Анна (СИ)

Дверь с едва слышным скрипом приоткрылась, в комнату чуть ли не на цыпочках проскользнула уже знакомая со вчерашнего дня тетушка, которая в имении то ли за экономку, то ли просто за кухарку. Рейм звал ее Таей, если не ошибаюсь.
Женщина, обладательница пышных форм, двигалась по комнате быстро и почти беззвучно. Что лично меня немного озадачивало.
Захотелось даже понаблюдать за ней еще какое-то время, не выдавать себя, но Тая обернулась, заметила мой взгляд и виновато улыбнулась.
— Добрый день, миледи, — поздоровалась она, оставив на спинке стула одежду, кажется. — Я вас разбудила?
Ну, ссориться с милой женщиной мне однозначно было не с руки, хотя поведение ее меня настораживало. Поэтому я улыбнулась и мотнула головой:
— Ни в коем случае. Я прекрасно отдохнула и выспалась, несмотря на капризы местной погоды. Спасибо за вашу заботу.
— Это хорошо, — закивала головой она. — На непогоду не обращайте внимания, миледи. Здесь такое часто происходит, но мы хорошо знаем, как защититься. Чем южнее, тем изменчивее погода. В песках и не такое может произойти, — затараторила она. — Надеюсь, и бальзам помог вам. Он по давнему рецепту еще моей бабушки. Она разбиралась в травах, лечила здесь почти всех. Роды принимала. Даже нашего хозяина у его покойной матушки. Он рассказал о том, как вы упали с коня. Мне невероятно жаль, что это произошло.
Итак, родился Рейм здесь. Вдали от столицы. Любопытно.
И тут я замерла.
Бальзам. Мне стало не по себе чуть-чуть. Почему-то я не могла вспомнить, пользовалась ли мазью. Но тут заметила полупустую баночку, оставленную рядом с кроватью, и стало немного плохо. Все-таки лечил меня? Боги, стыдно как. Я была уверена, что это просто сон. Я откровенно покраснела, стоило подумать о случившемся.
Ох, Рейм. Как мне теперь смотреть тебе в глаза?
— Да, бальзам просто удивителен, — стараясь не выдать настоящих чувств, разъедающих душу, несколько бесцветно ответила я. — Не знаю, как вас и благодарить за чудесное исцеление.
И не соврала, спина не болела вообще. А значит, я могу найти Рейма и треснуть его в конце концов чем-нибудь… что под руку попадет. Просила же позвать служанку.
— Не стоит. Это не моя заслуга. Все это травы, немного знаний и простенькие слова… — отмахнулась женщина.
А я уловила несколько больше, чем она хотела мне, наверное, сказать. Слова… слова, а значит, и магия. Понимала ли эта женщина, что их семейный рецепт далеко не так прост, как она считает? И в том же Ньеркеле ей пришлось бы многое объяснить.
Очевидно, в этих землях все было иначе. Неужели мы уже вне королевства моего любимого дяди? Может быть, именно поэтому Рейм смог найти и учителей, и литературу, и возможности, чтобы научиться магии?
— Рейм рассказывал, что до ужина его не будет, — совершенно спокойно продолжала Тая, собирая мои вещи, наверное, чтобы постирать.
У меня закралось подозрение, что она здесь этакая «Эннет», которая также называла нас то миледи и с почестями, то прямо по имени. И в тот же миг эта Тая стала мне еще ближе. Но когда протянула руку к котомке, я ее остановила жестом, и мудрая женщина поняла все без слов, подхватив только сарафан.
— Он просил передать, что в вашем распоряжении все имение. И особенно подчеркивал, что библиотека в том числе. Говорил, что она вам особенно понравится.
— И был прав, — улыбнулась я. — С радостью забегу в библиотеку, но только в том случае, если вы оставите мою одежду. К сожалению, другой у меня нет.
А несколько заклинаний, которые я выучила из старой, пылившейся в закрытой части ньеркельской библиотеки книги по магии, снова сделают мою несчастную одежду целой и свежей…
— Я принесла вам другую, — сразу же заверила меня Тая, подхватив со стула вещи, которые принесла с собой. Это был шелк нежно-голубого цвета, слишком дорогой, чтобы предположить, что платье принадлежит служанке. И я не ошиблась. — Это одежда хозяйки. Вы с ней фигурами почти одинаковы, и все точно должно вам подойти.
Я замерла, чувствуя, как что-то оборвалось внутри и полетело в бездну. Почему-то стало больно, даже душно.
 
Хозяйка…
Это… не жена ли Рейма, случаем?
Моя до этого момента непринужденная, искренняя улыбка мгновенно стала какой-то натянутой. Итак, все-таки — хозяйка. Почему-то такой простой и, казалось бы, закономерный вывод болезненно резанул по сердцу. А в самом деле, почему я решила, что у Рейма нет пары? Он мне этого не говорил. Сьяра и Тео — тем более. То, что он бродит по дорогам и городам, не означает, что дома его не ждут.
И только сейчас я обратила внимание на интерьер комнаты. Во всем чувствовалась женская рука… Это мелькало в мелочах и безделушках: статуэтках, занавесках, ковриках, наволочках с кружевом. Мужчине до такого редко есть дело. А женщине важны такие милые и уютные пустячки.
На мгновение мне стало совсем нехорошо. Как-то неудобно и неуютно находиться в этих стенах.
Но… Хорошо… если у него дома жена, то какого черта он делал в моей постели? Это по меньшей мере странно. Что-то здесь явно было не так.
— А где сама хозяйка? — мило улыбнувшись, спросила я у Таи.
Она как раз, пытаясь быть совершенно незаметной, стащила мой грязный сангарский сарафан. И мне даже стало немного жаль с ним расставаться. Все же с ним была связана своя, пусть не самая приятная, но очень эмоциональная история. Пожалуй, со временем я продам свои драгоценности, куплю небольшой домик и буду приезжать туда, как Рейм, собирать что-нибудь памятное. А с годами удастся вспоминать целые истории. Вот как наши похождения на подземном озере, в поселке сангаров. То, как Рейм обнимал меня, прижимал к груди, и я прислушивалась к ритму его сердца…
От одной мысли, что все это теперь только в воспоминаниях, стало невыносимо грустно.
— Верну после того, как выстирают, — успокоила меня экономка, заметив мой явно очень красноречивый взгляд. Но перекинув вещи через локоть, кивнула на шелковое платье, намекая, что стоило бы поторопиться и переодеться наконец. — Обед остывает.
О боги! Эннет бы с меня семь шкур спустила и просто доконала б со своими наставлениями. А Тая, напротив, очень вежливая. Вроде бы ничего такого особенного не происходило. Все же не так и плохо быть просто гостьей.
Но Тая так ничего и не ответила мне о хозяйке.
— Да… большое спасибо, — подхватив платье, улыбнулась доброжелательно я, отправилась за ширму и начала довольно быстро переодеваться. Платье действительно село так, будто на меня шили. Прохладный шелк лизнул кожу, и моих губ коснулась незваная улыбка. Правда, одежда снова была для меня непривычна, рукава, например, даже локтей не прикрывали, а слишком узкая юбка неприлично подчеркивала бедра. Однако по голубому шелку сияла серебристая вышивка, что делало платье праздничным. В общем… переждать, пока сарафан выстирают, вполне можно. А вот для повседневной жизни — слишком неудобно. — Да, по вопросу о хозяйке. Она может присоединиться ко мне за обедом, если хозяин отсутствует. Я ведь не могу обедать в одиночестве в чужом доме.
Моя ну очень верткая собеседница посмотрела на меня с таким хитрым прищуром, словно и не пыталась скрыть, что вдруг разгадала мой замысел. Ну и пускай. В конце концов, это не какая-то страшная тайна.
— Хозяйка не сможет присоединиться к вам ни сегодня, ни в ближайшее время, — спокойно, но с какой-то грустью приподняла занавес тайны Тая. — Она слишком далеко отсюда.
Так вот оно что… И меня как демон за язык дернул:
— Она в Транархе? — спросила я, поправляя платье, и вышла из-за ширмы, вернувшись к экономке уже в новой для меня одежде.
Вот теперь мне удалось удивить даже эту, казалось, довольно хитрую женщину. Хотя стоит признаться: я буквально ткнула пальцем в небо.
Та теперь посмотрела на меня серьезнее, наверное, пыталась понять, чего еще ждать от незнакомки, которую хозяин привел в дом на ночь глядя. И стоит ли раскрывать все секреты этого дома.
— Вы правы, миледи, — кивнула Тая. И, даже не спрашивая разрешения, присела на край кровати. Я не стала заострять внимание на таком произволе. Когда тебе дают что-то столь ценное как информация, не стоит обращать внимания на мелочи. — Миледи Вилиен, вполне возможно, что и в Транархе.