Плохая концовка (СИ)

– И какие это требования? И что конкретно ты будешь мне предлагать в качестве помощи? Связываться с тем, кто будет вызывать у меня неприязнь и отторжение, да ещё и ничем помочь не сможет, я не хочу — в Ферелдене таких личностей и так полно, – не стала тянуться за словом в карман девушка.
– Аха-ха-ха-ха… ловко, – я улыбнулся, на этот раз — шлемом, что выглядело довольно пугающе, ибо веселье весельем, но и чуть одёрнуть леди стоит, в Тени наглость могут себе позволить только достаточно сильные существа, и к ним молодая Кусланд не относилась, во всяком случае, пока что.
– И-и-итак? – подавив удивление и испуг, спросила моя ученица.
– Ну что же, по характеру ты уже подходишь. Следующее… Я терпеть не могу церковников и этих блаженных, что вместо мозгов имеют только Песнь Света. Потому если ты искренне веруешь в Создателя, то мы вряд ли подружимся — каждый раз, когда монашки открывают рот, у меня начинает ломить зубы.
– Я и сама их не жалую, – пожала плечами Элисса, – они из Орлея, а с Орлеем у нас не лучшие отношения. Но если я их не жалую, это не означает, что я буду их резать, распинать или топить в кипящем масле!
– Какая ты, однако, кровожадная, – я усмехнулся, теперь просто донеся до неё «хмык» из-под шлема, – но не беспокойся, я ничего такого от тебя требовать и не собирался. В конце концов, оголтелые вооружённые фанатики — это к церковникам, мои же подопечные нужны мне здравомыслящими и не творящими глупостей.
– Хмх… – ей явно не понравилось, что её назвали «подопечной», то есть младшей и зависимой. И, разумеется, она очень хотела это положение изменить. – Разве договор с Духом — это не партнёрское соглашение?
– Верно, – я кивнул, – но партнёры не равны. Я буду тебя учить, снабжать энергией, защищать как в Тени, так и, в некоторой степени, в обычном мире. Потому могу ставить условия.
– Разве ты не будешь получать за это эмоции и чувства реальности? – спросила Кусланд. – И подобная плата тебе будет весьма выгодна.
– Буду. И да, выгодна. Но, девочка, не настолько выгодна, чтобы продаваться в рабство. Я спокойно держу «договоры» более чем с десятком смертных. Потому могу позволить себе побыть привередливым и повыбирать.
– Ладно, – нехотя буркнула аристократка, что по-прежнему не испытывала восторга, но подобную позицию вполне принимала, в конце концов, парадигма «слушаться учителя» довольно сильно у неё развита, не без моих стараний, конечно, но всё же, – хорошо. Что ещё?
– Ещё… В прошлом, до своей смерти и становления духом, я был эльфом, потому если ты презираешь эльфов или что-то в этом роде, то мы тоже друг другу не подойдём.
– Эй, у меня в порядке с этим! Мой род никогда ничего такого не делал! – возмущение было вполне искренним.
– Прекрасно. Ну и третий момент. Я — мужчина. И мне нравятся женщины. В том самом смысле, о котором ты подумала, нравятся. И не нравятся мужчины. Да, тоже в том самом смысле. И поскольку мы будем связаны друг с другом на, скажем так, чувственном уровне… Никаких мужчин в твоей постели!
– Ам… эм… – она покраснела, – н-но… я же должна буду выйти замуж когда-нибудь. Детей там завести…
– Хм… До этого тебе далеко, и… Там решим, – с некоторым недовольством «отложил я проблему на потом». Совсем уж «давить» на девушку не стоит. Ну а как я намереваюсь «решить проблему потом»… м-м-м, есть пара-тройка интересных мыслей.
– Хорошо, – печально согласилась она.
– Отчего такая грусть?
– Это… не важно! – недовольно рыкнула она.
– О, кажется, у нас возникло недопонимание… Я не запрещаю тебе развлекаться. Но не с мужчинами.
– Ты имеешь в виду…
– Что твой наставник видел, куда ты порой поглядываешь на теле Каллиан, когда думаешь, что никто тебя не замечает… Что же, юная дева, одобряю! Полностью поддерживаю и одобряю!
– Как же стыдно, – прикрыла глаза девушка. – Надеюсь, на этом всё? Больше требований нет?
– Нет, – я покачал головой, – в остальном делай что хочешь. Ну что, согласна на такие условия?
– Согласна! – выдохнула она.
– Что же, тогда по рукам, – я протянул руку, которая была незамедлительно пожата. Отлично. Теперь можно будет заняться и Элиссой на полную… во всех смыслах этого слова. – Пойдём.
 
– Куда?
– Учиться. Или ты уже передумала?
– Нет! – яростное мотание головой. – Но… у меня всё снаряжение в тренировочной, а мы сейчас в спальне…
– Мы сейчас в Тени, так что это небольшая проблема, – я открыл дверь её комнаты, что теперь выходила сразу на тренировочный плац.
– Ох, точно, но я почему-то забыла об этом…
– Воздействие Тени на неподготовленный разум. Со временем и практикой ты сможешь сохранять ясность разума и всегда понимать, где ты находишься, но пока подобные мелкие происшествия будут случаться. Но ладно, беги к наставнику и подругам, пока тебе нужно усвоить общие приёмы и развить тело, о чём-то более сложном поговорим потом.
– Ясно… – и девушка послушно прошла за мной в Домен. Там на миг её охватил туман, и «Дух в доспехах» исчез, зато…
– О не-е-ет, теперь от неё не избавиться и во сне! – Каллиан быстро заметила свою подругу и была очень рада её видеть, но она не была бы собой, если бы сказала это прямым текстом.
– О да-а-а, вы будете Страдать! – кровожадно оскалилась Элисса.
– Что же, вижу, всё прошло хорошо и энтузиазма у тебя достаточно, тогда… вставай. Пусть тут можно растягивать время и отменять усталость, ночь всё-таки имеет свойство кончаться.
– Да, Наставник! – довольно кивнула девушка, даже не заметившая и не осознавшая, что уже облачена в броню и у неё на поясе клинок, а на руке висит щит — просто восприняла это как должное. Что же, это будет интересно.
 Глава 23 
«Дорвавшаяся до секрета» Элисса принялась заниматься как одержимая. «Сон для слабаков» — вот её девиз. Если раньше Каллиан, Ирис и Шианни во сне занимались через день-два, всё остальное время отдыхая в обычных грёзах, то молодая Кусланд сама (!) целенаправленно (!!) вламывалась (!!!) в мой Домен и оттачивала там навыки. На одном желании! Да и мою силу она усваивала с какой-то иррациональной жадностью. Потому через пару месяцев уже вновь заставляла потеть Каллиан и Ирис, гоняя их обеих. Разумеется, это не могло не сказаться на «гордости эльфов», и вскоре таких «ломящихся» тренироваться-учиться стало три, а потом и Шианни, не иначе, чем увлёкшись и «за компанию» с сёстрами и подругой, тоже начала. В общем, мне, откровенно говоря, было и любопытно, и немного страшновато от того, что может вырасти из этих девочек, продолжи они в таком же духе.
Но время шло, яркие перекосы в подготовке выправлялись, и жизнь в замке Кусландов постепенно обретала комфортную для всех стабильность. События же в остальном мире, напротив, оживились. Прежде всего, пожалуй, стоит отметить моё знакомство со знаменитым в узких кругах Андерсом — великим балагуром и возмутителем порядка всея Круга Ферелдена. Как ни метался и ни крутился старший ученик Винн, но избежать взросления он не смог, а потом, естественным образом, угодил-таки на ритуал Истязания.
Честно признаюсь, никаких особых чувств я от этой «судьбоносной» встречи не испытал. Да, я был с ним заочно знаком, а его желания довольно во многом сопрягались с моими собственными, но именно поэтому я скорее испытывал к нему некую сдержанную неприязнь. Сложно не испытывать неприязнь к развязному прохвосту, который регулярно сбегает из Круга в сторону какого-нибудь борделя или кабака и при этом является старшим соучеником девушек, что являются твоими подопечными. Тут хочешь не хочешь, а будешь вести себя как Малкольм Хоук, тем более чётко ощущая, что определённого рода желания в сторону двух нежных цветочков из своего окружения у мерзавца уже есть.
По-мужски понять парня я вполне мог, тем более пусть, на мой вкус, девочкам ещё было рано вступать в действительно взрослую жизнь, но за пределами Круга в их возрасте уже считалось бы нормальным и детей родить. В любом случае даже я, чей вкус к женщинам формировался в специфических для обычного жителя мира условиях (и по сути являлся результатом запечатления образа Морриган, с которой и я познакомился уже в двадцать лет, и она была даже чуть старше меня), не мог отрицать их юную красоту и свежесть. Так что да, по-мужски понять мог. Вот только это понимание ни разу не умаляло мой эгоизм, жадность и развитое чувство собственника, а они требовали удавить паразита, что посмел покуситься на моё.