Плохая концовка (СИ)

– Инструменты… – глухо обронил я, понимая, что же в его желании так сильно отвечало мне — чувствовалось таким близким.
– Да! Мы как инструменты, которые не жалко выкинуть! Которых слишком много, чтобы их даже ценить! – срывающимся голосом подхватил парень, вновь не сдержав слёз.
– Откуда ты? Какой Круг?
– Киркволл, – шмыгнув носом, прогнусавил человек.
– Хочешь им отомстить?
– Тебе нужно моё тело? – сразу понял волшебник.
– Твоя сообразительность начинает пугать.
– Об одержимых и как они опасны нам вещают денно и нощно, – скривился мой собеседник, волной злости смывая из эмоций чувство жалости к себе, теперь на его лице проступила мрачная решимость. И она мне нравилась.
– Тут есть нюансы, но в целом меднолобые недалеки от истины.
– Плевать. Что именно ты предлагаешь?
– Ну, я тебя убиваю. Быстро и без боли. Твоя душа отправляется по предназначенному ей пути, а я занимаю твоё место и устраиваю псам церкви наглядную демонстрацию на тему «маг, одержимый серьёзным демоном, а не всякой мелочью, что и воевать-то толком не умеет», – парень задумался.
– Дополнительно спаси и защити магов — и мы договорились.
– Согласен, – стоило отзвучать моему подтверждению условиям, как он оказался в моей власти.
Ощущение пребывающего где-то в реальности собственного, личного, полностью принадлежащего мне тела звоном прошло по всему естеству. Даже ощущение от связи с Нерией было менее чётким — там тело было маленьким, неразвитым, в нём была душа и я никогда, даже подсознательно, не рассматривал его как оболочку. С тем же, что давала мне малышка Шианни, и сравнивать не приходилось — я в неё маны и на одну-то волшебную стрелу пока влить был не в состоянии — не выдержит. Тут же было тело полноценного мага. Взрослое. Тренированное. Мужское…
Наивный мальчик, что допустил столько дыр в «договоре», желая спасти своих собратьев по несчастью. Сейчас я мог даже получить его душу. Ведь я не уточнял, кем «предназначен путь» его сути, да и спасать и защищать можно по-разному. И от разного, от безысходного существования, например, тоже. И это не говоря уже о том, что каких конкретно магов подвергать этим процедурам, в нашем договоре тоже не сказано. Но ладно, возможно, это говорят во мне остатки совести меня прошлого, да и чем-то этот глупый наивный парень, что вряд ли перешагнул уровень Старшего Ученика, мне импонировал. Возможно, я находил в нём некоторое сходство с собой прежним. Тоже «тихий и послушный» юноша, которому осточертели стены Круга. А может, дело было в его чувствах, так похожих на те, с которыми я сам ушёл в смерть… Не исключено, что именно поэтому мне и удалось заметить его сон… Вот только в его возрасте у меня не было мыслей о самоубийстве, лишь о том, как влезть повыше да устроиться покомфортнее, а если при этом Храмовники случайно сдохнут, я бы также не горевал. Мысли о добровольной смерти пришли много позже… Как бы то ни было, но поступать так, как поступил бы любой нормальный демон в моей ситуации, я не стал — душа страдальца действительно отделилась от тела и последовала по уготованному ей пути, а не в мой домен вечным источником сил. Сам же я… тоже последовал в свою твердыню и, присев на кресло в личных покоях… проснулся.
Пребывать одновременно в двух измерениях было немного непривычно, но чувство дискомфорта быстро прошло, сменившись целым потоком ощущений, уже порядком подзабытых. Вкус воздуха, содержащий в себе запахи постельного белья, дыхания десятка спящих магов, а также намёков, что парочке из этого десятка неплохо бы уделить внимание личной гигиене. Ощущение жёсткой скамьи под спиной, от которой эта самая спина уже начала побаливать. Чувство прохлады, звуки дыхания и собственного сердцебиения. Шершавость одеяла и расширение грудной клетки при дыхании, трение ткани и сокращения мышц. Все те мелочи, на которые простой человек перестаёт обращать внимание, отсекая, как посторонний шум. То, что в Тени приходится продумывать и контролировать самостоятельно, тщательно следить и поддерживать, крепить Волей и видеть набором концепций. Всё это наконец-то вновь было мне доступно, как обычному смертному, и в то же время я не был смертным. Я чувствовал бесконечность детализации в каждом вдохе, непредсказуемость ощущений от каждой потревоженной микроскопическим движением клеточки тела, моё рефлекторное познание вместилища открыло мне больше, чем когда-либо мог представить самый лучший лекарь Ферелдена. Система… Совершенная гармония органов, тканей и жидкостей — целый мир, полный собственной невероятно маленькой, что не видна даже усиленному магией глазу, жизни, вот чем было человеческое тело.
 
Объём информации, объём ощущений… От них перехватывало дух. Я тонул и… взлетал в небеса, я терял себя от восторга и приходил в ужас, меня заполняло столько нового вперемешку с давно потерянным и таким желанным старым… Даже контакт с душой Уртемиэля не шокировал меня так. Хорошо, что сейчас была ночь — у меня имелось немного времени привыкнуть к этому калейдоскопу, да и темнота является хорошим помощником — поток ощущений от зрения при всех красках дня мог бы дезориентировать куда как сильнее.
Следующие полтора часа я привыкал ко вновь открывшимся или, быть может, правильнее сказать — вернувшимся чувствам и тому, как моя демоническая природа воспринимает реальность. Я всё ещё мог познавать вещи, просто коснувшись их, но теперь познание открывало не только концепции и образы, наложенные чувствами создателя и всех тех, кто пользовался этим предметом, я видел устройство — материальную структуру и саму суть веществ, из которых состоял предмет. Переплетение волокон, стыки соединений, принципы крепления — всё, кроме того, в какой последовательности это всё делалось. Я не познавал процесса создания, но я видел итог, и это было… непередаваемо. Каждая секунда в реальности словно расширяла мой разум. Сложность и многообразие мира, гениальность гармонии его элементов — это должно, обязано было отправить меня в беспамятство своей огромностью — разум смертного был просто не в силах сдержать всё это. Воспринять. Запомнить. Осмыслить. Но я мог. Не знаю как, не знаю почему, но границы сознания не рвались от объёма знаний, они растягивались, охватывали, постигали…
С огромным трудом я смог вырваться из этого ужасающего, но противоестественно пьянящего водоворота. От осознания собственной ничтожности на фоне вселенной, бесконечно чёткого и ясного, тряслись поджилки, и в то же время всё внутри пело от бесконечного восторга, вызванного грандиозностью понимания. Эти чувства было не передать словами — смесь самых паскудных и отвратительных ощущений с самыми сладкими и возвышенными. Отстраниться, заставить себя перестать познавать, сконцентрироваться на себе, а не на природе реального мира — это был самый волевой подвиг в моей жизни.
Если остальные духи ощущают хотя бы малую часть от того, что воспринял я, становится понятно безумие, охватывающее большинство из них во время пребывания в материальном мире. В Круге учили, что дело там в неподходящих телах, в отсутствии полноценной жизни у трупов и захваченных демонами предметов, но ха… Если первейшее познание собственного тела рвёт разум даже мне — разумному, достигшему вершин магии, пережившему смерть и слияние с душой и памятью Бога, что оно сделает с и без того тупым демоном Гнева, для которого и внятная речь — достижение?
И становится понятно, почему пребывание в реальности усиливает духов. Раньше я лишь встречал эту информацию как некую абстракцию — непонятный и расплывчатый слух, который никто не может доказать, а теперь понимал. Коли дух сможет удержаться — не раствориться в этом объёме впечатлений и знаний, то он на одной попытке уместить всё это в голове натренирует свою природную способность к многопотоковости сознания на порядок быстрее, чем любыми воплощениями в Тени. Его могущество будет расти, даже просто стой он на одном месте и ничего не делай. В какой-то момент, конечно, новые объекты для познания закончатся, но сколько он сможет получить к тому моменту…