Бандитская россия
Сегодня строить у нас предпочитают в стилях а-ля модерн или неоклассицизм. Появляются виллы в американском стиле: плоские крыши, белые стены. Но чаще все-таки наблюдается эклектика, то есть смешение стилей. Самый любимый проект заказчиков «пряничный домик», так его называют архитекторы. Существует несколько десятков или даже сотен вариаций этого домика, который больше похож на кукольный. Что-то добавляют архитекторы, что-то заказчики. Поиски ведутся и в других направлениях. Архитекторы пытаются найти оптимальный вариант того или иного дома, но это не всегда получается. Поэтому иногда сегодня ещё вырастают монстры. Поскольку народ у нас все-таки ещё не очень грамотный в этом новом деле, то некоторые архитекторы продолжают оттачивать свое мастерство на заказчиках. Как правило, это молодые люди, которые только закончили соответствующее учебное заведение и пытаются доказать всему миру, что они новые Трезини или Растрелли. То же самое происходит и с дизайнерами. Выпорхнула из Мухинского молоденькая девушка с огромными амбициями и начинает проектировать дизайн: двигать стены, лестницы, опускать или поднимать потолки. А это все может просто-напросто привести к обрушению здания. И когда к нам приезжают западные специалисты и видят все это, они некоторое время находятся в полном ауте.
Но не так уж совсем все плохо. В последние годы ситуация в сфере индивидуального строительства несколько изменилась. Стала более цивилизованной. И архитекторы, и дизайнеры, и строители уже поднабрались опыта. Среди них есть специалисты, к которым выстраиваются очереди.
Люди стали больше бывать за границей и видят, как там строят. Некоторые даже приглашают зарубежных архитекторов и дизайнеров. Тщательно выбирается место для строительства, учитывается транспортная доступность, наличие коммуникаций и множество других факторов. Коттеджные поселки растут как грибы после дождя. И это несмотря на то, что цены, мягко говоря, не маленькие.
Кстати, на стройматериалах всё же пытаются экономить. Дефицита никакого нет (перечисление того, что сейчас используют в строительстве, займет целый газетный разворот), но цены иногда просто пугают. Например, владельцу крыши в 150 квадратных метров кровля из меди, гибкой или керамической черепицы обойдется примерно в 10 тысяч долларов. Естественно, люди берут что подешевле. Или - зачем тратить безумные деньги на кирпич, когда можно использовать железобетон или пенобетон? Все равно сверху будет облицовка, и кто поймет, из чего стены. Между прочим, заказчик, когда решает, из чего дом будет, далеко не всегда учитывает климатические условия. Опять-таки экономия. Но, несмотря на столь рьяное затягивание поясов, до сих пор плодятся недострои. И когда они превратятся в красивый, уютный, теплый дом, неизвестно…
Как они сидят. Мужской вариант
Долговые ямы и лагеря, каторги и остроги, тюрьмы и зоны… Как ни назови, но объединяет все это одно - лишение свободы. Обычная жизнь, в которой все так привычно, остается по другую сторону решетки. С момента заключения под стражу все делится на то, что было «до», и то, что «здесь».
Тот, кто побывал ТАМ, иногда узнаваем легко. Татуировки с понятным лишь посвященным смыслом, манера разговаривать, речь, изобилующая словами с особым значением… А иногда их можно узнать благодаря чему-то необъяснимому во взгляде. Так или иначе тюрьма в России больше, чем тюрьма.
Можно по-разному относиться к людям, там побывавшим, но «тюремная» тема слишком срослась с российской историей. Написаны сотни диссертаций по изучению российского «заколючья». Язык тюрьмы и зоны (элементы которого не стесняются употреблять даже некоторые политические деятели) настолько богат и разнообразен, что на него переведены некоторые произведения русской и зарубежной классики. Не верите? Это, может быть, вульгарно, но то, что арестантский язык позволяет без труда найти эквиваленты и рифмы ко всем словам, содержащимся в каком-либо произведении, - говорит о многом.
Кто-то сейчас поморщится и начнет ворчать: «Эти гнусные писаки взялись рассуждать о том, в чем не понимают». Кто бы мне показал человека, который в этом понимает?! Неведомый мир со своими жесткими, на первый взгляд, понятиями, которые меняются быстрее, чем времена года. Мы и не пытаемся в этом что-либо понять. Бесполезно. Вы сами это поймете, если дочитаете до конца совершенно противоречивые мнения людей, которые, казалось бы, пережили одинаковые ощущения и прошли по похожим дорогам. Один больше, другой меньше, но после этого смотрят назад совершенно разными глазами.
В обычном питерском дворе живет некий Александр, которого все ласково называют Сашок. В принципе, нормальный и безобидный человек. Живет он там давно, но так получилось, что на некоторое время пришлось ему родной двор покинуть. А когда он вернулся обратно, сомнений в том, что передо мной бывший сиделец, не было никаких: красноречивые татуировки на всех видимых частях тела, совсем не похожие на те, которые делают в модных тату-салонах девочки; какие-то пауки, собор со сколькими-то там куполами…
Меня заинтересовало: как и где в таком возрасте (а ему лет 25) он ухитрился все это приобрести? Сама история стара как мир. Таких Саш в России тысячи, если не миллионы. Рос во дворе, послушным ребенком не был, но и шапки с прохожих не снимал. Гитара, компания, дальняя дорога, романтика, которую Александр с тюрьмой ну никак не ассоциировал. Просто сама дорога казалась ему романтичной. Классическое сочетание «хулиган-романтик» в конце концов привело к не менее классическому завершению. Впрочем, его рассказ частично приведу дословно.
- Сейчас уже сам не понимаю, зачем мы у этого терпилы деньги забрали. Ну да, должны нам были деньги на фирме, но тот-то был все равно ни при чем. На то, что забрали, веселились два дня, все прокутить не успели. Директор фирмы настучал. Потом менты нас прямо на квартире и повязали. Статья 162 - разбой, плюс - группа лиц, плюс - предварительный сговор… В итоге - 7 лет. Нашел и романтику, и дальнюю дорогу в казенном доме…
Страшно было, спрашиваешь? Сначала, когда в СИЗО попал. А на зону уже без страха заезжал, там меня хорошо встретили. Я под Вологдой чалился в «полусучьей». Ну это когда половина пацанов на ментов работает, а остальные в отказке, массу на нарах давят. («На ментов работает» - это значит «вообще работает». - Авт.)
Время на зоне замирает… Я полтора года сутки на день и ночь делил, потом перестал, привык. Появился свой «семенник», мы с ним делились всем… Нет, ты что! Ты не путай пидоров и «семейников». Пидоры - это совсем другое. В бараке нас было 20 человек, и все общались со своими «семейниками». Чтоб тебе понятней было: маленькими группами - «семьями». Кстати, на зоне стал впервые книжки умные читать, историей увлекся. Здорово этот, как его, Карамзин все это расписал...
Со мной один мастер спорта сидел, так я его попросил драться меня научить. Там все крутится вокруг собственного «я», и каждую минуту надо доказывать, что ты чего-то стоишь… Даже твои прошлые отношения с девчонкой могут сыграть с тобой злую шутку. Сболтнешь чего-нибудь лишнее за чифиром про свою прошлую интимную жизнь, и все - ты опущен, спать будешь под нарами. Помню, как-то на прогулке влез в чужой разговор, в бараке меня избили сильно. Потом объяснили - отвечать надо только за себя. Урок запомнился, и на голове шрам как память остался. Драться я научился, но почти полгода был грушей для тренировок. Но общаться мог со всеми, статья дозволяла. Там важно, за что сидишь… Хотя, сейчас уже на это не смотрят, были бы бабки. Работают только те, кому грев с воли не приходит. Но это небезопасно. Когда на другую зону заедешь, даже если сидел за одним столом с «красноповязочниками», то могут и опустить. («Красноповязочники» - осужденные, выполняющие требования администрации колонии. - Авт.) На зоне есть все - водка, наркота, мобилы… Много на кармане иметь и не надо - рублей 500, и ты - богатый и уважаемый человек. Хотя там в основном рассчитываются чаем и сигаретами. Ты про наколки? Что есть - то мое! (Фраза была произнесена с некоторой гордостью! - Авт.) Когда откидывался, думал: все будут бельма пялить, как на прокаженного. Нет, даже с некоторым интересом смотрят. Они у меня красивые. «Кольщик» был хороший. Я их заслужил! Я на воле меньше года и обратно не собираюсь, но если кто-то тронет мою «семью» - убью! Об этом и одна из моих наколок говорит. Какая? Сам догадайся, а наши поймут.