Плохая концовка (СИ)

В конце концов, та же Лелиана не всегда была одержимой андрастианством хитропопой манипуляторшей, прекрасно знающей себе цену и привыкшей играть чувствами окружающих, и даже если не влиять на её работу бардом, её ведь можно банально перехватить на пути к церкви Лотеринга, если же начать работу ещё раньше, то и перспектив откроется куда больше. А ведь девочка она очень талантливая — прибрать к рукам такую было бы очень полезно. Опять же, в нынешнем раскладе она точно не сможет столь же успешно крутить своей очаровательной попкой, оставляя меня в дураках, как это было в моём прошлом, и ножки раздвинет как миленькая, ещё и умолять будет её трахнуть. Кхм… Ну, если не окажется в этом мире мужчиной, вот тогда да — тогда она точно спасена от такой участи. В любом случае, дел хватало, и на ночь в Фэйде их было особенно много…
***
Найти конкретную душу среди миллионов других, опираясь лишь на воспоминания об ауре её более старшей версии из иного мира, оказалось… несложно. Не элементарно, но и не запредельно — тут и опыт, наработанный с Шианни и её семьёй, имелся, и, что более важно, сам аурный отпечаток я знал куда лучше, ведь проникал в сны своих товарищей, ещё будучи смертным, а это огромное подспорье в таком деле. В общем, мне повезло и неожиданных подвохов не возникло.
Рыжую хитропопую лучницу я отыскал всего за ночь и стал изучать. И увиденное мне, как ни странно, понравилось: рыжая всё ещё была рыжей, всё ещё была женского пола и всё ещё обитала в это время в Орлее, но ни хитропопости, ни «лучности» пока замечено не было. Впрочем, неудивительно. Сейчас ей только-только исполнилось четырнадцать, и в голове уже не девочки, но ещё и не состоявшейся женщины были только романтика, жажда приключений и прочая наивная дурь. Довольно забавно, особенно если вспомнить то, кем она являлась на момент нашего знакомства десять, точнее, уже девять лет вперёд. Хех, на тот момент я просто не мог себе представить, что когда-то и Лелиана была простой и наивной девочкой, а не той многогранной и даже не двуличной, а «десятиличной» притворщицей, что сама в себе умудрилась запутаться так, что и залезший к ней в голову маг крови без бутылки в этом хитросплетении мотивов, сожалений, чувства вины, амбиций, желаний просто не мог разобраться. С бутылкой, кстати, тоже, как тот самый маг крови ответственно заявляю.
Тем не менее это была моя старая добрая подруга Лелиана, с которой было замечательно поболтать, послушать её пение вечером у костра и даже пойти в бой. Разумеется, имея в виду, что «иногда метательные ножи летят не совсем туда», как она мне как-то сказала, согласившись дать пару уроков «боевого барда». Пусть сами эти приёмы мне не подходили, поскольку «внутреннюю силу» я никогда не развивал, но никогда не знаешь, что может тебе пригодиться в жизни. Да и мысли переделать её «ободряющие псалмы», что высвобождали скрытые резервы организма посредством просто заряженного силой голоса, у меня были. У многих воинов (из тех, что считались элитой, само собой), к слову, были похожие приёмы, хоть и более грубые и менее эффективные. А выявив точки, на которые действуют эти приёмы, вполне можно было составить нужное заклинание. Увеличение же физических кондиций тела и для боевого мага, и для мага Крови переоценить было сложно.
Ох, неужели это что-то вроде ностальгии? Хотя, почему бы и нет? При всей неоднозначности ситуации, моей, чего уж там, откровенно детской обиде оттого, что разумный, встретившийся мне всего год назад, имеет своё мнение, планы, виды на жизнь и хочет получить со «Спасения Мира» свою выгоду, а не поддерживать во всём эльфа-мага, что ни разу не высказал по поводу её хотелок своих претензий; так вот, при всей этой неоднозначности Лелиана была откровенно гениальна, как в боевом плане, выйдя на уровень настоящего Мастера в применении внутренней силы, не разменяв и четверти века, так и в работе с людьми. К тому же чего уж скрывать свои желания сейчас? Она была красивой женщиной, и если бы не наши некоторые ключевые расхождения на тему Андрасте и Создателя с их Церковью, а также злобное пыхтение Морриган даже просто при «посиделках у костра», если ей начинало казаться, что я уделяю «этой рыжей стерве» слишком много внимания… да, в таком случае я бы не отказался забраться к ней под одеяло.
 
Но это всё было там, в не случившемся будущем. Сейчас девушке было четырнадцать, она была воспитанницей и (пусть и не де-юре, но де-факто) приёмной дочерью леди Сесиль Вассер. Романтичной мечтательницей, проглотившей всю немалую библиотеку орлесианской графини и уже затерроризировавшей всех слуг-эльфов на предмет поделиться историями и сказками Народа. На этом я и решил сыграть для начала нашего знакомства.
Как и в случае с юной Табрис, я не спешил сразу срывать сонную пелену — сначала нужно было провести «положительное закрепление», то есть внушить подсознательную приязнь к моему образу. Потому, закончив свои наблюдения со стороны и расспросы девочки с провокациями на откровенность под разными личинами, в очередной её сон я входил в своём истинном прижизненном облике, разве что воплотив на себе дорогой костюм наподобие тех, что видел при дворе Ферелдена.
Лелиана сидела в библиотеке, в очередной раз перечитывая какую-то рыцарскую историю. Как и положено сну творческой личности, обстановка была весьма детализирована, хотя до того, на что уже была способна Нерия, воплощение ещё недотягивало, впрочем, ничего удивительного, богатое и живое воображение — это хорошо, но у магов визуализация, концентрация и наращивание контроля — это неотъемлемая часть обучения. Потому библиотека рыжей периодически «отращивала» дополнительные полки, столы для чтения и прочую мелочь. Сотворив фантома себе в помощь, я чуть надавил Волей, корректируя сценарий сна.
– Тётушка Сесиль? Я опять зачиталась, и вы пришли позвать меня к обеду? – отложив книгу, обратилась девушка к фантому, что начал принимать вид уже пожилой, но всё ещё молодящейся женщины.
– Нет-нет, девочка моя, – отмахнулся образ, – просто меня посетил один мой старый знакомый, и я подумала, что тебе было бы интересно с ним пообщаться. Потому разреши представить тебе сего странника.
– Здравствуйте, – вежливо поклонилась девушка. – Странник? То есть вы много где побывали? Ой, вы — эльф? Как неожиданно… А вы знаете какие-нибудь истории? – девочка столь сильно сфокусировалась на мне, что её сон едва ли не затягивать меня в себя начал, стараясь сделать своей частью. А вот фантом «тётушки Сесиль» развеялся, полностью выпав из сферы интересов будущего барда. Ну и я перестал его поддерживать.
– Да, – я присел за столик напротив девушки, – я много где побывал, многое слышал, а ещё больше видел сам. Какую историю ты хочешь услышать, дитя? Быть может, тебя влекут тайны Глубинных Троп и заброшенных, потерянных тейгов гномов? Или спрятавшийся в Морозных Горах ковен драконопоклонников? Я могу рассказать тебе о секретах ведьм Диких Земель и доме самой Флемет. А может, тебе по душе истории об оборотнях и эльфах? Выбирай.
– Я хочу услышать всё! – горели восторгом её глаза.
– Ну что же, – я ухмыльнулся, – видимо, мне придётся немного задержаться и воспользоваться гостеприимством Сесиль. Ну и для начала… хочешь узнать секрет? – девочка истово закивала. – Далеко на юго-востоке отсюда, в землях, что и к Ферелдену относятся лишь формально, распростёрлись Дикие Земли Коркари. Там, за старым Остагаром, посреди болот и древних развалин, скрывается небольшая избушка. Казалось бы, что в ней такого? Избушка и избушка — ничего примечательного. Если не учитывать тот факт, что живёт в ней сама Флемет, Матерь Ведьм… – рассказ действительно обещал затянуться, но я никуда не торопился, а вызвать восторг у Лелианы, используя те же приёмы, что я сам у неё почерпнул, слушая её рассказы у костра, было иронично-забавно. Даже эта фраза с «секретом» вырвалась едва ли не сама, помимо моей воли. Ну что же, пусть рассказывать эти истории человеку с Пеленой не так интересно, но историй у меня много, как раз отточу свои навыки красноречия. Да и повторять их можно — всё равно окутанный Завесой смертный забудет всё или почти всё из услышанного, а дальше — будем посмотреть. Думаю, через неделю-другую общения можно будет постепенно утончать пелену, давая осознать всё больше и больше, а потому и вовсе снимем и поговорим, ну а пока вернёмся к Флемет.