Месть моя, или сбежавший жених (СИ)

Мне вдруг стало жаль парня:
— А она правда счастлива?
— У меня нет таких сведений, девушка уже в разводе, воспитывает дочку. Так вот, — продолжил Виктор свою исповедь: — От Жени я узнал, что наши с тобой истории очень похожи, поэтому полностью понимаю, чувствую тебя до боли, до последнего атома.
— Почему бы тебе не продолжить отношения с той девушкой?
— Это исключено, — вымученно усмехнулся парень. — Потому что она предала меня один раз, предаст, когда ей будет нужно, и второй.
Виктор выговорился и ненадолго замолчал. Да, как, оказывается, похожи наши жизненные истории. На самом деле, мы не прощаем не потому что нас обманули, а потому, что мы поверили.
Виктор вздохнул:
— Понимаешь, я пришёл к тривиальному выводу: надо жить здесь и сейчас, в эту самую секунду. В учебнике, как известно, три основных времени, в жизни же — только прошедшее и будущее, а из настоящего — только миг, который стремится к нулю. Именно в это мгновенье мы живём и принимаем решения, ибо не пассивны, всё зависит от нас.
— Есть только миг между прошлым и будущем, — пропела я.
— Вот-вот.
Тут на кухню вошла мама и позвала нас за стол. У Дарии был несчастный взгляд: смотрела на Виктора, знакомо закусив губу.
«Но я же не виновата, я и так не раз убеждала парня, что ты просто создана для него», — посылала я Дарии свои мысли-импульсы. Но поймёт ли, не обидится?
— Ты не виновата, что он относится ко мне только как к подруге, я не сержусь на тебя, — сказала Дария, когда мы пошли с ней мыть посуду. — Это сразу было заметно, что Виктор запал на тебя, но я продолжала надеяться. Что поделать, вот такая глупая, но ничего страшного. И для меня найдётся парень. Ведь природа не терпит пустоты. Правильно?
— Правильно. — Я обняла Дарию. — Обязательно найдётся. Да, может, и Виктор одумается ещё.
— Нет, он упёртый. А ты обрати на него внимание, ведь нормальный парень. Надёжный, как броня.
— Может быть, но я не люблю его.
А Дима так и не позвонил, единственный, кто не поздравил с Новым годом. Все поздравили, даже Доброкотов. А он нет. Любит, наверное, свою Ирку, любит.
  
Глава 40
 
Мы с Дариёй вернулись в гостиную. За столом было оживлённо: Виктор рассказывал какой-то смешной случай из летней рыбалки. О, такими темпами он далеко продвинется в родительском уважении: это любимая папина тема.
— Как-то я рыбачил вполне себе успешно, уже собирался домой, ибо весь багажник был завален карасями. Руки скользкие, решил помыть в озере, а тут вместе с водой слетело моё кольцо: мы только-только обручились с моей девушкой. Сколько не нырял — не нашёл. Примета, говорят, плохая, счастья не будет. Так и случилось: накануне свадьбы мы расстались.
Мама со значением посмотрела на меня: вот и у парня похожая история, а потом дружелюбно улыбнулась:
— И что, так и не поженились?
— Нет, говорю же, плохая примета. А тут как-то раз зашёл я в ресторан и заказал рыбу, принесли приготовленную в фольге щуку. Разрезал её ножом, а там…
— Кольцо, — выкрикнул папа.
— Нет, плохо прожаренное мясо, — хохотнул Виктор.
Все засмеялись. По-моему, мама в него влюбилась, а иначе как объяснить её повышенное внимание к парню:
— Может ещё мяса? А вот эта рыбка очень вкусная, попробуйте, блюдо готовила Ксюша.
Он ни от чего не отказывался, нахваливая наши кулинарные шедевры. Мама была счастлива! Поняв, что парень — золото и для дочери невероятное везение, она принялась активно проводить дознание по поводу его родословной:
— Виктор, у вас довольно редкая фамилия — Каюров. Случайно, Надежда Каюрова вам не родственница? Была у меня такая подруга по политехническому институту.
— Каюрова Надежда Васильевна — моя мама.
— Какое удивительное совпадение! — Мама от счастья захлопала в ладоши. — Ведь мы с ней были такими хорошими подругами, даже считали себя сёстрами.
— У тебя все подруги, как сёстры, — вставила я свои пять копеек.
Мама нахмурилась:
— Дочь, не иронизируй. Мы столько в студенчестве с ней пережили: и безденежье, и первую несчастную любовь — да много чего и горького, и радостного. Меня после окончания вуза распределили в Энск, на завод, а её оставили на кафедре в институте. Она всегда была умницей. Часто с ней переписывались, а потом, когда ты родилась, переехали на новую квартиру, Надежда вообще перебралась в другой город, и как-то мы потерялись. Да, жизнь раскидала. Как сейчас поживает Надежда? Пробовала найти её в соцсетях, но тщетно.
 
— Мама умерла. Уже давно. Болела, — с горечью в голосе произнёс Виктор.
— Ах, как жаль, бедная Надежда, бедный мальчик.
Под утро парень собрался домой, к родственникам.
— Непременно завтра приходите к нам, будем ждать. — Папа крепко пожал руку Виктора.
— Я бы с удовольствием, но не получится: нужно на работу, а вот на зимнюю рыбалку с вами схожу с большой радостью.
Провожая Виктора, я сказала:
— Поспишь, а потом всё увидишь по-другому, поймёшь, что было ошибкой твоё признание в отцовстве. Не беспокойся, родителям я всё объясню. Твоя репутация не пострадает.
Виктор кивнул и, чему-то улыбаясь, удалился.
Днём мне на телефон пришло сообщение: «Поспал. Ничего не увидел. Посмотри на всё иначе и поверь, наконец, в мою любовь. По крайней мере, попробуй. Не тороплю».
Виктор всё правильно понял, мне нужна была эта пауза. Без всяких чувств, чтобы всё снова разложить по полочкам и от этого почувствовать успокоение.
Я ничего не ответила, да и что тут скажешь — сто первый раз: «Я тебя не люблю»? Он об этом и так знает.
  
Глава 41
 
После Нового года время побежало быстрее. Как-то внезапно у меня вырос здоровенный живот. Вот настолько огромный, что я с трудом могла надеть колготки, только натянешь их, чуть нагнёшься — и ловишь их где-то в районе колен. Так неудобно.
Но это неудобство не шло в сравнение с тем, что сделала мама.
Она похвасталась энским друзьям, что мы с Виктором ждём ребёнка. Вот просила же молчать!
Женька, узнав последние новости, позвонила мне и укоризненно проговорила:
— Ксюха, кто так делает? Почему подруга обо всём узнаёт последней?
— Ты о чём? — нахохлилась я.
— О твоём интересном положении. Все вокруг знают о том, что ты беременна, даже Дария, а я — нет.
— Да, я жду малыша. Что такого?
— А нельзя было сразу сказать подруге? Если бы не твоя мама, то так и не узнала бы об этом до самого рождения ребёнка. И Виктор твой — тот ещё партизан, слово не выбьешь.
— С чего ты решила, что Виктор мой? — зацепилась я за главное.
— Ой, вот только не устраивай спектакль. Кто ещё может быть отцом малыша?
Я разозлилась настолько, что вылепила всю правду.
— Твой брат.
Женёк помолчала некоторое время, потом хихикнула:
— Ха, ну и шутки у тебя. Обхохочешься. Этого просто не может быть, я же знаю: ты — облико морале, на подлость не способна. — Твою ж петрушку, вот и она заговорила о подлости. Женька только усугубила ситуацию: у меня и так самооценка стремится к нулю, да подруга ещё старается её понизить. Вот и скажи правду, непременно признают падшим ангелом. — Кстати, от Димы привет, он так рад за тебя и Виктора, сам тоже светится от счастья: наконец-то станет отцом, давно об этом мечтал. С Иркой у них тоже всё очень хорошо, любовь, лямур, медовый месяц каждый месяц и всё такое.
Я разозлилась ещё больше. Значит, счастлив, ну что ж… пришлось одёрнуть себя, заодно прикрыть фонтан, не пойдя дальше в рассуждении об отцовстве ЮДП: сама воспитаю, ещё не хватало выпрашивать у Димки, как милостыню, любовь к себе и ребёнку.
Не так уж мне и трудно: денег пока хватает, а когда рожу, перееду в квартиру родителей.
Они затеяли ремонт, а Виктор к их общей радости помогал обустраивать из моей комнаты детскую.
— Ну скажи правду, это Виктор, да? — заволновалась Женька. — Как мне этого хочется! Ну скажи, скажи!