Финист Урван и око василиска (СИ)

Обескураженный Позвизд бросился следом за офалмоном. За десять метров от земли он успел настигнуть око и захватить его в эпицентр вихря. Камень оказался достаточно громоздким для ослабленного демиурга.
Позвизд решил не возвращаться в грот. Сражаться с братьями, будучи обременённым тяжёлым глазом, было слишком рискованно. Целостность ока для змея намного важнее, чем месть предателям. Обретя свой орган, василиск сам покарает отступников, и сейчас тратить на них силы не имеет смысла.
Позвизд что есть духу понёсся к своим соратникам, рассуждая, что вчетвером они быстрее доставят офалмон к господину. К тому же необходимо разузнать, как обстоят дела на поле брани. Сумели ли его товарищи одолеть финиста, или сражение ещё полыхает и им нужна помощь.
Братья медленно приходили в себя. Зинон швырнул на пол кувалду и бросился к Замврию. Младший чародей по-прежнему сидел на полу и внимательно осматривал чашу, желая удостовериться в целостности и невредимости зелья. В противовес брату, у Зинона были другие приоритеты. Он упал на колени перед Замврием и принялся тщательно его осматривать со всех сторон. Он хотел убедиться не пострадал ли единственный родной человек во время атаки.
Вздохнув с облегчением, он быстро вскочил на ноги, протянул руку и помог Замврию подняться. Какое-то время они молча стояли друг против друга. Наконец, Замврий набрался смелости и нарушил молчание:
— Ты как хочешь, а я иду спасать финиста и дивногорцев, — решительно заявил он.
— Вижу тебя не остановить, брат, — печально выдохнул Зинон. — Значит, я иду с тобой.
— Ура! — вскричал от радости младший чернокнижник и обнял правой рукой старшего.
— Мне плевать на финиста и тем более на дивногорцев, но я не оставлю тебя одного против гамарталонов, — буркнул Зинон, не разделяя его восторга.
В полной тишине братья подошли к краю пещеры. Замврий утвердительно кивнул и схватился ладонями за ушки чаши. Зинон послушно вознес руки к небу и принялся сосредоточенно произносить заклинания. Сосуд, как и в предыдущие разы, сильно затрясся, отвар закипел, выпуская клубья красного пара. Логово мгновенно наполнилось густым влажным туманом.
Младший волхв поднёс кубок к устам и припал к зелью. Когда отвара осталось ровно половину, он незамедлительно передал сосуд Зинону. Тот, не мешкая, осушил чашу до дна.
Действие заклинания проявилось мгновенно. И вот уже с братьев одновременно исчезла одежда, а сами они почувствовали, как превращаются в грифонов. Минутная трансформация, и двое молодых людей полностью обернулись львами.
Зинон расправил крылья и первым бросился вниз. Подгоняемый беснующимся холодным ветром, он стремительно полетел к Дивногорску. Не медля ни минуты, Замврий следом за братом также кинулся с обрыва и полетел вдогонку.
К стенам города Позвизд прибыл достаточно быстро, рассчитывая, что к его приходу соратники уже покончат с Урваном. К немалому удивлению демиурга, одинокий финист был жив и по-прежнему сражался. Правда, за время многочасового боя он заметно утомился. Его движения замедлились, а пируэты стали менее грациозны. Одежда юноши насквозь промокла от пота и источала неприятный запах.
К счастью хранителя, леший и водяной успели растратить значительную часть магических сил и тоже порядком измотались. Демиург воды еле-еле выдавливал из себя новых рептилий, которые, впрочем, не могли нанести серьёзных увечий Урвану. Поскольку их размеры резко уменьшились, а яд и вовсе отсутствовал.
Гамарталон земли стоял по пояс в котловане, который сам и вырыл, пока зачерпывал почву для комков. Метал он снаряды лениво и неуклюже, больше для вида, чем для достижения результата.
Позвизд закружил над битвой, чем и привлек внимание Вия, который всё ещё находился на макушке лешего. Отсутствие рядом с ним братьев красноречиво свидетельствовало об их предательстве. Василиск оказался прав, когда предположил, что Замврий может попасть под влияние финиста.
Вий спрыгнул с головы гиганта и преобразился в летучую мышь. Не задумываясь, нетопырь полетел прямиком к вихрю. Уже на подлете рукокрылое чудовище жутко взвыло и выпустило из глаз бурый луч. Яркий, как молния, он осветил долину словно зарница. Неожиданная вспышка прервала наземную баталию. Урван, леший и все пресмыкающиеся остановились в недоумении и вытаращились в небо. Тем временем багровый поток пробил смерч насквозь, едва не задев офалмон. Воздух вокруг него закипал, издавая мощный раскат грома.
 
Невыносимый жар доставлял сильнейшие страдания Позвизду, которые можно было сравнить с ударом ножа в брюхо. Ветряную воронку после пяти секунд воздействия луча разорвало изнутри. Ошмётки демиурга рассеялись по всему небу в виде тысяч маленьких завихрений.
Око камнем рухнуло вниз. Оно падало, врезаясь на пути в воздушные воронки и после каждого раза меняя траекторию.
Вий возжелал присвоить офалмон себе, ради этого и пошёл на предательство и уничтожил своего собрата. Он немедленно спикировал, в надежде схватить камень, пока тот не рухнул на землю. Нетопыря трясло и швыряло из стороны в сторону всякий раз, когда он проносился сквозь завихрения. Ему с трудом удавалось выдерживать ровную линию.
Спустя тридцать секунд летучая мышь настигла око и схватила его задними лапами. Не меняя направления движения, Вий последовательно выпустил три пурпурных молнии по заранее обозначенным целям и продолжил пикировать.
Первая отвесно ударила в болото. Жижа внутри водоёма мгновенно испарилась, а ряска загорелась. На дне топи среди бушующего пламени осталось лежать обугленное тело водяного, без всяких признаков жизни. Все рептилии после удара молнии с характерным шипением испарились, как если кружку воды выплеснуть на раскаленную печь.
Вторая попала лешему в шею и прошла навылет. Голова гиганта отлетела и брякнулась недалеко от финиста. Загривок титана горел ярким пламенем и из него валил чёрный дым.
По инерции обезглавленное тело великана сделало пару шагов вперед, затем качнулось и завалилось назад. С грохотом он полетел вниз и плашмя рухнул на грунт. От падения земля затряслась, словно произошло землетрясение.
Третья молния держала курс точно в финиста. Она летела быстрее стрелы, выпущенной из самого мощного арбалета. Одного-единственного попадания разряда вполне хватило бы, чтобы испепелить Урвана дотла.
Хранитель машинально вскинул глефу и прикрылся лезвием. Луч ударил клинок и рассеялся. Оружие защитника полностью поглотило энергию потока, не оставив от неё и следа. Ни на металле, ни на древке не осталось и царапины.
Финист не понимал, что происходит. В его голове крутился один-единственный вопрос: «Почему верховный демиург напал на своих соратников?» Ведь пока он живой, смерть боевых сторонников совсем не выгодна для него. Разумнее было сначала убить защитника, а после нападать на своих слуг.
Вий с высоты оглядел сражение и был неприятно ошарашен. Его внезапная атака не принесла желанного результата. Враг по-прежнему не только держался, но и сражался дальше, тогда как собратья тлели от разрядов его молний.
Разъярённый Вий взревел. Он начал летать вокруг Урвана, выпуская одну за другой бесчисленные молнии. После двух-трёх выстрелов он издавал оглушительный вопль и вновь продолжал метать свои огненные снаряды. Гамарталон надеялся, что из множества молний, хоть одна да попадёт в юношу и испепелит его.
Хранитель ловко отбивал все багровые потоки глефой и лишь изредка уворачивался от лучей. Он слишком устал, чтобы так изящно, как несколько часов назад, выписывать грациозные пируэты. К сожалению, от крика демиурга защититься не было возможности. Наезднику приходилось переносить вой чудовища, не отвлекаясь на него.
 
После сотни выстрелов Вий почувствовал, что начинает растрачивать свои силы. Если он продолжит в том же духе, то через несколько часов будет полностью обессилен, как леший и водяной. Поэтому требовалось срочно придумать неординарный ход, который застигнет Урвана врасплох.
Минутой позже гамарталон вспомнил, как много лет назад стал свидетелем действия офалмона на хранителя. Когда финист попытался взаимодействовать с оком, он впал в некое подобие анабиоза и провалялся несколько минут без сознания. В тот момент он был уязвим для абсолютно любой атаки, его можно было убить даже обычной кухонной вилкой.