Братья Энберские

В один прекрасный момент чаша может переполниться – и таким как Аскольд станет плевать на то, чем все обернется и закончится. Вот тогда… Тогда может статься… погибнут миллионы людей. А многие из выживших пожелают немедленно поменяться местами с умершими.
Впрочем, после встречи с Веленой Аскольд изменил отношение к ее виду. Теперь у него появились люди, которых надо защищать, как семью. Как бы глупо это ни прозвучало. Почему так, демон не знал. Просто он так чувствовал всем своим существом и так хотел существовать дальше.
Хотя нет… Пожалуй, все не так.
Он не мог дальше жить иначе. Вот как оно происходило на самом деле.
Фаскольд – долговязый пожиратель подогнал машину к самому замку и предусмотрительно открыл дверь повелителю. Аскольд сделал знак Хортону. Поднятый вверх палец повелителя означал, что поместье и гостьи теперь под личной ответственностью главы охраны. И за их целостность пожиратель отвечает головой. Буквально.
Хортон поклонился.
Аскольд сел в машину и с помощью кристалла связался с Кассием и Таннаем.
– Еду к Суфрову. Приглядывайте за поместьем и моими гостьями, в особенности. При любой опасности или неприятностях вызывайте меня хоть из адского пекла.
– Сделаем! – взял под козырек Кассий.
– Да, повелитель, – подтвердил Таннай.
– Если случится что-то вроде восстания раргоев или смертный зайдет в Дергошт, следите. Принимайте меры по собственному усмотрению. Но помните! Пока мы в союзе с людьми, никаких убийств смертных и земных магов.
– Ясно, – сигнализировал Кассий.
– Да, – прилетело от Танная.
Вот теперь можно и поговорить с Суфровым.
Машина сорвалась с места и устремилась в сторону междумирья. Аскольд откинулся на спинку сиденья и почему-то думал совсем не о встрече правителей и даже не о том, какие предложит меры для урегулирования межрассового конфликта.
Он вспоминал разговор с Веленой. Там, в саду, когда услышал искренние слова благодарности. Снова и снова ощущал тепло, радость и это странное, невыносимо приятное, но при этом до боли желанное чувство…
Наверное, именно его смертные именуют счастьем.
Мимолетное, как жизнь мотылька, но такое наполненное и настоящее. Что хочется пить его крупными глотками и делать все, чтобы вновь испытать.
Вот только Аскольд отлично понимал – первая благодарность Велены уже прозвучала. И теперь ему придется ой как постараться, да что там – просто наизнанку вывернуться, чтобы в глазах ведьмы вновь блеснул огонек симпатии…
* * *
Велена
Мы с дочкой отправились на веранду, где уже знакомые мне слуги начали бойко убирать со стола. Только плотоядных не было видно.
– Стойте! Стойте! – попросила я, потому что Марго сразу же потянулась к пицце. Давненько дочка не выглядела такой живой и активной. Не проявляла интереса к пище… Да вообще хотя бы к чему-то.
Хотелось смотреть, не отрываясь, снова и снова прокручивать кадры, как при просмотре любимого фильма. Вот только в жизни нет перемотки.
За одно это я могла отдаться Аскольду. Хоть прямо сейчас, по первому же требованию. Даже если демон склонен к извращениям… Кто знает – что может нравиться в сексе такому… эм… могущественному и властному существу… Тому, кому все подчиняются, кого боятся разочаровать до дрожи, и кому достаточно лишь бровь изогнуть, чтобы другие принялись действовать.
Возможно, Аскольд предпочитает в цепях, в кандалах или же с плеткой… Бррр… Никогда этого не понимала, но… Это же такая мелочь, такая ерунда, такая безделица… Ведь после трех месяцев заточения в Гойе, я смогу больше не думать о том, что дочка навсегда уйдет из моей жизни…
Слуги заполошно отскочили от стола, выстроились в шеренгу и замерли.
Марго удивленно покосилась на скульптурную композицию «остекленевшие официанты с подносами». Последние, кстати, были частично заполнены посудой и остатками еды. Дочка приподняла брови и перевела взгляд на меня.
Я невинно пожала плечами: мол, тут удивляться не стоит – место такое… Начнешь удивляться – закончить не сможешь.
 
– Простите, госпожа Велена. Мы не знали, что вы еще не завершили трапезу, – виновато пробасил один из черняков – невысокий и кряжистый, по сравнению с остальными. Его острый нос напоминал клюв, а завитые вверх рога выглядели особенно массивными на почти на лысо выбритой голове. – Дайте нам пару минут, и мы накроем стол заново! Будет даже лучше, чем прежде!
Черняк аж вытянулся от напряжения и губы его начали вздрагивать.
Похоже, за несанкционированную уборку в столовой Аскольд по головке не гладит…
– Как вас зовут? – спросила я. И, заметив, что демоны в замешательстве, добавила: – Представьтесь по очереди.
– Я главный ответственный за трапезы. Ну чтобы все вовремя и как надо. Меня зовут Мастих, – поклонился черняк. – А это мои помощники. Калль, Дервилл, Лерох, Эмэр и Раздлих, – первыми прозвучали имена черняков, следующими – пожирателей. – Поваров, которых вы видели, зовут Дейдралл и Таскольн. Тот, что с вами разговаривал – главный, Дейдралл. Он заправляет кухней и всем, что там готовится.
Ох… Запомнить бы…
Марго усмехнулась и тронула меня за плечо. Из кольца компьютера дочки выскочило сообщение: имена «главных по тарелочкам» в замке Аскольда, быстрые фотографии и название вида.
– Чтобы запомнить. А то так много новых лиц и имен, – пояснила Марго в сторону демонов.
Те синхронно поклонились. По-моему, совсем не обиделись. Только удивились такому способу запоминания.
– Новый стол накрывать не нужно, – обратилась я к Мастиху. – Только, пожалуйста, подогрейте нам чай.
– Эмм… Вы хотите, чтобы чай был горячее температуры кипения воды? – удивился черняк. – Мы организуем это за пару минут. Не проблема. Но ведь он же начнет испаряться сразу как попытаетесь налить в чашку…
Я коснулась большого коричневого чайника, по виду – керамического. Холодный. Совершенно.
Мастих поднял сосуд и налил нам с дочкой напитка в большие нежно-сиреневые чашки.
Над чаем вились стебельки белого пара!
Я удивленно взглянула на демона.
– Все сосуды и блюда зачарованы, – охотно пояснил Мастих. – Пока не закончите трапезу, и мы не уберем со стола, еда и напитки остаются первоначальной температуры. Если хотите холоднее или со льдом, просто заранее сообщите.
Как же я сразу-то не заметила! Марго оторвала кусок пиццы и сыр на нем оставался расплавленным, тянулся и застывал на ходу…
– Нет-нет! – поспешила я приостановить рвение демона. – Мы любим горячий чай и еду. Никакого льда.
Я заметила, что мою тарелку с недоеденными спагетти уже забрали. Мастих нервно уставился на нее, на подносе одного из официантов – по-моему – Лероха. Этот пожиратель казался самым худым, если такой термин вообще применим к демонам. Еще я начала различать новых знакомцев по цвету глаз и деталям, которые сразу не приметила. У Лероха радужки были серыми, а в ушах поблескивали гвоздики.
И он сразу понял – в чем дело. Нервно переступил с ноги на ногу. Тело пожирателя напряглось, взгляд метался от меня к Мастиху. Он словно пытался получить инструкции от «госпожи» или прямого начальника.
– Да все нормально. Вы же не знали, что я вернусь и продолжу трапезу, – успокоила я рогатых слуг. – Я просто положу себе еще…
Но не успела я ничего предпринять, как Мастих перехватил у Лероха поднос и ловко взгромоздил его на свои два. Как демон все это удерживал, ничего не уронив, я не понимала.
Лерох метнулся, взял чистую тарелку и положил на нее ровно столько спагетти, сколько у меня оставалось. Взглядом пересчитал креветки, мидии, кружочки кальмара и добавил еще три гребешка.
Поставил передо мной точную копию моего недоеденного обеда и поклонился. А затем лихо забрал у начальника все подносы.
Я раздобыла новые приборы, начала жевать и заметила, что Марго как-то странно косится в сторону слуг. Ах, да! Мы же как в армии! Демоны застыли на месте и практически не шевелились.