Бандитская россия
- Неужели вы ни одного упрека по поводу вашей роли не услышали?
- Верители, ни разу. Иногда люди, встретив меня, разочаровываются: «А почему не на джипе?» Я-то на «четверке» привык ездить… И все-таки человек странная натура - «четверка» для меня была хороша, но после таких вопросов я действительно подумал: «А чем я не Антибиотик?» И пересел на «Ауди». Правда, для этого зятю пришлось мне денег добавить. Осталось ездить научиться - машина все-таки скоростная.
- Ну а поклонники подарков вам не делают? Вот, например, я вижу у вас на пальце роскошный перстень…
- Его мне сосед подарил на день рождения - я в нем как раз в первых восьми сериях снимался. А потом так и стал продолжать его носить.
- «Хванчкару» вы не полюбили, как ваш герой?
- Я с алкоголем давно уже завязал. Даже пиво много лет не пью. Олег, брат, очень радовался этому. Надо было выбирать - или жизнь, или профессия. Победила профессия.
- Я понял, что после сериала богаче жить вы не стали?
- В долг живем. Надо же за «Ауди» рассчитываться. Зять у меня не бизнесмен актер, как и дочь. Мы все вместе в Ермоловском играем…
Мне телезрители недавно сказали в прямом эфире, что на мне хорошо сидят дорогие костюмы, - так я на свою жену сослался, это она у меня Личный художник по костюмам… Нет, богаче я не стал… Вон, Антибиотик сколько заимел, а все оставил на земле. В гроб ведь с собой ничего не возьмешь. Вот сейчас сижу и думаю - как завтрашнюю сцену сыграть. Он завершает свой дела на этой грешной земле. Размышляет. Беседует сам с собою - с псом загнанным…
- Вы бы с удовольствием Антибиотика ещё поиграли?
- А что ещё играть-то? Играть нечего… Можно было бы развить тему о том, как он пришел к Богу. Ведь он с Библией выходит из «Крестов». Я это не пропустил, я это сыграл! Он же не только своей группировкой занят и борьбой с другими кланами. Он ещё и строит храм - из общака кладет туда деньги, уверовав в Бога и спасая душу свою… Мы с режиссерами думали, как снять смерть Антибиотика, и возникла идея такая, что он будет двигаться по некоему коридору и в его глюках ему видятся те, кто уже ушел раньше: Сергей Челищев, Барон, Гурген - эти лица идут наплывом. Они там его встречают, в загробном мире.
- Как же вы, Лев Иванович, будете жить без этого героя?
- Я только об этом и думаю… Помню, когда-то у Андрея Константинова была мысль замочить Антибиотика в туалете в «Крестах». Я Андрею говорю: «Ты рано его кончаешь! Зло, оно живуче». И Антибиотик жить остался. Андрей написал ещё три романа - «Арестант», «Мент», «Мусорщик», так появилось ещё 19 серий «Бандитского Петербурга». Новая тема появилась - Антибиотик и Наумов… И вот только теперь с этим персонажем будет покончено.
- Все же почему вашего злодея так полюбили зрители?
- А почему вы считаете, что он злодей? Ведь нельзя раскрасить человеческую натуру одним цветом. В каждом из нас есть и страх, и зависть, и жадность… «В криминальном мире, в бизнесе надо вести честную борьбу, - говорит Антибиотик. - Кто косит - того убирать надо с этого поля деятельности;, тот не умеет работать, не умеет делать добро людям». Ведь правильно рассуждает? И ещё он говорит: «А человеку сколько ни делай добра, он все равно предаст и продаст… Катька - я её от Гургена спас. А она столько лет козни строит, тварь. И добилась ведь своего, сучка!…»
Борисов произносит ещё один монолог Антибиотика.)
- Как это, интересно, сочетаются у него подобные рассуждения с верой в Бога?
- А вы вспомните, кто строил Оптину Пустынь - Опта-бандит! Это он потом стал монахом. Каждый человек в конце жизни отматывает пленочку назад и готовится предстать перед Господом Богом!
Не знаю… Столько времени в этом образе существую - не могу из него выйти! Он же мне спать не дает, я в кровати просыпаюсь с криками. Он меня мучает, подсказывает мне что-то…
Я думаю: а кто тебе талант дает, кто направляет твою судьбу? Во имя чего я был рожден? Во имя чего был рожден Олег Иванович - мой брат? Почему он сначала вышел вперед, отдал столько энергии и ушел, к сожалению, рано. А когда ушел - вдруг взялись за меня…
- Кто взялся?
- Не знаю!… Я бы не получил эту роль, если бы Олег Иванович был жив. Ему бы дали, наверняка!
- Думаете, он согласился бы сыграть Антибиотика?
- Может, и не согласился бы… У него все персонажи были с героическим уклоном.
- Вы хотите сказать, что находились в тени старшего брата?
- Наверняка был в тени. Хоть мы по внешности разные. Он в героику тянулся, а я артист характерный.
- Может, Олег Иванович вас авторитетом своим давил?
- Нет, не замечал. Я его боготворил всегда и во всем, что бы он ни делал. Просто я был менее заметен, и роли мои были второго плана. Он же играл главных персонажей, положение у него было крепкое и солидное.
- А не мог он воспользоваться своим положением, чтобы вас почаще приглашали?
- Исключено - мы оба себя гордо вели. Только однажды он мне позвонил, сказал: сценарий лежит, есть роли для нас обоих. Так мы снялись в «Садовнике», вместе один-единственный раз. Причем не братьев сыграли, а друзей. Но вначале он не хотел, чтобы я вообще был актером. Хватит, говорит, одного актера в семье… Мы в послевоенные годы уважали старших братьев. Если он говорит: «Жди на стреме», - а сам с друзьями идет на крышу, - я слушаюсь. Так я и простоял на стреме всю жизнь. Я - второй, всегда второй.
В конце-то он признал меня. Но он вообще не очень был склонен хвалить кого-то. Замыкался часто. Жизнь у него тоже была несладкая…
- Не трудно ли вам было работать над ролью Антибиотика с разными режиссерами?
- Я говорил Бортко: «Нельзя бросать коней на переправе, надо было довести до конца это дело!» А он: «Что, я так все и буду снимать про бандитов?» Да и не только в режиссерах дело. У нас три Катьки получилось. Ольга Дроздова сыграла и влюбила в себя зрителя, он это заглотил, подавай ему Катьку…
Смотрит продолжение - а это уже не та Катька!
- А если б Антибиотик жив остался, что бы с ним стало? Пошел бы он в политику?
(Лев Иванович вспоминает ещё один монолог Антибиотика.)
- «Но ничего, скоро мы будем иметь своих людей в этих эшелонах. И не только…» Забыл текст! А как же без своих людей наверху? Вот представьте, я играю Антибиотика, а бандиты мою жену чуть не убили…
В разговор вступает жена Льва Ивановича. Мария Александровна Борисова рассказывает о том, как полтора года назад бандиты вломились в храм, где она работает старостой, избили и связали её…
- Один из них взял мобильный телефон и говорит: «Кто может по нему позвонить?» А я ничего не соображаю. И говорю им: это телефон артиста Льва Борисова, который играет человека из вашего окружения, все ваши братаны им довольны… Один из них одобрительно кивнул: мол, хорошо играет… Я им говорила, что братва не простит им этого кощунства: «Вы, русские люди, пришли храм грабить!» Целый час их уговаривала, но потом им слушать меня надоело, дали мне по башке. Вынесли девять икон. Одна икона им «не далась», осталась в снегу икона Владимирской Божьей Матери.
Поймали их в тот же вечер, суд недавно был. Главарю дали десять лет, он много храмов ограбил. Но одного молодого парня жалко, у него недавно сын родился, а ему четыре года дали…
- Так что, Лев Иванович, криминальный мир уже совсем никаких авторитетов не признает? Может, как раз и нужны люди типа Антибиотика, чтобы не давать бандитам слишком распускаться?
- От того, что я скажу - нужны или не нужны, ничего не изменится. Такое будет происходить всегда, пока на земле есть несправедливость, жадность, алчность.
- Вы не стремитесь каждой своей ролью хоть немного что-то изменить в этом мире?
- Я ничего не утверждаю, я хочу лишь оправдать тот или иной поступок своего героя. И втискиваю себя в эти обстоятельства. Думаю: да, чтобы сбить стаю, нужно держать людей в крепкой руке. Если приходит человек во власть - он что делает? Сбивает стаю из своих людей, на которых можно положиться…