Пленница чужого мира (СИ)

    -- Думаю, Ринату это не грозит. Должно случиться что-то немыслимое, чтобы он забыл о женских недостатках... -- Илья не изменил своего мнения даже после моего примера. Но шанса переубедить себя ещё раз не оставил, потому что, отставив пустую тарелку, отодвинулся от стола. Расстегнул ремень брюк, приопустил веки и посетовал: -- Куда ж я столько съел-то?! Теперь, кажется, лопну. И спать хочется... Не помню, когда у меня был такой аппетит! Спасибо, Нея. Было очень вкусно.
    -- Но ведь не я готовила...
    -- За таким изысканным столом даже простая еда из доставки кажется лучше.
    Комментировать я не стала, хотя мои мысли на этот счёт были иными. Просто если питаться через раз, да ещё и откладывать приём пищи, заменяя на неотложные дела, которые на самом деле можно перенести, то и что-нибудь несъедобное запросто съешь и похвалишь!
    Что касается снотворного эффекта, то он мне даже на руку, потому что заставил мужчину сразу пойти спать. Несмотря на то, что Илья уже не вызывал таких противоречивых, в большей степени негативных чувств, как раньше, его прикосновений и поцелуев я не желала. А ведь мужчина явно на них рассчитывал, когда мы собрались ужинать. Он так на мои губы смотрел... Впрочем, это нормально, наверное. Во-первых, он свою Айрин не раз целовал. Во-вторых, все мужчины к этому склонны. Олерианайлер, по крайней мере, когда мы только начали встречаться, целовал меня весьма охотно. Да и другие знакомые девушки рассказывали, что их кавалеры не умеют в этом себя ограничивать.
    ***
    -- Нет, нет! Нельзя их друг на друга ставить! Рядом... Это сюда... И вот сюда можно...
    Ринат, взбудораженный, взъерошенный, в местами испачканном белом халате, метался от грузового лифта к выделенной для исследований комнате, контролируя процесс переноски.
    -- Осторожнее! Оборудование очень чувствительно к ударам и тряске! -- умолял, хватаясь за голову, когда ему казалось, что на пол контейнеры опускают не слишком аккуратно. Придерживал норовящую закрыться дверь и снова спешил к подъёмнику.
    Стоящие у створок лифта охранники, следя за его суетливыми перемещениями, с трудом сохраняли невозмутимость. Само собой, сейчас их первостепенной задачей был присмотр за грузчиками, но уж слишком колоритным оказался новый сотрудник.
    -- Ты не в курсе, надолго он здесь задержится? -- вполголоса поинтересовался один из стражей, когда в очередной раз спина учёного исчезла в дверях будущей лаборатории.
    -- Я видел распоряжение руководства, на год зарезервировали помещение. И пропуска выписаны на такой же срок. У нас двое новеньких. Глянь потом в базе и запомни, чтобы во время обхода не задержать второго по ошибке. Иначе и сам виноватым окажешься, и меня подставишь.
    -- Понял, -- коротко кивнул его напарник и не удержался от язвительного замечания: -- Не перепутаю. Этот беспокойный ночью работает. А второй, похоже, спит. Наверное, днём сменят друг друга.
    -- Не факт, не факт, -- задумчиво откликнулся первый, придирчиво сканируя взглядом грузчика, который до этого в его поле зрения не попадал. -- Владислава Эдуардовича вспомни. Он, кажется, вообще никогда не отдыхает.
 
    -- Должность обязывает. Лично за всем следит, никому спуску не даёт.
    -- Вот именно.
    Ещё несколько ходок, и работники загрузились в лифт.
    -- Всё, -- с облегчением выдохнул Ринат, опираясь на стену рядом. -- Можете сопроводить их на выход.
    -- Принято, -- по-военному чётко ответил первый охранник, дав знак напарнику. И вежливо пожелал: -- Осваивайтесь, Ринат Аркадьевич. Лёгкой вам работы!
    -- Спасибо, -- борясь с усталостью, улыбнулся учёный.
    Второй день практически без сна давал о себе знать -- обратно в комнату Ринат шёл, с усилием переставляя ноги. Постоял на входе, обречённо обозревая загромождённое коробками пространство. Утомлённо опустился прямо на упакованное в плёнку кресло, чтобы передохнуть и...
    -- Ринат Аркадьевич, -- участливый женский голос с трудом добрался до провалившегося в сон сознания. Плеча тоже что-то мягко коснулось, видимо в попытке разбудить и одновременно не желая напугать.
    -- Что? -- встрепенулся, вскакивая с кресла, учёный. Суматошно огляделся и расслабленно выдохнул, падая обратно на сиденье. -- Как же я уснул-то?! -- то ли попенял сам себе, то ли оправдался перед оказавшимся рядом свидетелями. Потёр рукой глаза и с любопытством пробежал взглядом по новым для себя лицам.
    -- Я Анатолий Николаевич, -- реагируя на его заинтересованность, представился немолодой мужчина.
    Уже с сединой в волосах, он тем не менее выглядел активным и полным сил. Его спутница, которая, собственно, и разбудила учёного, тоже была в возрасте. Невысокая, полненькая, с миловидным лицом, добрыми карими глазами и собранными в строгий пучок на затылке светлыми пепельными волосами.
    -- Ольга Викторовна, моя жена, -- представил Анатолий. -- А это... -- он оглянулся и отступил, открывая взгляду ещё одного присутствующего -- молодого человека лет двадцати -- двадцати пяти, чуть в стороне рассматривающего упакованную в прозрачный короб капсулу. -- Михаил, наш сын. Вам сообщили, что мы будем работать вместе?
    -- Владислав Эдуардович говорил, что в новой лаборатории у меня появятся коллеги-помощники. -- Ринат кивнул. -- Но я не знал, кто именно присоединится к исследованию.
    Он поднялся с кресла, осматривая новые владения и прикидывая, с чего начать.
    -- Командуйте, -- посоветовал Анатолий Николаевич и улыбнулся. Растерянность неопытного учёного ему была понятна. Слишком молодо тот выглядел. А ведь, когда Владислав Эдуардович инструктировал, ему казалось, что будущий коллега-руководитель одного с ним возраста. Если не старше. И вот на тебе... придётся чуть ли не шефство над ним брать.
 
    Ольга, похоже, сделала тот же вывод, потому что тут же подключилась к процессу, проявляя чисто женские, но уместные сейчас любопытство и стремление к организации. Она и сыну быстро нашла занятие -- снимать с техники прозрачную плёнку и выносить остатки упаковки.