Шери и Лари. Черный охотник

Спустя некоторое время с ее половой принадлежностью наконец разобрались. До чего же тогда было забавно наблюдать за реакцией избранника, втайне при этом надеясь, что вот сейчас его накроет и он все поймет. Но нет. Более того, он начал свыкаться с мыслью о новой для себя роли приемного отца! И для спасения хрупкой человеческой психики пришлось изображать из себя послушную дочь. И даже от карингов пришлось спасать под видом детской игры: мол, смотри, папа, как я умею! Правда, с оборотнями пришлось поговорить уже серьезно, на своем языке. Но со всеми доступными человеческими выражениями. Благо ими изобиловали мысли представителей мужской части их компании. Все это было забавно и интересно. Но недолго. Роль дочери ее быстро перестала устраивать. Она знала, что уже догнала его в развитии, и для полного соответствия не хватало только информации об окружающем мире. Тут она и вправду как ребенок – только познавала все тонкости: обычаи, привычки, правила, слова. Некоторым из них попросту не было аналогов в драконьей речи.
Следовательно, отношения «ребенок – родитель» стали неактуальны и совершенно неудобны. Ей все же не это было нужно. Но на какой тип отношений перейти взамен? Хотя какой имелся выбор? Ее тяга к этому человеку, доля драконьей крови в жилах которого все активнее давала о себе знать, яснее ясного говорила о том, что она не ошиблась в возникшей привязке. Необычайно ранняя, это однозначно была она.
В ту ночь у оборотней Айликонэ поняла, что хватит! Пора заканчивать такую игру. К нужному результату она точно не приведет. Это, в свою очередь, дало толчок к резкому физическому росту. Ведь, чтобы стать реальной парой, ей и по физическому развитию следовало подтянуться. Маленькой она оставаться не могла. Инициативу проявляют самцы, а он не мог этого сделать, видя перед собой недозревшую особь. Люди сильно полагаются на зрение, и недочет с размером следовало исправить. Правда, не отказала себе после в удовольствии еще немного поиграть в дядей и тетей: дядя Костя, тетя Элли, дядя Галя. Забавно было наблюдать за их реакцией.
Наутро после переговоров с Кланом Хаоса он назвал ее Шери! Так делают драконы, выбравшие себе пару, – дают новое имя. Причем это имя должно быть обязательно производным от второй части основного имени. Не ожидала, что подобное может произойти с избранником в таком неадекватном состоянии. Да и сама еще не до конца понимала, как ей с этой привязкой быть и как она вообще оказалась возможна с представителем иного вида, но обрадовалась. О том, что это может быть совпадением, в голову не пришло. И потому, когда Константин обратился к ней, назвав тем же именем, едва не разорвала его на части. Ведь у драконов подобное означает попытку отбить самку! Он простой смертный – и смеет претендовать на нее?! Такая наглость со стороны обычного человека? Но, прочитав мысли этого самоубийцы, поняла – это лишь попытка скопировать сокращение, не более.
Это была мелочь. Главная же неприятность приключилась, когда Айликонэ в его мыслях заметила интерес к Зайре. Как же так?! Откуда он мог взяться? Ведь он ей дал второе имя, но почему-то смотрит на другую! Да и у той в голове уже рождались мысли о симпатии. И что же получается? Редкий случай, когда у самца возникает привязка сразу к двум самкам – двум одинаково идеальным для него партнершам? Избранница-то в итоге должна быть одна. Первой мыслью тогда было: «Убить конкурентку. Как она смеет?!» Однако остальным оборотень нужна была как проводник – ее поступок остался бы непонятым. И Данилар вполне мог разозлиться. Поэтому подобный выход из ситуации пришлось отмести. Но что тогда делать? И почему он так поступает? Может, она сама виновата? Не дала же она ему ответа сразу, вот и решил обратиться к другой. Положение пришлось исправлять.
Повод представился чуть позже. Айликонэ тогда предложила для других представиться родственниками и назвала его при этом – Лари. Дала понять таким образом, что она согласна. Да, у него не было второго имени, зато она видела его силу. Даже ту часть, о которой он сам еще не подозревал и которая уже постепенно начала на него влиять и пусть медленно, но изменять его самого. Шери знала, каким бы он стал, будь он настоящим драконом. Так что это имя ему идеально подходило! Как оказалось – поздно! Он не понял ее намека. Решил почему-то обратить внимание на слово «братик», хотя придумано оно было только из-за необходимой конспирации. Главным же являлось другое. Она признала его парой и сделала это раньше соперницы, а его интерес все равно обратился к другой. У драконов такого не происходит. Кто первый, тот и победил. Хотя ведь и он не полноценный дракон. Данилар ощущает себя человеком, а люди свою пару, очевидно, признают как-то по-другому. Даже интерес проявляют иначе. И тогда стало ясно: чтобы он полноценно признал ее парой, это нужно сделать еще и по человеческим правилам. Отказываться от такой идеи она не собиралась – верила своему чутью. Да и право первенства было за ней, а драконы своего не отдают.
 
А вот как это сделать, Айликонэ понятия не имела – она же не человек. Единственный вывод, который пришел на ум, – начать нравиться как человеческая самка. А вот тут был полный пробел. То, что она выглядела как они, не давало ни малейшего представления о том, что же они такое в принципе и как привлекают своих самцов.
В мыслях и у Данилара, и у Константина она вылавливала из воспоминаний образы обнаженных самок, но не могла понять, чего же там такого особенного. Однако стоило ей самой раздеться, избавиться наконец от надоевших тряпок, как ощутила и его интерес к себе. К своему телу. Лари, правда, стал мысленно себя ругать за это, а ее называть ребенком. И как дать понять, что у него глюки – интересное словечко откопала в его голове! – и это давно уже не так? И что драконы волшебные существа и не подчиняются обычным законам природы. Но в целом ей понравилось. Айликонэ не могла взять в толк, в чем же фокус, ведь у драконов нет таких реакций, хоть они и очень красивы. Впрочем, если дракона надолго запеленать в эти ужасные тряпки, а потом от них освободить, наверное, он тоже покажется привлекательней обычного. Но на вооружение эти человеческие странности взяла. И, не откладывая дело на потом, решила все проверить.
В их маленькой комнатушке, которую Лари называл странным словом «номер», было два спальных места – это наблюдение она решила проигнорировать. По двум соображениям: лишаться собственного комфорта из-за людских условностей – полный бред! С Лари Айликонэ привыкла спать рядом и отказываться от этого не собиралась. Второй момент заключался в том, чтобы проверить дальнейшую реакцию Лари на ее человеческую ипостась, когда он сможет не только смотреть, но и физически ее ощущать – этот аспект в его воспоминаниях был немаловажным для людских отношений.
А после он поставил ментальный барьер, и задача усложнилась. Как начать ему нравиться, если она ни малейшего представления не имеет о людских методах? А теперь еще и не получится отслеживать его мысленную реакцию. Но утро принесло интересные открытия. Несмотря на ментальный щит, подслушать общение Лари с Грингом оказалось несложно. Сколько же там было полезной информации! Стало ясно, что она пошла правильным путем. И также стало очевидным, что эти двое совершенно иначе трактуют ее действия. Она, видите ли, дитя, не осознающее последствий от совместной ночи самца и самки. Три раза «ха»! Это в корне неверное мнение требовалось срочно менять. И она предприняла демонстративный показ себя во всей красе, заодно попытавшись дать понять самке-оборотню – место занято. Не получилось. От слова – совсем. А значит, одного только внешнего вида явно недостаточно. Но что тогда еще нужно для полноценных, как говорят у людей, отношений?
И вот теперь многое обрело смысл! После того как увидела, чем занимались Галирон с Эринией, после того как Лари предоставил ей доступ к мыслям и выяснился смысл этих действий – очень многое стало понятным. И даже прочитанная книжка приобрела другое значение. Вот она, суть человеческих отношений!