Шери и Лари. Черный охотник

Несколько мгновений Константин таращился на друга в полном недоумении. С чего бы вдруг такая внезапная подозрительность к близкой родственнице? Этот вопрос он и озвучил.
– А ты не обратил внимания на ее арсенал? – с усмешкой поинтересовался Даниил. – Для сбежавшей от деда внучки у нее слишком много боевых амулетов и алхимических составов, которые она зовет зельями. И главное, она не просто знает, что есть что, но и прекрасно умеет всем этим пользоваться. Я бы не удивился наличию защитных средств, ведь девушка может подумать о своей безопасности. Но только ее набор рассчитан на самые настоящие сражения!
Полюбовавшись с минуту на вытянувшееся лицо Константина, Даниил продолжил:
– А теперь подумай, сколько все это может стоить? Королевская семья, конечно, не бедствует, но не думаю, что каждый в ней имеет такой боевой запас. Подозреваю, что это слишком расточительно. Тем более – так тратиться на девчонку, для которой предусмотрено совсем иное назначение. Конечно, теоретически она могла бы все это просто стащить, но тогда дедуля просто обязан был в кратчайшие сроки снарядить погоню. Собственно, я вообще удивляюсь, почему ее до сих пор нет. По идее, вся страна уже на ушах должна стоять! Ну и последнее: ты когда в последний раз видел Ярги? Ее помощник постоянно где-то пропадает вместо того, чтобы помогать! А ведь это не обычная птица, а разумное существо. И от разгильдяйства пропадать неизвестно где не будет. Вот и делай выводы!
Даниил ожидал реакции друга, но она последовала с неожиданной стороны. Не от Легрина, конечно. Тот об истории Эллианы понятия не имел. Знал о ней, не более. Но и от подопечной Дан не ждал ничего. И тем большим было его удивление, когда девушка внезапно хлопнула себя ладонью по лбу и выдала нечто, похожее на рык. А потом сказала совсем уж ей несвойственное:
– Какая же я дура!!!
И после короткой паузы:
– Кретинка! Идиотка! Совсем бдительность потеряла!
А затем последовал такой набор выражений, что оторопел даже невозмутимый Легрин. Где она всего этого набралась, никто спрашивать не стал. Когда чужие мозги в свободном доступе – и не такому научишься. Удивляло столь самоуничижительное отношение к собственной персоне. А в том, что молодая драконица таким затейливым образом ругала именно себя, сомнений не возникало.
– Шери, в чем дело? – с немалой долей растерянности спросил Даниил. На него реакция Айликонэ произвела большое впечатление. Он не мог понять, чем такое поведение могло быть вызвано.
Девушка в ответ подняла на него несчастные глаза.
– Это я просмотрела. Я не знала, что людям несвойственно таскать с собой столько магических предметов, но в голове-то ее лишний раз покопаться могла! Я ведь какие-то странности улавливала. А внимания почему-то не обратила. И ведь Ярги стал где-то пропадать после того, как вы узнали о моих способностях читать мысли.
– Точно, – очнулся Константин. – Чем чаще ты кого-то читала, тем реже появлялось это наглое пернатое! А значит, птичка не хотела быть прочитанной. Получается, там есть что скрывать.
И тут подал голос молчавший до сих пор Легрин:
– Как, говорите, птицу зовут? Ярги?
И с такой интонацией это было произнесено, что все тут же повернулись к нему. А Даниил, кивнув, настороженно поинтересовался:
– Вам что-то известно о нем?
– Для начала хочу уточнить: вы сказали, птицу зовут Ярги. А расцветка перьев у него какая? Случайно, не красная с синим?
– Да, – еще более настороженно протянул Даниил.
Легрин усмехнулся, но что выражала эта усмешка, оставалось неясным. Зато слова не просто прояснили ситуацию, они произвели неизгладимое впечатление.
– Я знаю только одного такого Ярги. Он является посыльным КСБМ – Королевской службы безопасности Мигеи и его величества Герхана Третьего.
  
Глава 13
 
На завтрак все собирались, как обычно. Было решено сделать вид, что никаких открытий во время ночного разговора не сделали. Эллиана не должна была догадаться о подозрениях, возникших на ее счет. Зайру для большей безопасности тоже посвящать ни во что не стали. Сказали только, что она пойдет с остальными к порталу. Эллиане же были озвучены ее сегодняшние обязанности защитницы комнат. За завтраком о делах решили не говорить. Это не для посторонних ушей. А постоянно ставить магическую защиту тоже подозрительно. Единственным магическим действием занимался Даниил – пытался распознать возможные иллюзии на других посетителях. Этому приему он учился ночью около двух часов. Айликонэ, после того как все разошлись по комнатам с восстановленной ею же мебелью, создавала иллюзии, а Гринг подсказывал, как охотнику надо напрягаться. По-другому Даниил просто не мог назвать свои упражнения. В первый час мало что получалось. Потом дела пошли лучше, а прекратили тренироваться, только когда ему удалось справиться с задачей несколько раз подряд.
 
За столом старались говорить на отвлеченные темы. Правда, не обошлось и без воспоминаний о ночном нападении. Тем более что сегодня все только об этом и говорили. Люди пересказывали, ужасались, приукрашивали и еще больше ужасались после этого. За одним из столиков даже рассказывали версию про целую сотню монстров, убивавших мужчин и насиловавших женщин. Правда, предъявить изнасилованных почему-то отказывались. В сторону же спасителей бросали опасливые взгляды и не спешили их обсуждать. Но самих взглядов было хоть отбавляй.
Когда Даниил заканчивал сканировать (как он мысленно называл свои действия) последний стол, к нему по мыслеречи обратилась Айликонэ:
«Подозрения оправдались: у нее стоит!»
– Чего? – от удивления брякнул он вслух.
– Тебя поразило – насколько тут вкусная колбаса? Согласна. Я пару кусочков уже съела. Повар здесь – чудо! – моментально сориентировалась девушка. Мысленно же продолжила:
«Защита у нее стоит. Мы же перед сном эту возможность обсуждали. Я раньше не поняла. Особого внимания на твою родственницу не обращала, а вот теперь отчетливо вижу. Защита специфическая. Она шифрует ее мысли. Но не все. Похоже, что защита настроена на определенные вещи и включается в нужные моменты, выдавая в ментал различный бред про платья, заколки, драгоценности, прически и тем самым скрывая реальные мысли. Потому догадаться о наличии „щита“ очень сложно. Тот, кто его поставил, постарался на славу. И это точно не она сама. Видимо, нанимала опытного специалиста в этой области».
– Есть такое. Надо еще попробовать, – произнес охотник вслух, поддерживая разговор о колбасе. Мысленно же спросил:
«И что с этим делать? Есть идеи?»
«Я смогу пробить защиту. Но если мы хотим сделать это незаметно для Эллианы, ее надо чем-то отвлечь. Так, чтобы, даже почувствовав, не обратила внимания».
– И впрямь колбаса превосходная! – снова сказал вслух Даниил, наконец-то попробовав этот образец мясной продукции.
«Как именно ты предлагаешь ее отвлечь?» – спросил он, вновь перейдя на ментальное общение.
Но Айликонэ не ответила. Вместо этого бросила на него загадочный взгляд и отвернулась, всецело отдавшись процессу поглощения пищи. Молчание продлилось недолго. Запивая очередной кусок основного блюда отваром, заменяющим в этом мире чай, драконица как бы между прочим обратилась к принцессе:
– Скажи, Элли, а можно у тебя кое-что спросить?
Та с улыбкой повернулась и кивнула, соглашаясь. И Айликонэ с ответной, но немного смущенной улыбкой, продолжила:
– Это, конечно, личное, но ты как-никак будущая шейн [4].
Даниил при этих словах едва не подавился многострадальной колбасой и, сильно закашлявшись, с вытаращенными глазами уставился на подопечную. Что означает последнее слово, он понял прекрасно. В том, что шейни – это сестра мужа, не усомнился ни на миг. Остальные отреагировали не лучше. У Эллианы улыбка медленно, но верно сползала с лица, уступив место выражению глубочайшего шока. Легрин едва не вернул обратно часть завтрака, уловив намек на то, что непорочное божество может превратиться в падшего ангела. Верующим фанатиком он не был, но и представить союз высшего существа со смертным не мог. Зайра просто замерла, не донеся очередной кусок до рта, и вместе с остальными уставилась на говорившую, как на живое чудо. Правда, не очень радующее чудо. Один Константин смотрел не на нее, а на Даниила, силясь понять, сколько правды в сказанном. Он в божественность драконов не верил: магически сильно одаренные долгожители, живущие обособленно – вот и все. Зато видел явную симпатию к человеку одной из них и нежелание принять это со стороны человека.