Человеческая оболчка (СИ)
— Спустись ко мне, подумаем над этим вместе, может, есть варианты.
— Айзек, мои ноги не осилят эту лестницу!
— Иди к подъемнику, как будешь там попроси ИСП спустить тебя, я пока запущу реактор.
В эфире повисла тишина, и Айзек вспомнил, что корабль не даст кому попало пользоваться его благами.
— ИСП назначь Ханне права доступа, как члену экипажа.
Система проводила анализ запроса, а Айзек в это время разглядывал кольца на руке капитана. Удивительно, что такая древняя традиция дожила до этих времен. Юноша удивлялся тому, насколько живуч этот обряд, что даже сейчас люди обмениваются кольцами, куда не посмотри. Охотник тоже захотел найти такие. Айзек вспомнил, что Ханна наконец то сможет принять душ и помыться, после долгой дороги. Да и он тоже. От этих мыслей по лицу поползла улыбка, дающая понять, что теперь Айзек занервничал, испытывая мандраж перед предстоящей ночью.
— Кому именно из людей в разгрузочном отсеке необходимо назначить права доступа?
— Девушке… — до парня внезапно дошло осознание вопроса.
Айзек рванул к лестнице, спотыкаясь на ходу. Перекладины мелькали перед его лицом как бешенные, пока он несся вверх. Ноги соскальзывали, но руки все равно тянули его, отдавая последние силы. Сворки хлопали, то сверху, то снизу, давая понять, почему Айзек не услышал того, что происходит над ним.
— Хоть бы успеть! — думал он, сняв лямку со своего пистолета.
Миновав верхний шлюз, он почти был на поверхности, не слыша абсолютно никаких звуков присутствия. Стоило ему только положить руку на пол разгрузочной секции, как одна черная фигура схватила его за одежду, а другая со всей силы ударила парня по лицу.
Айзек быстро приходил в себя от такого сильного удара, и пока его тащили, понял, что сгоряча наделал такую кучу глупостей, которых можно было избежать. Выбора у него теперь было не много. Кровь сочилась с его носа, что поглотил удар, вновь треснув посередине. Он думал лишь о том, что произошло с Ханной, боясь самого худшего.
Контуженного парня бросили перед лежащей на полу девушкой и с чудовищной силой заломали руки за спиной. Айзек ударился о железный пол своим подбородком, и начал размазывать теплую кровь, что моментально превращалась в ледяное желе на холодной стали. Он смотрел на Ханну, что лежала перед ним, не подавая признаком сознания. Ее рассеченная ударом бровь сильно кровоточила, а значит сердце еще билось. Айзек вновь начал мыслить. И мысли эти всеми путями вели его в тупик. Как бы он не старался, а ситуация была безвыходной. Живым или мертвым, но парень нужен Хайле, вот только как же Ханна?
Тяжелый ботинок наступил на светлые волосы девушки, стряхнув на них остатки снега. Человек, что стоял на голове Ханны оперся на приподнятую ногу и наклонился к лицу Айзека, чтобы тот получше его разглядел.
— Как же трудно тебя было поймать, — Айзек ловил краем глаза безумную улыбку Уиллиса.
— Ублюдок! Отпусти ее! — орал что есть сил парень. — Я сдался! Видишь ведь! Оставь ее тут, забери меня!
— Стоп! Стоп! Стоп! — Хайле свесил руку, в которой был небольшой пистолет. — Зачем мне с тобой торговаться? Видишь ли… я по натуре охотник. А ты моя добыча. И теперь, когда я тебя наконец поймал…
— Прошу тебя! — рыдал придавленный к полу Айзек. — Я умоляю тебя! Отпусти хотя бы ее! Я обещал ей…
— Обещал? Что? — Хайле передернул затвор и выстрелил в спину лежащей без сознания девушке. Пуля глухо вошла в лопатку, но Ханна даже не почувствовала этого. Лишь слегка дернулось тело.
— Мразь! Прекрати это! — Айзек со всей своей силы вырывался из захвата, он как обезумевший начал брыкаться, пытаясь столкнуть с себя тех, кто сидел на нем, держа его руки.
— Повесели меня, как тогда у Востока. Как настоящий загнанный в угол зверь! Представляй для меня угрозу! Кстати… знаешь, как плакал тот парень, которого ты изуродовал? — Уиллис снова выстрелил в то же место, и пуля лязгнула по стальному полу, пройдя через плечо. — Сильно.
Айзек, окончательно обезумев от безвыходности скинул с себя одного бойца и резким движение выхватил пистолет. Улыбка Хайле еще сильнее расползлась по лицу. Для него страх смерти был равносилен удовольствию от поимки добычи. Ему давали вдоволь порезвиться на воле, гоняли как сумасшедшую собаку за брошенной палкой, кидали кость по возвращении и ему это нравилось. Он ждал этого момента, гадая, что же выкинет парень на этот раз. Уиллис надеялся, что Айзек попробует его убить, получая неописуемое наслаждение.
— Хрен тебе, урод! Не поймал ты меня! — Айзек схватился зубами за затворную рамку с безумной улыбкой и со всей силы отвел ее назад, заполняя рот осколками клыков, что прознающей болью пытались отнять у него то, что он замыслил. Подаватель толкнул последний патрон в ствол.
— Стой! — закричал Хайле, пытаясь помешать Айзеку, но поскользнулся на голове Ханны и не смог выбить пистолет из руки юноши.
Айзек неуклюже поднес дуло к своему виску, и заливаясь слезами, без единой прощальной мысли нажал на спуск. Кровь брызнула, расколов череп. Абсолютная темнота, и безграничная тишина окутали парня. Ход, даже самых глубоких, запрятанных в подсознании размышлений остановился.
Ситуация сломала здравый смысл юноши, оставила лишь нескончаемый страх, который перерос в безумие, которое переросло в бесстрашие. Бесстрашие же устремилось ввысь.
— Сука! — верещал, срывая голос Уиллис. Он никогда в жизни не упускал свою добычу, получая истинное наслаждение, садистски издеваясь над жертвой до последнего… — Блядь! Да, как ты посмел!
Уиллис бухнулся на холодный пол, распластавшись на нем. Он смотрел в черный потолок, кусая свои губы до крови. Айзек вновь от него сбежал, вот только в этот раз он сделал это как человек, ведь зверь на такое не способен. Хайле вскоре поднялся на ноги и со всей силы запустил в обмякшее тело парня пистолет, что непроизвольно выстрелил, отскочив на пол. Пуля сверкала, рикошетя от стальных стен, заставив всю команду безумно убийцы пригнуться.
— Отрезать ему башку, капитан? — произнес тот, что был ближе всех к телу.
— Ты что тупой? — оскалился Хайле. — Нахрена Оккеру башка? С таким успехом мы могли оторвать любую другую на пути сюда, и кинуть ему на стол. Ему нужен весь труп! За работу дегенераты!
— Так точно! — выстроились по стойке бойцы, получив приказ. Взяв тело за ноги, они поволокли его в грузовик, оставляя жирный кровавый след на стальном полу.
— С девушкой-то что делать?
— Насрать на нее. Бросьте.
— Вы же хотели поразвлечься с ней? — хохотали подчиненные.
— Она воняет! Да и теперь не думаю, что у меня встанет. Я рассчитывал отыметь ее, когда развлекусь с этим мальчишкой.
Верный пес Ред Вотера направился по кровавому следу обратно, к своему грузовику. Он принципиально наступал на кровь, вытекшую из расколотой головы охотника. ИСП наблюдала за всем происходящим, и как только Уиллис сделал шаг на снег она закрыла трап, окутав кромешной темнотой тело девушки. Гробовая тишина воцарилась на корабле, и казалось, будто ИСП «Надежда Человечества» только что потеряла свою собственную, по-механически нужную, надежду.
Глава 31
Во славу протектората Красных Берегов!
— Сигнал идет из этого дома. Второй этаж. Рядовой, готов? — поинтересовался состоянием своего бойца Уиллис.
— Готов, — парень снял фиксатор с ножа, что крепил на пояснице.
Холодный подъезд, люди, расступающиеся при виде формы специального подразделения. Два человека шли, словно по ковровой дорожке, освещенные софитами. Эти бойцы, их подразделение, много веков спасали город от тех, кто представлял угрозу. Диверсанты, спекулянты, террористы, и много прочей нечисти. Кто-то отделывался выговором. Кого-то приходилось устранять. Все зависело от приказа господина Оккера. Тут все было в его власти. Каждая дверь, каждая замочная скважина. Даже каждая озлобленная собака.
— Марк. Напомни мне, почему я так люблю работать с тобой в тандеме?