовательский интерес. Попку утягивали джинсы, которые в прошлом назвали бы «варенками». Голубые глаза сверкали карбункулами, обжигая ледяной волной.
Дольше всего мой взгляд задержался на рыженькой. Вот обладательнице солнечного волоса повезло не только с белоснежными зубами. Природа наделила её четвертым размером груди, который прямо-таки разрывал оранжевую ткань футболки. Принт в виде кошачьей морды растянулся так, что блестящие глазки пришлись на предполагаемое место сосков. Да и сама морда выглядела донельзя довольной. Я принт имею ввиду, а не радостную моську фигуристой рыжевласки. Её фигурка больше других подходит под определение «песочные часы». При виде рваных джинсов я невольно сглотнул и расплылся в невероятно радостной улыбке.
— Слюни подбери, — буркнула Оксана. — А то по асфальту волокутся.
Ого! Что это у нас? Никак ревность? Тогда почему бы не поддразнить?
— А? Ой, это ты? — сделал я удивленное лицо. — Извини, твоё существование как-то померкло для меня, — после этого поклонился троице. — Добрый день, молодые дамы! Была бы у меня шляпа, то с радостью приподнял бы её, выразив своё почтение. А так только могу высказать свое восхищение — ваш вид заставляет забыть меня о различных проблемах. Я упрашиваю своё сердце замедлить свой бег, но оно бухает так, словно хочет вырваться и распластаться у ваших ног.
— А он зачетный, — окинула мою фигуру взглядом рыжевласка и вынесла свой вердикт.
После таких слов она ещё больше начала мне нравиться. Лицо Оксаны чуточку скривилось.
Ага! Вот и проявляются собственнические чувства. Я даже немного приосанился.
— Да, интересный экземпляр, — кивнула брюнеточка. — Судя по широким плечам и мощной шее, явно не из московской знати. Да и язык на месте…
На Оксану уже было жалко смотреть. Она всё ещё крепилась, но было заметно, что ей это удается с трудом. Тут остается только высказывать презрение подобной оценкой, да и только.
— Широкие плечи и мощные шеи бывают в основном у слуг, — холодно заметила блондиночка. — А раз он тащит вещи этой девушки, то…
Вот тут Оксана расплылась в улыбке. Похоже, что она нашла себе подружку. Чтобы улыбка не добавила морщин на её личике, я поспешил шоркнуть ножкой:
— Милостивые дамы, мне лестна почти вся ваша оценка. Разрешите представиться? Эдгарт Южский, боярский сын. Прибыл из Сибирских глубин, чтобы получить образование и найти себе достойное место среди московской аристократии. Обучен приемам с мечом и шпагой, а языком владею гораздо лучше холодного оружия. Прошу прощения за подобную двусмысленность.
— Оу, дикарь? Из Сибири? Как это пикантно, — рыжевласка прислонила пальчик к налитым губам. — Да ещё и пытается быть обходительным…
— Как медведь в цирке, — поддакнула черноволосая. — Косолапит, но такой очаровательный…
Похоже то, что я находился рядом, их нисколько не смущало. Говорили обо мне так, словно я всё ещё был в Сибири. Это начинало немного раздражать.
— «Оу Дикарь»? — хмыкнул я в ответ. — Иностранка, что ли? Из Китаю? Али из Япониев каких?
— Никак обиделся, Эдгарт? — широко расплылась в улыбке рыжевласка. — Не обижайся, мы же тут беспардонные, можем и обидеть не со зла…
— Ваше высочество, этот отрок вам досаждает? — раздался позади утробный бас.
Глава 12
Вот почему всегда заходят сзади? Чтобы в случае чего отвесить пенделя? Или имеют гомосексуальные наклонности?
Нет, покушения на жопу ни в случае пенделя, ни в другом каком отношении я не приемлю!
Шаг в сторону и полуразворот. Почти танцевальное па, причем нога осталась чуть в стороне, для замаха. Здоровенный берендей мило осклабился, явно намекая на удовольствие от знакомства.
— Пахом, не волнуйся, этот молодой человек просто помогает своей подруге, — ответила рыжевласка.
— А меня он уже немного утомил, — покачала головой блондинка. — Какими же порой грубыми бывают эти понаехавшие… Пахом, подскажите молодому господину, что его компания нам неинтересна.
Во как! Неинтересна им, видите ли.
Да ещё и этот Пахом положил на моё плечо свою лапищу. Вот прямо как вышибала в штатной забегаловке! И ведь при всех раскладах их слово окажется сильнее моего — я-то ещё никому неизвестный. А эта троица явно не из простых. Вон как берендей обратился — «ваше высочество». Вот только кто из этой троицы «высочество»?
Но и мне терять лицо нельзя. Принимают же по одежке, а уже потом бьют по телу. Первое впечатление нельзя смазывать.
— Убери руку, смерд, — процедил я. — Или останешься калекой.
— Что? — нахмурился берендей. — Никак барчук рыпаться вздумал?
Что-то в последнее время мне везет на берендеев…
— Эдгарт, оставь, — проговорила Оксана. — Лучше помоги мне занести вещи в комнату.
— Да-да, Оксанушка, сейчас помогу, вот только скажу пару слов одному зарвавшемуся холопу, — проговорил я со смешком и развернулся к берендею. — Любезный, нельзя так по-хамски обращаться с гостями. В следующий раз я не помилую…
Берендей крякнул и согнулся. Он опустился передо мной на одно колено, как будто прося прощение. Только Оксана со стороны видела, что я правой рукой нанес три молниеносных удара по уязвимым точкам оборотня, а четвертым поразил солнечное сплетение. Глупец был слишком уверен в своих силах и поэтому даже не накинул Кольчугу Души.
Ну да, перед ним же был не мощный воин, а всего лишь зарвавшийся барчонок, который тяжелее члена ничего в жизни не поднимал. Вот только этот «барчонок» прошел такие мясорубки, какие этому берендею и не снились.
Даже то, что из соседней машины выскочили трое здоровых амбалов, не могло испортить мне настроение. Если будет нужно, то размотаю и их.
— Пахом? — неуверенно произнесла брюнетка.
— Я… Я… — пытался вдохнуть берендей.
Он поднял на меня лохматую морду, я же в ответ покачал головой:
— Не нужно, слуга. Мы уже покидаем общество твоих подопечных. Возможно, я был слишком резок, не обессудь… Всего доброго, прекрасные незнакомки! — а после тихо прошипел. — Извини, служивый, не держи зла — но я не мог иначе. Скоро тебя отпустит…
Я подхватил вещи Оксаны и двинулся в сторону дверей. Она пошла следом.
Амбалы было шагнули в нашу сторону, но берендей выбросил в их сторону поднятую ладонь. Они понятливо остановились. Похоже, что Пахом не зря у них за главного — хватило ума понять, что со мной не нужно связываться.
— Так уж и незнакомки? — окликнула меня рыжевласка. — Меня боярыня Ирина Разумовская все величают. Это мои подруги: великая княжна Марина Кирилловна Салтыкова и боярыня Инна Михайловна Велихвостова.
Ни та, ни другая даже ни кивнули. Ну да и ладно, от меня не убудет от подобного пренебрежения. Я вот тоже кланяться не собираюсь. Но и уходить просто так не намерен.
— Приятно познакомиться, госпожа Ирина Разумовская! — усмехнулся я, берясь за ручку двери. — Надеюсь на дальнейшее продолжение нашего приятного знакомства.
— А вы наглец, Эдгарт Южский, — хихикнула она в ответ.
— Не устаю ему это повторять! — подтвердила Оксана и толкнула меня в спину. — Иди, наглец, а то никогда не дойдем до моей комнаты, а мне ещё надо привести себя в порядок.
— Да-да, моя прелесть. Идем, напоишь меня чаем и как всегда сделаешь мне…
Толчок Оксаны на этот раз был болезненным. В ответ я подставил ей ножку. Она удачно споткнулась и влетела в фойе общежития носом вперед. Надо отдать ей должное — успела сгруппироваться и выставила руки. В воздухе мелькнули стройные ножки, а в следующий миг Оксана сделала колесо и выпрямилась, как ни в чем не бывало.
— Вот как мы рады обучаться в этом храме науки! — прокомментировал я для удивленно вскинувшей брови вахтерши фуэте Оксаны. — Прямо готовы на голове ходить! Ух, что же будет, когда начнутся уроки?