Плохая концовка (СИ)
– Действительно забавно, – согласился я с демоном.
В итоге мы проболтали с ним до позднего вечера. Похоже, мой собеседник всё-таки соскучился по «адекватному равному сородичу» и был не против обсудить всякое демоническое. Правда, с учётом того, что мне приходилось изображать не только могущественного, но и старого и опытного обитателя Тени, особо много выведать не удалось, ведь мой визави считал, что я и так всё знаю, умею и спокойно гуляю по материальному миру. Так что единственное, что можно было считать однозначным успехом, это выяснение более-менее точного количества «наших знакомых», в смысле тварей, что могут спокойно гулять в человеческом (или эльфийском) облике и жить, не дуя в ус. Выходило, что очень немного — на весь Тэдас не наберётся и десятка-двух. Есть, конечно, ребята «попроще и послабже», количество коих исчисляется уже сотнями. Моя «подруга» из Редклифа, кстати, как раз относилась к этой когорте и была обозначена этим Желанием как «хорошая девочка, но ещё маленькая и глупенькая, всё в игрушки играет». Н-да.
Ещё я, кажется, понял, почему в прошлой жизни он на меня взъелся и выставил за дверь после исполнения последнего заказа. Пока Вэйд мечтал о том, как сотворит свой шедевр, он постоянно был в фантазиях и идеях, чем неимоверно радовал демона, что питается эмоциями и желаниями: у них тут получалась этакая безобидная форма всё той же демонической пытки, когда жертву держат в постоянном эмоциональном напряжении, на грани исполнения страстной мечты. Вэйд очень хотел творить, он был на месте творения, в его руках был инструмент, он творил… но не то, что хотел! Вынужденные — проходные заказы. Не шедевр, о котором он грезил наяву. Но исполнение грёз было так близко, буквально уже в его руках, отчего он грезил лишь сильнее. И пристроившийся к мужику демон от этого сам чуть не мурлыкал. Но тут появился я и позволил Вэйду осуществить свою мечту — реально создать шедевр. Да, пиково он выдал в тот момент и во время работы наверняка очень много, но старый-то демон Желаний был опытный и сразу понял, что всё — кончилась его сладкая жизнь, ведь осуществивший свою мечту мечтатель перестаёт о ней мечтать. Обидно. Как только не набросился за такую подставу, вот в чём загадка. Только всё теми же старостью и опытом объяснить и можно.
Собственно, на этом наша беседа закончилась, и мы расстались «почти друзьями», во всяком случае, Херрен (а демона так и звали на самом деле) представился и «оставил свои координаты» в Тени с концепцией «заходи на бутылочку вина, как будешь свободен в этом веке».
– К демонам такие прогулки, – констатировал я, вернувшись в поместье. Что же, по крайней мере, это было… познавательно. Но до Собрания Земель я больше из поместья не выйду!
***
Собрание Земель, как много в этом звуке… В том смысле, что в прошлый раз я участвовал в подобном, будучи непонятно кем и на неизвестно каких основаниях. Формально — как член свиты Эамона, по факту же — опять приходилось лезть из кожи вон, чтобы все эти почтенные вельможи вытащили головы из задниц и начали делать то, что они сами должны были делать хотя бы просто из чувства самосохранения. И нет, я не про бегство из страны — те, кто решили пойти тем путём, в том Собрании как раз не участвовали, благополучно сбежав и… не получив за это никаких рестрикций и ущемлений.
Подавив очередную вспышку раздражения на своё прошлое, с уже набившим оскомину сюжетом «эльф-маг спасает страну и организует войска, пока сиятельные вельможи кривят губы и требуют, чтобы тот ещё и пару поручений для них выполнил, дабы эти самые сиятельные вельможи соизволили выполнить то, что является их Долгом и нужно им самим, чтобы просто уцелеть», я сосредоточился на моменте текущем.
В текущем моменте же… были знакомые лица. Впрочем, не только. Например, я с некоторым удивлением увидел делегацию из Орлея. Никем иным эти расфуфыренные шемлены в дорогих платьях быть не могли. И пусть я понимал, что да, война таки закончена уже почти два десятка лет как, всё равно видеть «мирных делегатов» было мне в новинку. В будущем они сбежали едва ли не раньше, чем известия о Море вообще достигли Денерима.
Помимо орлесианцев, в зале, где и будет проходить Собрание, присутствовали и представители Антивы, Вольной Марки (правда, без Киркволла), были даже послы Тевинтера и Неварры, хотя и те, и другие представляли собой скорее просто «дежурных вельмож» — слишком далеко располагались эти страны и слишком сложно Ферелдену было бы иметь с ними прямое общение. Хотя когда дело запахло поставками большого количества эльфийских рабов, тевинтерцы были тут как тут…
Впрочем, внешний вид и разнообразие различных представителей всевозможных «сильных мира сего» были ничем по сравнению с той волной отборного дерьма, что на меня вылилась от ощущения их Желаний. Власть, Похоть, Алчность, Зависть, Гнев, Гордыня… Словно в домен к какому-то Высшему зашёл, где тот собрал самых «отборных» сновидцев. Вот достопочтенный банн из Внутренних Земель, что очень хочет разложить дочку своего знакомца из земель Королевских. Сама дочка страшно завидует Аноре — слухи об их помолвке с юным принцем уже успели распространиться среди высшего света Ферелдена. Сама Анора, кстати, тоже присутствует в зале — её Гордыня, сдобренная пониманием того, какая Власть идёт к ней в руки, сияет не хуже яростного костра в ночном мраке. И такие тут были все или почти все. Даже Брайс, при всех его достоинствах, глубоко внутри был раздражён и раздосадован тем фактом, что Мэрик решил породниться «со вчерашним крестьянином», в то время как у самого Кусланда была дочь на выданье немногим младше будущей королевы. Но на фоне большинства других вельмож раздражение тейрна и его желание, чтобы будущей королевой стала Элисса, а не Анора, выглядели очень достойно и даже в некоторой степени мило.
Что же касалось самого монарха, которому Брайс как раз и представлял свою дочь… о, он оказался очень интересным человеком! Начиная с того, что «на поверхности» я не ощутил его желаний! Нет, он не был Усмирённым, само собой, но если обычный человек всё время, пусть и на краю сознания, о чём-то мечтает, даже «сиюминутно», вроде мыслей девушки «вот мне бы так» при её взгляде на более фигуристую представительницу прекрасного пола, то Мэрик был… полностью «инертен». Я даже подумал на какую-то очень специфическую защиту, всё-таки монархи о своей безопасности, как правило, заботились (не будем вспоминать дебила Кайлана), однако более тщательная проверка показала, что нет, он просто ничего не хотел. Вернее, хотел, но сам осознавал, что его Желание — несбыточно. И… это было очень интересно.
Однако более подробно и детально посмотреть замыслы короля я мог только ночью, когда тот спал, ну а пока приходилось выполнять роль не то чтобы экзотического питомца или статусной вещи, но чего-то близкого. Эдакого дорогого и высокооплачиваемого учителя-телохранителя для дочери, коим я вообще-то и являлся. И которым можно было похвастаться. Ну а так… скука. Элиссу представили уважаемой аристократии, уважаемая аристократия представилась Элиссе, как в общем виде, так и «в частности» — вроде Натаниэля Хоу, сына Рэндона. Как почтенный тэйрн был очень не против породниться с королевским родом, так эрл Хоу был бы очень рад породниться с родом своего сюзерена. Правда, как показало изучение желаний самого Рэндона, ещё более тот был бы рад, сдохни все Кусланды разом и «верни всё то, что они бесчестно отобрали». Но последнее эрл скрывал мастерски и очень достоверно изображал дружбу и вассальную преданность.
Ещё в глаза мне бросилось кое-что необычное и откровенно тревожное. Ранее, в бытность свою смертным, я этого не понимал — у меня не было нужных знаний и умений, да и других дел хватало, вроде Мора и попыток не сдохнуть, плюс означенный Мор сильно влиял на политические расклады… кхм, к чему это я? А к тому, что Орлей, выпнутый за дверь мощным пинком стального сабатона Ферелдена, теперь отчаянно лез в окно. Так я услышал одну сплетню, мол, Логейн повздорил с Эамоном, поскольку тот «на старости лет» всё-таки решил обзавестись наследником, и всё бы ничего, но женился он на некой Изольде — дворянке из Орлея. И очень набожной девице.