И пришел Лесник! 11 (СИ)

— Ну чего, агент. Тормози своих шавок или башку отрежу! — гаркнул я ему на ухо. Я случайно задел пальцем рычажок на ручке и щит сделался прозрачным, но слава Богу хоть не исчез. Роботы моментально замерли, увидев Эммануэля Зерга с плазменным клинком на шее.
— Они не будут нападать, — прохрипел карлик, извиваясь как угорь.
— Слышь, чудило, успокойся, а то ещё раз тресну по кумполу, — зловеще пообещал папаша Кац потрясая своей железкой перед носом агента Смита. Тот замер, мы продолжили пятиться к лифту.
— Слушай и запоминай. Сейчас ты им крикнешь, чтобы свалили куда-нибудь, — быстро прошептал я. — Масло там поменять или ещё что. И чтобы на космодроме из них никого не было, понял? Мы совершим с тобой прогулку на поверхность на челноке. Есть там челноки?
— Есть, — красный от натуги карлик моргнул в знак согласия.
— Вот и замечательно. Вызывай лифт.
— Быстрее, Лесник. Мне резко стало хуже. Наверное, из-за этой физзарядки. Давай мне батарею, — она протянула лапу.
— Не здесь. Сначала мы сядем в челнок, — створки лифта распахнулись, и мы все вместе зашли в просторную светлую кабину. Папаша Кац показал средний палец куда-то в потолок, Кобра ощерилась, показав кровавые дёсны. Кровь была её, не роботов же. Значит и правда дела у неё неважны. Потерпи, дорогая, уже почти всё. Сейчас отдохнёшь. Она пошатнулась и схватилась за грудь. Открыв пасть, оборотень начал отхаркивать куски лёгких вместе с кровью прямо на пол сверкающей белизной кабины лифта. Сгибаясь в неудержимых спазмах, Кобра заходилась кашлем. Папаша Кац с ужасом смотрел на всё это. Бросив свою хреновину, он обнял её за голову. Маленький оборотень затих и благодарно кивнул. Видимо ей немного полегчало. Лифт остановился, двери открылись. Я выставил щит вперёд и осмотрелся. Вроде пусто, а там кто его знает.
— Где челнок, чучело? — прохрипела Кобра.
— На третьей площадке. Там внутри мой пилот, — нехотя ответил карлик.
— То, что надо. А ты главный здесь, как я погляжу? Свой челнок, охрана, роботы. Жить хочешь? — спросил я.
— Хочу. Я отведу вас к челноку и улетайте.
— Ага, шустрый какой, — проскрипел папаша Кац. — А ты его взорвёшь дистанционно, да? Нет уж, с нами полетишь, гнида.
— Могу и с вами, только дайте мне респиратор, как я там внизу буду? — жалобно пропел агент Смит.
— Если всё нормально, то выходить наружу тебе не придётся, — каждый из этого понял своё. Я например, что прикончу его ещё в челноке. Он же, наверное, возомнил, что полетит назад. Вот только назад уже будет некуда. До челнока дошли без происшествий. Он стоял с откинутым пандусом. Кобра метнулась внутрь и вскоре притащила бледного перепуганного пилота.
— Довезёшь их до поверхности. На Остров, — распорядился агент Смит. — И сразу назад.
— Слушаюсь, — кивнул пилот и получив пинка от папаши Каца помчался обратно.
— Ну, что, Жень. Пора, — пролаяла Кобра, отплёвываясь кусками лёгких с кровью. — Я почти всё. Я рада, что была в твоей коман…
В этот момент отовсюду показались роботы. Они моментально запрудили весь космодром. В первые мгновения мы застыли с открытым ртом глядя на них. Их было десятки, возможно даже сотня. Кого здесь только не было. Воспользовавшись нашим замешательством, агент Смит дёрнулся из моей руки пытаясь сбежать. Рывок получился неудачным, и Эммануэль Зерг потерял голову. В буквальном смысле. Его кучерявая голова соскочила с плеч отрезанная плазменным клинком и покатилась по покрытию космодрома. Остановившись, она уставилась на нас с осуждением. Первой очнулась Кобра и выхватив у меня из руки батарейку, одним мощным прыжком исчезла среди хитросплетения труб на потолке.
— Валите отсюда быстрее! — донеслось до нас и космодром окутал шквал огня.
  
Глава 28
 
Свободное падение
 
Я успел прикрыться от выстрелов силовым щитом, который до сих пор был у меня в руках. После двух плазменных шаров он тут же помутнел, третьего он уже не выдержал. Я оглянулся, папаши Каца нигде не было видно, пандус начал подниматься. Кобра исчезла вместе с батареей, а взрыв будет мгновенным. Прикрывшись щитом насколько это возможно я побежал вверх по пандусу. Изя сидел уже рядом с пилотом нацелив на него пистолет, у самого пилота была расстёгнута кобура. Молодец, папаша Кац.
 
— Наконец-то, гони, голубчик, — проскрипел знахарь и ударил рукояткой пилота по плечу. Тот вскрикнул, словно Изя удалил ему почку и начал лихорадочно щёлкать тумблерами и нажимать кнопки.
— Нам коридор не дали, — чуть не плача проблеял внешник. — Как же мы?
— Каком вверх, включая бортовые лазеры, — прикрикнул на него я. — Роботы в состоянии пробить броню челнока?
— Если сфокусируют несколько орудий, то вполне, — кивнул он и добавил. — У меня нет лазеров.
— Что вообще никакого вооружения? — поднял я бровь. Вот угораздило нас, ещё бы трамвай угнали. И тут я вспомнил, что это тачка карлика, а он здесь главный. — Не гони, агент Смит сказал нам, что тачка у него по полной заряжена.
— Но лазеров нет, вам обязательны они? — втянув голову в плечи от страха спросил пилот.
— Дебил, вооружение есть? — замахнулся на него пистолетом папаша Кац.
— Не бейте только. Конечно есть, но вы спрашивали лазеры. Плазменные пушки, устроят? — с круглыми от ужаса глазами спросил он.
— Понятно. Где пульт управления огнём? И папаша не прессуй его, а то он помрёт за пультом от страха. Подбодри лучше.
— А… понял. Не дурак! — знахарь положил пистолет на панель подальше от пилота, а сам схватил его руками за виски. Тот сразу расслабился и даже стал улыбаться.
— Нам только оргазма здесь не хватает. Пусть взлетит, я большего не просил, — я строго посмотрел на папашу Каца. Пилот открыл глаза и крепко взял штурвал в свои руки. Челнок медленно покатился к шлюзу под номером семь. Я уселся на место бортстрелка. Здесь всё понятно! На мониторе передо мной вспыхнули шесть спаренных плазменных пушек. Две под днищем, две сверху и две по бокам. А ещё экран показал мне семьдесят четыре вражеские отметки. Некоторые были больше, это без сомнения ликвидаторы, некоторые поменьше. Похожие на гончих, но все они обладали оружием и палили из всех стволов. Пока ими никто не командовал и огонь вёлся разрозненно. Но вот из грузового шлюза выкатили что-то новенькое. Судя по пятну на экране, это было нечто напоминающее немецкую «Большую Берту» в первой мировой войне. Древняя мортира могла, наверное, продырявить нас на вылет. Понятно надо сваливать! Я навёл все шесть турелей сразу на неё, пока внешники не успели развернуть орудие и ударил по кнопке. Корпус челнока конвульсивно дёрнулся и вроде даже быстрее покатился. Направленный компьютером залп ударил без промаха. От их мортиры осталась только станина, всё остальное расплавилось вместе с несколькими внешниками суетившимися рядом.
В ответ мы получили два плазменных шара в щель не закрывшегося до конца пандуса. На борту начался пожар, папаша Кац схватив пистолет помчался зачем-то в горящий отсек. Система пожаротушения автоматически справилась с небольшим возгоранием и пандус окончательно закрылся. Все системы показали готовность к взлёту зелёным светом на панели. Но лететь пока было некуда, шлюз по-прежнему оставался закрытым. Пилот, не переставая ругался с диспетчером и кричал, что его сейчас сожрут если, он не улетит с платформы.
В этот момент дала знать о себе Кобра. С заткнутой за кожаный пояс батареей она свалилась с потолка и не особо раздумывая оторвала голову ликвидатору. С её силой, особенно сейчас под коктейлем и спеком, это не составило труда. Примерно, как пластмассовой кукле. Ликвидатор замер, не потому что он «умер», в голове у него находился баллистический центр. Прицеливался он тоже по старинке «глазами». Сразу за ним и второй остался без надстройки. Только после этого остальные перевели огонь с челнока на Кобру, но попасть по ней не могли, как не старались. Турели ликвидаторов не успевали поворачиваться за Коброй и перебив с десяток коммуникаций бросили это дело снова повернувшись к челноку. Я не терял время и пока Кобра показывала головокружительные трюки я попробовал ворота шлюза. Сфокусировав точно посредине все двенадцать имеющихся у меня стволов, я нажал на кнопку. Рядом с ней была ещё одна на ней было написано «временное увеличение урона». Я нажал и её до кучи. Орудия стали чаще стрелять, изрыгая плазму порциями по пять шаров за один раз. Температура стволов резко поползла вверх. До перегрева оставалось меньше минуты. Шлюз под номером семь раскалился сперва докрасна и перед тем, как стволы остановились от перегрева, стал белым, но до сих пор не лопнул.