Плохая концовка (СИ)
– Ладно, – нельзя сказать, что Адайя была счастлива предложению, но и ярого негатива я не ощутил. В общем, работать можно, а дальше — посмотрим. Ещё бы найти где хоть сколько-то грамотного организатора, чтобы мог потянуть именно управление и снабжение — снова погружаться в тот Ужас, что я испытал с этим во времена Мора, мне категорически не хотелось, а раз я не желаю, значит, нужно найти того, кто будет делать это за меня! Но для начала посмотрим эльфов и людей Амарантайна.
Глава 20
Торговая столица всего северо-запада и центрального севера Ферелдена встретила нас с Адайей гулом толпы, скрипом телег, блеянием различной живности и прочими звуками города, что живёт торговлей и никогда не затихает. Плюс мою суть окутал очередной поток Силы от всех тех желаний, что обретались за старыми стенами, откровенно говоря, давно требующими основательного ремонта, если вообще не перестраивания с нуля и подальше — город стремительно разрастался, и для всех в пределах старых стен места уже не находилось. В итоге самые бедные жители возводили свои халупы за укреплениями, порождая настоящие трущобы. В каких условиях в таком «замечательном» поселении тогда живут мои бывшие сородичи, представлять и вовсе не хотелось.
Но вернёмся к желаниям и их потоку. Накал был довольно сильным, но уже в некоторой степени привычным, так что держать его я мог спокойно. Тем не менее нельзя было не отметить, что заявились мы уже по снегу, когда торговая активность на суше несколько снижалась, а водная через Недремлющее море и вовсе замирала из-за начала сезонных штормов. А вот летом в город без крайне веской нужды лучше не соваться даже мне. Тело, конечно, разнести не разнесёт, но на удержание себя в адекватном состоянии точно придётся потратить много моральных сил и концентрации, чего на ровном месте не сильно хочется. На «неровном», конечно, тоже, но там уж если припрёт… Кхм, не важно.
Итак, Амарантайн… Сказать, что город мне не нравился — это изрядно преуменьшить. Не то чтобы у меня чесались руки обрушить на это место Огненную Геенну или сразу Бурю Века, но вот идея как минимум подорвать местный Центральный Собор, казармы храмовников и просто устроить аристократии ночи незабываемых кошмаров… да, эта идея при повторном посещении зацепила меня крепко. Да и теперь у меня появилась чёткая убеждённость, что Хоу я в своё время прикончил не зря. Жаль только, что торопился и блюл приличия, а потому умер он быстро и почти безболезненно. Да, очень и очень жаль.
Почему? Ну, начнём, пожалуй, с эльфинажа. Признаться, за эти месяцы в Хайевере я как-то успел немного подзабыть, что жизнь городского эльфа — то ещё дерьмо. Что же, мне не преминули напомнить. Если в Денериме «эльфийская община» всё-таки была частью города, пусть нищей, пусть проблемной, жители которой старались все свои дела решать без людей, но всё-таки частью, то в Амарантайне эльфинаж представлял собой натуральный загон. Даже вход и выход из него очень жёстко регламентировались. И если в других городах это ещё хоть как-то можно было свалить на комендантский час, то вот здесь… очередная бессмысленная жестокость.
И словно в насмешку, Центральный Собор расположился на холме, в престижнейшей, «аристократической» части города. Он утопал в цветущих деревьях и кустарнике. С учётом того, что сейчас был явно не сезон, полагаю, жрицы заставили кого-то из магов расстараться «во имя Создателя». Паперть, правда, там действительно была, и на ней действительно обретались несколько нищих и беспризорников. Ещё там же стоял «брат-песнопевец» — тот самый чудик, что пошёл в монахи, прекрасно понимая, что за пределами Тевинтера или корпуса храмовников его положение в церкви выше уровня служки никогда не поднимется. Плюс они ещё и брали на себя обет говорить только Песнь. То есть в любой ситуации цитировали Песнь Света. В общем, тупые фанатики, но безобидные и даже бывающие полезными.
Ну да Создатель с ним, с этим монахом. Куда больше меня заинтересовали побирушки. Было их не особо много — тут всё-таки приличный район, и стража, очевидно, гоняет всяких «порочащих прекрасные виды» бедолаг. Полагаю, если бы я сейчас не был облачён в богатый доспех, то есть с чужой точки зрения был минимум банном, что может себе позволить и дорогие оружие с броней, и «эльфийку-слугу», то к той же Адайе уже бы прикопались, возможно, что и не единожды. И это — несмотря на то, что оружия у неё при себе не имелось!
В общем, нищие, да… Я взглянул на пару мужчин и откровенно потасканную женщину неопределённого возраста — такой, пожалуй, побрезгует и бывалый моряк, вливший в себя бутылку рома и не видевший женщин полгода. Ни навыков, ни потенциала — очевидно, какие-нибудь разорившиеся и опустившиеся работяги да бездетная вдова или жена такого разорённого. Сироты же… очень быстро растоптали мои надежды своими эмоциями и желаниями — теми, которые испытывали в реальности, а не которые демонстрировали. Зависть, злоба, жажда возвыситься, стать хозяевами и презрение ко всем взрослым, даже тем, что подавали им милостыню и которым они благодарно улыбались на публику. С такими слишком много возни, слишком неоднозначный результат может получиться и сто процентов никакой лояльности — не тот уже возраст, чтобы посадить и взрастить нужные семена, и уже не те характеры, чтобы проникнуться чужой помощью. Они уже привыкли получать просто так и только за то, кем они являются, привыкли отвечать на чужую жалость и доброту скрытой насмешкой, привыкли воспринимать полученные медяки не как чужую милость, а как свою личную заслугу в умении строить жалобную рожицу, и мои вложения в себя они воспримут так же, мол, не я их выбрал для своих целей, а они настолько хорошо сыграли, что я оказал им поддержку, а значит, это они хороши, а не я милосерден, они заслужили, а не оказались в долгу…
– Не то, – я покачал головой. – Идём дальше, – моя спутница лишь кивнула, удерживая на лице маску безразличия, хоть внутренне и кривилась брезгливо при виде этой неприглядной картины.
Потенциально полезные рекруты нашлись во втором предложенном месте: дешёвом трактире. Правда, как ни странно, заинтересовавший меня человек не пытался надираться местным пойлом. Он работал в сём «почтенном» портовом заведении… вышибалой. Довольно необычная профессия, как для того, у кого нет ног. Зато есть место за столом, лук и пучок стрел с тупыми «кулачковыми» наконечниками. Поскольку народ вокруг был простой, то к такому способу утихомиривания относился с пониманием.
Что же касалось самого бывшего наёмника… Мужчина с побитыми сединой волосами буквально излучал «насупленную мрачность», по-другому это назвать было сложно. А ещё… я ощущал полное отсутствие желаний с его стороны. Он не хотел жить, но цеплялся за эту жизнь скорее по привычке. Он не увлекался вином, поскольку не видел в этом смысла. Спроси его, зачем он живёт, и этот мужчина не смог бы дать ответа. Проклятье, да некоторые Усмирённые выглядели более живыми, чем этот калека. Но при всём при этом лучник поддерживал себя в хорошей форме, не запускал оставшееся тело даже не на голой воле — на вбитых в саму суть рефлексах и привычках. Довольно любопытный персонаж. «Я слишком дисциплинирован, чтобы лезть в петлю, но если выдастся шанс помереть в драке, то с удовольствием». Пожалуй, именно так можно было охарактеризовать этого человека. Что же, запомним и навестим ночью. Ну а пока — пойдём к следующему.
Всего по итогу удалось найти шестерых потенциальных кандидатов. Кажется, что немного, но не стоит забывать, что сейчас относительно спокойные времена и дружина в сотню клинков для одного банна считается уже очень достойной армией. Не всем быть Тейринами, Герринами, Мак-Тирами или Кусландами, чтобы по несколько тысяч отборных латников выставлять при первой нужде. Многие мелкие аристократы имеют хорошо если десяток слуг, что хотя бы знают, с какой стороны за меч хвататься. Ну и калеке на улице долго прожить сложновато, даже если он что умеет необычного. Так что аж шестеро — это уже неплохо с одного города.