Предатель. Цена обмана (СИ)

— Ильяс…
Хочу попросить прекратить это. Я не понимаю, зачем мужчина это делает. Вечно поддевает и смущает меня.
Тем более — без повода.
Но Ильяс вдруг двигает свою тарелку ко мне. Кошусь на лазанью, не понимая, что происходит.
— Ешь, Аль. Могу сохранить твою гордость, — у него глаза блестят от смеха. — Я переборщил. Рыбы на гриле мне было достаточно. Не пропадать же вкусной еде?
— Ты снова издеваешься, — бурчу. — Я тоже выбрала вкусное блюдо.
— Настолько вкусное, что ты почти не притронулась к нему? Ну зачем этот спектакль? Ошиблась, бывает. Поешь нормально. Я не хочу, чтобы ты осталась голодной.
— Ну, раз так, жалко, если пропадёт…
Ильяс смеётся, а я замираю. Смех у него действительно красивый. С хрипотцой, от которой почему-то мурашки собираются.
Мужчина откровенно веселится, но в этот раз подобное не задевает. Слишком открытый взгляд, подбадривающий.
Мы долго разговариваем, я наслаждаюсь вкусной едой. А Ильяс…
Он смотрит.
Постоянно. Не отвлекается на телефон, который иногда звонит. Ни на приходящих посетителей.
На меня смотрит. Перманентно. Даже моргает быстро, но редко.
И улыбается.
А у меня от этого внимания под ложечкой сосёт.
Мне одновременно неловко и приятно. Не понимаю, что со мной происходит. И чего Ильяс вообще хочет?
Булат просто говорил и делал. Вроде, ты красивая, нравишься мне. Или пойдёшь со мной на свидание. Или целовал.
С ним всё было понятно.
Ильяс же закрытая книга. Спрятанная в тайной библиотеке, замками обвешенная. Никак не понять.
И это смятение окончательно путает мои чувства.
— Понравилось, Аль? — спрашивает мужчина, когда мы выходим на улицу. Кожа горит. То ли от холода, то ли от близости Ильяса. — Хорошее место?
— Да. Но форшмак надо убрать из меню. Это подстава.
— И кто в этом виноват? Держи, — Ильяс вдруг набрасывает мне на плечи свой пиджак. — Чтобы не замёрзла.
— Тут два шага к машине.
— Не переводи тему. Я выиграл. Ты мне должна.
— Нет. Ты сказал, что знаешь хороший ресторан. Это — кафе.
— Детали.
— Именно. А детали важны. Так что — выиграла я.
Разворачиваюсь, шагаю спиной вперёд. Всё для того, чтобы внимательно рассмотреть лицо мужчины.
Карзаев закатывает глаза, чуть качает головой. Недовольно цокает, потому что я права.
— Подловила, — соглашается в итоге. — Значит, найду ресторан в следующий раз. Проигрывать я не привык.
— Договорились.
Я стараюсь шагать аккуратно, шпилька опасная штука. Особенно когда не видишь, куда ступаешь.
Но всё равно цепляюсь каблуком за что-то. Я быстро возвращаю себе равновесие.
А через секунду на моей талии оказываются мужские ладони. Ильяс удерживает меня, хоть в этом нет необходимости.
Его лицо так близко. Чуть вьющиеся короткие пряди почти касаются моего лица. Под рёбрами щекотно становится.
— Аккуратнее, — произносит тихо. — Мы же не хотим, чтобы ты себе что-то повредила?
— Не хотим, — соглашаюсь глухо, мысли разлетаются.
Я будто физически чувствую взгляд мужчины. Скользит по моему лицу, оставляет за собой горящий след.
А после покалывает губы.
Он же не…
Или собирается?
Я не успеваю обдумать всё, что думаю, как Ильяс отстраняется. Отходит от меня на несколько шагов, прячет ладони в карманы брюк.
— Я скоро снова поеду в Киев, — произносит совсем не то, что я ожидала. — Если ты захочешь съездить до переезда — я могу взять тебя с собой.
— Да. Я думала сделать до того, как закончится предписание. Чтобы в чужом городе не бегать от Булата.
— Хорошая мысль. Значит, поедешь со мной.
Я ещё раз киваю, не до конца уверенная, что поступаю правильно.
Как пережить эту поездку? Несколько часов в одной машине. Кто знает, что может произойти?
  
Глава 25
 
— Ты выглядишь чудесно!
Я в который раз делаю Лизе комплимент. Правда, даже не скажешь, что она родила две недели назад.
Бодрая, полная сил. Сидит рядом на скамейке, светится от радости. И я искренне рада за подругу.
— Хватит тебе, — отмахивается, но прячет улыбку. — Я едва справляюсь. Иногда ночью хочется отправиться обратно к Костенко и сказать, чтобы забирала ребёнка обратно.
 
— Костенко это твой…
— Она замглав больницы, в которой я работаю. Да. Спасает только то, что Демид сейчас тоже в отпуске. Взял на первое время, пока мы не научимся справляться с малышом.
— Не страшно было оставлять малого наедине с Демидом?
— Нет. Он отлично справляется. И старший Юсупов, и младший.
Лиза лезет за телефоном, показывает мне фотографии сына. Я улыбаюсь, вспоминая, когда Иля сам был таким крошечным.
И сердце немного режет.
Ведь…
Булат не брал отпуск для того, чтобы провести время с малышом. Не просыпался среди ночи, чтобы проверить его.
Конечно, мне помогали няни, я со всем справлялась. Не валилась с ног от усталости, но всё равно… Это очень показательно.
Раньше я думала, что это нормально. Просто самой всё делать, потому что мужчины… Ну, они ведь не очень ладят с детьми.
А теперь вижу перед собой совсем другой пример. Когда даже сильно облажавшись, можно всё изменить. Исправиться. Стать чудесным отцом и сыном.
То, что я знаю точно — Булат не исправится.
Я обхватываю ладонями бумажный стаканчик с чаем. Краем глаза слежу за тем, как Иля носится на площадке.
— Я так рада, что ты смогла приехать, — подруга улыбается, повторяет. — Ты надолго?
— Пока непонятно, — отвечаю честно, не хочу больше врать. — На пару дней, потом, наверное, нужно будет вернуться назад.
— Наверное? Булат в командировке? Обычно он не очень охотно тебя отпускал.
— Он и не отпускал. Я сама всё решила.
— Оу. У вас что-то случилось?
Я знала, что эта тема поднимается. Просто для начала планировала понять, насколько Лиза устала для таких разговоров.
Поэтому даже Ильяса попросила высадить меня с малым подальше, чтобы не было лишних вопросов сразу.
Но теперь отступать некуда.
— Всё очень плохо? — Лиза понимает всё сама.
— Давай скажем так, — натянуто улыбаюсь. — Мой развод займёт топовую позицию в рейтинге «самые ужасные разводы года». Но я справляюсь.
— Если…
— Помощь у меня есть, адвокат тоже. Я в порядке, правда. Сейчас пытаюсь разобраться со своей жизнью. Поэтому подумываю о том, чтобы переехать.
— Моя квартира — ты ведь её не для знакомой хочешь снять? Если тебе негде жить…
— Как негде? Я нашла квартиру по суперской цене.
Лиза пытается всё переиграть, предлагает просто так там пожить. Но я не хочу. Пора начинать взрослую самостоятельную жизнь.
А если я просто буду выживать с чужой помощью, то это ничего не изменит. Хватит мне Ильяса, который так много делает.
Нет.
Пора самостоятельно становится.
Мне достаточно того, что Лиза сдаёт квартиру по очень низкой цене. И не требует космического залога. С остальным я разберусь.
— А адвокат у тебя хороший? — уточняет Лиза, не успокоившись. — У меня был классный. И он вроде не боится с кем-то воевать. Он Демида хорошо раскрутил при нашем разводе. Давай я поговорю с Иль…
— Не надо. Правда. Я справлюсь. А если нет — тогда попрошу помощи.
— Но ты точно решила разводиться? Что произошло? Вдруг что-то изменится, и ты передумаешь?
— Никогда и ни за что. Усманов может катиться к черту. Прощения он не получит.
— А если потом…
— Боже! Где-то брошюру выдают с вопросами? Нет. Даже если он мир так спасал, изменяя мне с кем-то, то мне плевать.
— Мне ты давала другие советы.
— Ну, у тебя и ситуация была другая. Ты мучилась. И хотела прощать, и не хотела. Я в отношении Булата всё решила. Иль!
Вскрикиваю, когда сын пытается забраться на забор. Малыш виновато косится, а после срывается с места. Бежит ко мне.
Маленькая липучка забирается на колени, всеми конечностями обхватывает. Лишь на секунду отрывается, чтобы приветливо помахать Лизе.